Распутья. Добрые соседи - Оксана Панкеева

– Думаешь, вербовать станут? Да брось, все же знают…

– Вот это мне и не нравится. Знают, но все равно жаждут с тобой поговорить. Вряд ли рассчитывают завербовать, хотя полностью исключать нельзя – вдруг они думают, что для тебя эта работа что-то вроде последнего шанса… Но скорей всего, дело намного проще. Они хотят получить информацию, которой не нашли в моих отчетах.

– А ты реально скрывал что-то?

– Вить, ну мы же с тобой не дети. Если они в верхушку координационного центра пробрались, то к отчетам полевых агентов у них гарантированно доступ есть. И если б я там хоть полусловом упомянул, например, что нам помогают куфти, через пару дней эта информация была бы у ордена. Любые наши планы тут же передали бы нашим врагам. А какой радостью для них будет узнать, что Мафей несколько месяцев гулял по Альфе как у себя дома, получив координаты от Толика, а ты неоднократно встречался с Шелларом, причем первый раз сам помнишь где…

– Понял. – Витька поерзал, пытаясь поудобнее устроиться на жесткой тумбочке. – Надо договориться, чтобы друг дружку не спалить.

– Нет, – серьезно покачал головой Макс. – Ты не понял. Я собираюсь подправить тебе память. Не нервничай, это всего лишь блок, который потом можно будет убрать.

– Ты что, мне не доверяешь?

– А ты всерьез надеешься, что ты гордо откажешься говорить или прикинешься ничего не знающим дурачком – и они тут же утрутся и отстанут? Есть куча способов получить информацию и без твоего согласия. И законность этих способов мало кого заботит. Думаешь, почему они так ждали тебя и не попытались прижать меня самого?

– Значит, это все правда, что болтают про шархи и ментоскопы, или просто у страха глаза велики?

– Вот видишь, сам догадался.

– Так что, правда?

– Дэн тебе разве не говорил?

– Он в свое время уклончиво ответил, что сам не проверял, но дедушка рассказывал…

– Зависит от специальности и магической силы, но в принципе возможно. Что до меня – то это как раз моя специальность, и меня боятся не без оснований. А для тебя блокировка памяти будет лучшим выходом. Врать не придется, под химией лишнего не скажешь, под ментоскоп можешь смело садиться и не сопротивляться – ни они ничего не узнают, ни ты не пострадаешь. А в остальном без лишних сантиментов вали все на меня, мне в любом случае хуже не будет.

– Может, мне проще будет вообще не ходить?

– А домой как ты попадешь?

– Я уже сомневаюсь, стоит ли вообще…

– Знаешь, дело, конечно, твое… Но нюх мне подсказывает, что с твоей памятью разобраться все-таки надо, и именно сейчас. Не знаю почему, но я своему чутью доверяю и ждать, пока ты определишься со своими сомнениями, не собираюсь. Сейчас я должен доставить тебя на базу…

– Прямо сейчас? – в ужасе встрепенулся Витька. – И я даже с Элмаром не попрощаюсь?

– Да я-то дам вам время попрощаться, но не забывай, что по официальной версии Элмар ничего о тебе не знает, и я должен тебя изъять под каким-то объяснимым предлогом. Я имею в виду, объяснимым для начальства, буде оно спросит, что я сказал местным и не заподозрили ли они чего. Сейчас я могу придумать какой-нибудь там карантин, медосмотр или еще какую хрень, а достойного предлога вытащить тебя из дворца и отправить гулять по чужому городу в чужом мире у меня нет. Особенно учитывая, что потом у меня с большим интересом спросят, как я объяснил твое исчезновение Шеллару.

Его мнение опять никого не интересовало, но спорить Витька все же не стал. Отказаться от собеседования, пока оставался хоть призрачный шанс на легальную работу, он не решился бы никогда – уж проще потом просто сбежать, если что…

– А что, если так и сделать? – поделился он внезапно возникшей идеей. – Сказать, что никак не объяснил и должен вернуть меня обратно. И вернуть. И пообещать вывезти при удобном случае.

– Ты что, решил остаться?

– А если и да?

– По мне – так ничего, но договорились на сегодня. И с меня потом не слезут, требуя тебя изловить и доставить. А то и поручат кому-нибудь посговорчивее, чем я.

– Хорошо, давай сейчас. Только пообещай, что, если я сбегу, ты не станешь меня ловить и доставлять. А пока доберутся другие, я уеду с Элмаром.

– Куда?

– На подвиги, как он сказал.

– Вот балбес, пусть он сначала попробует сказать это Шеллару… Ловить тебя я конечно же не буду. Но затея в целом дурацкая и здорово смахивает на жест отчаяния.

