Много шума из-за тебя - Саманта Янг

у отца, ее кожа была теплого карамельного оттенка, разрез глаз выглядел таким же, как у Декса, а их цвет – как у Милли. В сочетании с оттенком кожи ее светло-карие глаза смотрелись необычайно эффектно – огромные, кошачьи, с длинными ресницами. У нее был симпатичный носик-пуговка и пухлые губки. Как и у меня, у Виолы на волосах красовалось карамельное омбре. Копна волос пушистыми волнами ниспадала на спину.

В своих шортах, милых кроссовках с золотыми блестками и укороченном топе Виола выглядела уверенной в себе двадцатилетней девушкой. Ее тонкая талия, округлая попа и стройные бедра давали ей на это все основания. Должно быть, у нее в университете было много поклонников. Не только из-за ее красоты, но еще и из-за улыбки. Даже если бы я не слышала, какой замечательной и доброй девушкой она была, я поняла бы это по той душевной теплоте, которая исходила от нее.

– Мне нравится твой акцент, – подмигнула мне Виола и повернулась к Каро. – Ты готова, цыпочка? – Та неуверенно улыбнулась, но подруга рассмеялась, обняв ее за плечи. – Не волнуйся, все будет здорово.

– Когда ты вернулась из университета? – спросила я.

– Вчера вечером. Так хорошо оказаться дома. Мама говорит, ты останешься еще на три месяца, это просто великолепно. Сможем потусоваться вместе.

Я улыбнулась и бросила на Роана веселый взгляд, он ответил тем же. У меня не было ни малейшего представления, зачем двадцатилетней девушке тусоваться со мной, но мне не хотелось ее отшивать.

– Кажется, все готовы, – Роан кивнул в сторону остальных. Здесь торговали люди не только из этой деревни; они тоже попросили разрешения установить свои прилавки и продавали все – от чайных полотенец и украшений до фруктов и овощей. Роан посмотрел на меня и провел костяшками пальцев по моей руке. – Готова?

После моего небольшого срыва в начале недели Роан стал еще внимательнее. Он просто сводил меня с ума.

Я вздрогнула от прикосновения, и от моей реакции его темные глаза вспыхнули жаром. Пришлось сделать шаг назад, пытаясь не покраснеть.

– Да, давай сделаем это.

– Мне нужно на работу, но я вернусь позже, чтобы все проверить, – он подошел к Каро, обнял ее за плечи и нежно поцеловал в лоб. Я не завидовала ей. Совсем нет. – Удачи, сокровище. Звони, если понадоблюсь.

Мы втроем наблюдали, как он перешел улицу и, проходя мимо Лиз и Энни, кивком поздоровался с ними.

– Я знаю, что он твой двоюродный брат, Каро, но этот мужчина просто секс на палочке, – вздохнула Виола, наигранно обмахиваясь.

Она влюблена в Роана? Я нервно взглянула на нее и увидела, что она ухмыляется. Почти оценивающе. Что?

– Он тебе как брат, Виола, так что прекрати нести чушь, – Каро бросила на меня многозначительный взгляд, прежде чем хмуро посмотреть на подругу.

Во взгляде той вспыхнуло озорство.

– Это правда, но я говорила от лица Эви.

Осознав, что Милли, вероятно, забила Виоле всю голову своими предположениями насчет меня и Роана, я закатила глаза, подошла к прилавку и бросила через плечо:

– Я вполне способна говорить сама за себя, спасибо.

– Рада, что буду дома в тот день, когда это случится, – подмигнув, ответила Виола.

Я рассмеялась и покачала головой, думая о том, что она напоминает мне Милли.

Через пару минут открылась ярмарка, и торговля началась.

Моего внимания требовали и мой прилавок, и Каро. Однако вскоре стало ясно, что у Виолы лучше получается присматривать за ней. Она была яркой, заметной, ее дружелюбный вид привлекал людей к прилавку Каро, а выпечка заставляла их возвращаться за добавкой. Когда улыбка Каро становилась натянутой от похвалы незнакомцев, Виола отвлекала их вопросами, откуда они родом и были ли они в отпуске.

Убедившись, что подруга в надежных руках, я переключила свое внимание на пекарню. Тони, пекарь, то и дело высовывал голову из двери и мрачно смотрел на Каро. Как только слухи о чудесных пирожных и лакомствах разошлись повсюду, лишь немногие покупатели стали заходить в пекарню. Нужно было быть начеку и сказать Роану, что Тони явно не в восторге от такого развития событий.

Другим отвлекающим фактором были Фостеры. С нарастающим беспокойством я наблюдала, как Мэгги Фостер неотрывно смотрит на дочь. Ее губы были слегка поджаты, что можно было бы принять за неодобрение, если бы в ее глазах не читалась печаль.

Что же касается Энни, то она ни разу не посмотрела на свою мать. А Лиз смотрела на нее. Она кидала в сторону Мэгги беспокойные взгляды, чтобы потом передать свое беспокойство Энни.

Это было неправильно. Мать и дочь были разделены предрассудками отца. Несомненно, что-то нужно сделать, чтобы это исправить.

В перерывах между обслуживанием покупателей я размышляла об этой проблеме, и только после обеда мое внимание переключилось на кое-что другое.

– Чего ты хочешь, Лукас? – резкий тон Виолы заставил меня обернуться. Она сделала ударение на последнем слоге имени, чтобы оно прозвучало как «задница»[16]. Высокий молодой человек стоял перед прилавком, скрестив руки, и изучал то немногое, что осталось от выпечки Каро.

Он был слишком молод, чтобы при обычных обстоятельствах я заметила его, но реакции Виолы оказалось достаточно, чтобы привлечь мое внимание. Кем бы он ни был, он был невероятно хорош собой: густые темно-русые волосы, высокие скулы, нос с горбинкой, пухлая нижняя губа. Если кто-то и мог стать моделью, так это он, с его угловатой челюстью, длинными руками и ногами и широкими плечами.

Под темно-синей футболкой были видны его крепкие бицепсы. Виола смотрела на него с отвращением.

Я вопросительно подняла брови.

Очевидно, его мужественная красота ее не впечатляла. Это означало, что милая девушка обращала внимание на более важные вещи.

При этой мысли сработали мои защитные инстинкты.

Кем был этот юноша, который расстраивал ее одним своим присутствием?

– Я пришел попробовать вашу продукцию, – громко заявил он, переводя взгляд с остатков выпечки на Виолу. – Но нет ничего удивительного в том, что мне ничего не хочется.

Юный говнюк.

Я собиралась было вмешаться, но меня остановил невозмутимый ответ Виолы.

– Импотенция – проблема того, кто не получает от жизни удовольствия.

Я ухмыльнулась.

Парень прищурил глаза:

– Забавно, но эта проблема возникает только рядом с тобой.

– Тот факт, что ты не получаешь удовольствия в компании остроумной и образованной девушки, меня не удивляет, Лукас Эллиот. Ты предпочитаешь тупых и молчаливых, так?

Так вот оно что. Лукас Эллиот.

Младший сын Уэста Эллиота.

Видимо, он тоже вернулся домой на летние каникулы.

Роан рассказал мне, что они с Виолой не ладили,