Заноза для военачальника - Татьяна Антоник

же запрыгнул Сэлем и начал ластиться. — Они хорошие люди. И спасли мне жизнь.

— Давай об этом поподробнее, Уля, — попросил Джеймс, — должны же мы знать, какие опасности нас здесь поджидают.

Улисса остановилась в нерешительности, раздумывая, стоит ли говорить о перенесенном приключении. Особенно после моей отповеди.

— Я вообще больше всех хочу послушать! — грозным рыком раздался голос Брендана.

— Посторонись, дракон, — улыбнулся Аарон, — мы первые очередь занимали. Ты с ней столкнулся, только когда она в ваохца туфлей запустила, а мы ночью в Кричащий лес ходили.

— Что за цирк! — возмутилась девушка. — Вы бы себя видели — рассуждаете о том, кому я больше насолила. Кому что должна — всем прощаю. Мне было очень страшно, просто дело не требовало отлагательств.

— Страшно? — приподнялся ее фамильяр. — Тебе было страшно?

— А, ладно, — махнула рукой заноза, — кого я обманываю своей гениальной ложью. Это было… м-м-м, дайте подумать, незабываемо.

Кто о чем, а вшивый о бане. Умываю руки. Эту девицу не исправить.

Она медленно начала свой рассказ о том, как стырила портал из-за пазухи оборотня, провела Эванса, подняла торнадо около границы и победила сольпугу.

— А я знал, что это ты! — указал на нее пальцем медведь. — Ни минуты не сомневался. Могла просто тихо попросить. Я бы не устоял. Сама знаешь.

Де Ламар насмешливо улыбнулась, обнажая ряд белых зубок.

— Спасибо, милый, но слышал о таком выражении: «Чем просить и унижаться, лучше стырить и молчать»?

— Нет, — забормотал Джеймс, — друзья так не поступают.

— Друзья поступают хуже, — кровожадно заметила колдунья.

Еще долго мы болтали всей нашей залетной компанией. От легких насмешек и подколок становилось теплее, что-ли. Улисса прекрасно вписалась в круг суровых, но обаятельных вояк.  Ночь уже подходила к концу, а утром нужно было многое обсудить с Севардом и его людьми. Все разлеглись по положенным местам. Я решил бодрствовать всю ночь. Мне не впервой не спать на заданиях. Все это время я всматривался в умиротворенное лицо ведьмы, раздумывая, какие противоречивые чувства она у меня вызывает.

Глава 9

Улисса де Ламар

На следующий день меня, такую нежную и трепетную пташку, ожидали ужас и шок. А именно, подъем и сборы семерых мужчин.

— Вставай, Улисса, — теребил меня за плечо Юэн, — нужно встретиться с Севардом, обсудить, что делать дальше.

— Сам и встречайся, — устало накинула покрывало на голову, — я тебе зачем? Вы все договоритесь, а меня в подвале закроете, чтобы не мешала.

Вот что я сейчас сделала, дурная голова? Идею ящеру подкинула?

— Предложение заманчивое, — тут же подхватил мысль военачальник.

Пришлось вклиниваться в суровое армейское, или уже шпионское, расписание. А то, не ровен час, прикопают в местной землянке.

— Уля, а тут ванна есть? — капризным тоном спросил оборотень.

— И ванна, и кислота, — пробурчал Сэлем, но так, чтобы расслышала только я.

Фамильяр тоже не любил ранние подъемы, а если учесть, что большую часть ночи мы провели в разговорах, то не выспался никто. Мужчины привыкли, мы же с котом  со скорбными лицами метались по комнате, пытаясь собраться и не бухтеть на окружающих.

— Джеймс, а ты военный вообще? — передразнила его голос. — Какая ванна? Крепись. С утра и до самой ночи для вас работает река.

Вокруг раздались смешки. Никто не удержался от улыбки.

— Вы проснулись? — раздался голос Севарда за дверью.

— Да, ждем, когда ведьма соберется, — заметно напрягшийся Джосселин посматривал на меня.

А я что? Пригладила волосы, которым не так давно вернула яркость, отряхнула грязную рубашку и натянула сапог. Один. Второй еще надо найти.

— Держи, — подал мне потеряшку дес Эванс. — Не разбрасывайся вещами. А лучше распихай самое нужное по карманам, а остальное выбрось.

— А реактивы? Артефакты?

— Если попала в переплет, то иди налегке, Улисса, — учил менталист, помогая мне встать.

В наш разговор влез знаток женщин Ивеллиос.

— Брендан, ты что? Не слушай его, ведьмочка.

— Почему? — спросили оба хором.

Эльф усмехнулся и, глядя на дракона, сказал:

— Ты хоть знаешь, сколько всего необходимого у дес и десай? У меня это в голове не умещается, а ты хочешь по карманам разложить, сумасшедший.

Не поспоришь. Хорошо, что когда-то придумали пространственные сумки. Всегда было интересно, как артефактор пришел к такой мысли. Наверное, Сидел, чемоданы собирал в очередной переезд и подумал: «Если разрезать пространство, то сколько добра туда влезет? Да у меня столько барахла нет». А потом руку или ногу там оставил. Навсегда.

В ковене на обучении наставница часто спрашивала: «Улисса, а ты голову в этом мешке не забыла?» Забавно то, что забывала. Благо не свою, но обнаружить через несколько недель отдельно тела и отдельно черепки, а также птиц и мышей, которых любовно складировал Сэлем, то еще удовольствие.

— Идем уже, — закатил глаза Юэн, поторапливая весь отряд.

На выходе стоял Севард, а позади маячила Зозо, но так как в узком коридоре мы бы не разошлись, они ушли вперед. Из помещения раздавались приятные запахи еды, которую готовила женщина.

— Уль, — ткнул меня в бок Аарон, — может, и ты нам готовить начнешь в полевых условиях? Раз уж напросилась в скромный круг вояк?

— Эй, — возмутилась я на такое замечание, — слышал, что ведьма не посудомойка?

— Ну не увиливай, — напирал маг, — ты же зельевар, вот и с готовкой справишься. Какое у тебя главное кулинарное достижение?

— Лапша на ушах, — прошел мимо Юэн.

Под дикий хохот магов магов и оборотня мы по очереди вошли на большую кухню. Все желающие поместиться здесь не могли. За столом расселись Джосселин, мои друзья, Севард, его приближенные: Севрид, Тавриос, братья Оливер и Томас, выглядящие как настоящие головорезы, и местный лекарь Сигиберт. Я же с котом на руках отошла к стене и присела рядом с Зозо, которая любезно накрывала завтрак всем мужчинам.

— Выспались? — осмотрел присутствующих глава Сопротивления.

— Да, — отрезал главный дракон. — Нам надо решить, какие шаги предпринимать дальше.

— Верно, — сузил глаза собеседник, — как я говорил вчера, недалеко от этого места есть башня со жрецом, который нам нужен.

— А кто он? — подала я голос, и остальные развернулись ко мне. Они-то и забыли, что я здесь.