– И ничего не смахивает, – огрызнулся Витька.

Макс промолчал. То ли в самом деле не понял, то ли прекрасно понял, но не хотел развивать дальше скользкую тему. Будь на его месте Шеллар, непременно уточнил бы: «То есть она им и является?» – и угадал бы, зараза дотошная.

– Элмару я скажу правду, что бы ты ни думал по этому поводу, – проворчал Витька, не дождавшись ответа.

– Да говори, кто тебе запрещает, – устало отмахнулся Макс. – Только позаботься о том, чтобы его высочество не приперся потом тебя вызволять из застенков родной лавочки.

– Боишься, что у него это получится? – Удержаться от ехидства никак не удавалось. – А тебя потом виноватым сделают?

– Когда появится повод для контакта, виноватые уже не понадобятся, – проворчал Макс. – И уже не будет иметь значения, получилось там у него или нет. Сам не понимаешь?

Их вялое перегавкивание прервал Элмар – как всегда беззаботный, уверенный в себе и готовый к любым подвигам, какие от него могут потребоваться.

– Ну что, ты готов? – с порога бодро возгласил он и получил в ответ хоровое «Нет!», исполненное такого раздражения, что даже растерялся слегка.

– Что у вас тут случилось?

Макс еще раз объяснил что. Реакция последовала предсказуемая на сто процентов:

– Вы что, собираетесь отправить его туда одного и без оружия?

– Что бы он с собой ни взял, оружие у него все равно отберут под любым предлогом. А спрятать что-либо нет возможности, потому что для полной дезинфекции по классу «ноль» снять придется все. И это «все» тщательно обыщут. В том числе на магию детектором проверят. И даже если ничего не найдут, не факт, что вернут. Так что просто попрощайтесь на всякий случай и дайте мне сделать свою работу.

Глава 6

Винни в глубине души был уверен, что поймать Слонопотама можно, надо только, чтобы у охотника в голове был настоящий ум, а не опилки…

База службы «Дельта» только на первый взгляд казалась огромной. Когда же Кангрем прошелся по ней несколько раз – то в блок дезинфекции, то в медпункт, то в столовую, то на склад, то в жилые боксы, – выяснилось, что устроена она примерно так же, как и ее близнец на Каппе, только площадь побольше. Наверное, их все клепали по типовому проекту.

В каждом отделе, куда он заходил, на него взирали как на восставшего из гроба покойника. Особенно женская часть персонала. Не каждый день такое чудо встретишь – чтобы агент потерялся на Каппе, проболтался четыре месяца автономно среди аборигенов, да еще и в самом центре боевых действий, и в конце концов вернулся живой, целый и даже почти в своем уме. У них, поди, за всю историю существования агентства такого не случалось. А если до вспомогательного персонала каким-то образом дошла дурацкая история с пророчествами и богами, то и вовсе удивительно, как дамы еще не валятся пачками при виде такого охрененного героя. Романтика ж, мать ее так!

Витька с трудом отшутился от щебетливых медсестричек, жаждущих узнать, как у него так получилось, шустро сбежал от буфетчицы, многозначительным мычанием отделался от кладовщика и едва спасся от психолога, которая преследовала его до самого административного блока, на бегу убеждая, что он жаждет «об этом поговорить» и вообще выглядит подавленным. Отмазки насчет собеседования, на которое он опаздывает, не проходили – себя психолог считала чуть ли не самой главной частью этого собеседования. Кадровик, правда, так не думал и невежливо захлопнул дверь перед ее носом, едва соискатель Кангрем успел проскочить в кабинет.

Кроме кадровика – холеного, элегантного и всем своим видом словно возглашающего: «Взгляните! Оцените, как я успешен и благополучен!» – в кабинете находился еще один господин, представившийся сотрудником бухгалтерии. Хотя этот господин тоже выглядел весьма стильно и солидно в своем дорогом костюме, можно было спорить на что угодно – если он и попал каким-то образом в бухгалтерию, то уж точно после десятка лет оперативной работы.

А еще в кабинете была очень подозрительная стена. Можно сказать, даже и не стена вовсе. И наверняка с той стороны за ними кто-то наблюдает.

– Тупой самодовольный дилетант! – возмущенно прошипела психолог в закрытую дверь.

– Извините… – Кто-то осторожно дотронулся до ее плеча. – Кто именно?

Она резко обернулась, все еще горя негодованием и намереваясь излить его на неведомого нахала, позволяющего себе…

И невольно отступила на шаг, наткнувшись на спокойный взгляд златокудрого эльфа, исполненный учтивого интереса.