Выжившие (СИ) - Антон Казаков

семье Джея очень не любили дождь. Его дед говорил, что у него чешется шрам от ожога на руке каждый раз, когда небо заволакивает тучами. Этот шрам ещё молодой Говард Мэтьюз получил как раз от очень злого дождя. Кислотного дождя.

Лейтенант поморщился, отключил кабель от разъёма за ухом и рывками огляделся, как какой-нибудь радиоактивный голубь, миллионы которых населяли щели и ниши небоскрёбов гигаполиса.

Мимо пробежала большая, с молодого кота размером, мокрая крыса. Больше вокруг никого не было.

Это хорошо. Значит, пока всё по плану. И даже грёбаный дождь — на руку.

Он пошарил под полой куртки, включая активный обогрев. Мусорная вода, испаряясь, завоняла ещё сильнее. Он снова скривился и кряхтя встал. Пора было двигать на точку.

Через пять минут Джей уже стоял на неприметном тёмном перекрёстке в паре кварталов от лючка под мусорной кучей и напряжённо ждал.

Чёрный эй-ви [2] с выключенными огнями появился словно из ниоткуда, почти не слышный в шуме дождя. Он спрыгнул с уровня лишь на пару метров выше крыш Ота-Сити, и его гравитационные компенсаторы Хагисаки тихо засвистели, тормозя машину перед поверхностью.

Мэтьюз вздрогнул — к этим внезапным появлениям экстракторов невозможно было привыкнуть. Он уже стоял раскинув руки, держа в одной из них служебную «Хову» дулом вниз — те, кто за ним пришёл, были настолько осторожны, что при любых признаках угрозы сначала прижигали электрошоком, а потом разбирались. Нужно было выглядеть максимально безопасно.

Из транспорта выпрыгнули двое в длинных плащах с большими капюшонами и военными масками на лицах. Выглядывавшие из-под капюшонов гладкие тёмно-серые овалы сплошных масок с десятком блестящих пуговиц микрокамер выглядели пугающе, но для дела были очень нужны. Избежать распознавания лица в напичканном следящими устройствами городе можно было только так.

Одна из «масок» молча протянула Джею небольшой перетянутый резинкой свёрток. Мэтьюз привычным движением развернул его и достал просторный безразмерный комбинезон радиозащиты. Как обычно, неудобный, полностью закрывающий голову, с хреновыми камерами в капюшоне, чтобы тебя хотя бы не нужно было вести под руку. Главное — любой жучок на его теле, любое следящее устройство, укрытое им, просто исчезало с радаров.

Когда Джей застегнул молнию на затылке и переключил зрение на внешние камеры комбеза, двое в масках всё так же молчаливо помахали ему руками в направлении эй-ви и сами поспешили внутрь.

И даже когда двери транспорта закрылись, экстракторы всё ещё не успокаивались. Их руки залетали по приборам, проверяя все возможные сенсоры: окружающего объёма, движения, тепловизоры, акустические детекторы, видео с дюжины микродронов, бесшумно прочёсывавших округу — всё, что могло засечь слежку.

И лишь когда они закончили, а эй-ви снова взмыл над крышами, где за его защищённой от вибросканирования обшивкой можно было говорить, «маски» включили автопилот и повернули свои кресла к пассажиру.

— Давно тебя не было видно, Мэтьюз, — сказал тот, что слева, по-английски, с ярким австралийским акцентом. — Как служба? Всё ещё проходишь под псевдонимом Левша?

— Уже нет, — огрызнулся Джей. — Потому что вырвал языки всем, кто херово шутил. Правой рукой.

Он соврал — Левшой его и в полиции, и в Управлении всё ещё звали все с самого момента, как он получил свою роботизированную правую, намекая на то, как ему теперь приходится проводить особо одинокие моменты своей одинокой жизни. И лейтенант люто ненавидел это прозвище.

— Да ладно тебе, Джей, не грузись, — примирительно поднял руки тот, что сидел справа. Он тоже говорил по-английски, но с южно-европейским выговором — то ли испанским, то ли итальянским, в любом случае сильно мутировавшим за те полвека, что этих стран больше не существовало. — Это Монти так обстановку разряжает. Мы все некисло так на измену подсели, когда ты красный код протрубил.

— На хер иди, разряжатель, — Мэтьюз показал левой маске средний палец. Правой рукой.

— Всё-всё, дружище, ну пошутил коряво, ну бывает, прости, — Монти тоже поднял руки, всем видом извиняясь. — Стелло прав — нервишки и правда пошаливают. Меня с жены вызовом сдёрнули из-за срочности, понимаешь? Ты знаешь, сколько раз в десятилетие у нас секс бывает? А тут — башка вдруг вибрирует, секретный канал, экстракция посреди ночи…

Он развёл руками и, кажется, даже тихо вздохнул — под маской не разберёшь.

— И ты ещё про мою половую жизнь шутишь, семьянин, — Джей обиженно покачал головой.

Весь разговор со взаимными подколками людей, вообще не видевших выражений лиц друг друга, был странен. Но это Монти, по мнению лейтенанта, ни разу не оправдывало.

— Хватит уже, — резко прервал их Стелло, хлопнув по колену. Оба едва заметно вздрогнули и повернулись к нему. — Рассказывай, что за срочность? Нафига мы сюда летели?

— Не для вас инфа, ребята, — помолчав, сказал Джей. — Де Вилья чётко приказал — обсуждать только с ним.

— Да ну-у-у… — Монти даже покачнулся в кресле от нервного негодования. — Я всё понимаю, но мы же все знаем Устав, красный код так просто не объявляют. А Де Вилья его объявил сам! Ты хоть скажи, нам к самому плохому уже готовиться или нет? У нас же семьи!

— Монти прав, Мэтьюз, — кивнул его напарник. — Красный код — широкая категория. От того, что Отряд скомпрометирован, до того, что в нашем деле прорыв. Учитывая безуспешность наших попыток в последние годы, ты понимаешь, что все подумали в первую очередь, так ведь? — он развёл руками.

Джей и впрямь пятой точкой чувствовал, настолько оба его экстрактора напряжены. Хоть лиц и не было видно, что-то в их слегка дёрганых движениях явно подсказывало — они оба не на шутку напуганы.

Хотя, если подумать, он на их месте чувствовал бы себя точно так же.

— Окей, так и быть, — сдался он. — Расслабьтесь, сценарий не негативный.

И словно бы открыл водосброс на дамбе, удерживавшей море эмоций.

— Да ладно! Не может быть! А ты уверен? — облегченно затараторили напарники, размахивая руками и нервно похохатывая.

— Пока ничего не могу больше сказать, коллеги! Сумимасэн! [3] — замахал руками в ответ Джей.

Но экстракторам и не нужно было знать больше. Они тут же начали расслабленно шутить и рассказывать друг другу новости — как-никак не виделись почти год, с последней экстракции лейтенанта.

Весь остаток пути никто больше не возвращался к разговору о деле. Хотя восторженное ожидание, повисшее в воздухе вместо напряжения, можно было резать ножом.

Примечания:

[1] Кишикайсэй — буквально: «Проснуться из мертвых и вернуться к жизни». Японская поговорка для случаев внезапного возвращения из аутсайдеров или выхода из безвыходной ситуации одним внезапным усилием.

[2] Эй-ви — от англ. AV, airborne vehicle —