Побеждаю и сдаюсь (СИ) - Анастасия Разумовская

— И мой. Когда Андраш, Восточный ветер, штурмовал Золотое гнездо, князь Силард бежал. Он собрал ополчение, но гнездо было взято, и тогда князь заключил мир. А потом подданные восстали и убили его, сочтя трусом.

— Да, я читала об этой тёмной истории. Кажется, после заключения мира с Медовым царством прошёл месяц или два… Но причём тут ты?

— Я стоял во главе дружины Силарда, Джайри. По закону, Тивадар должен был меня казнить: я не сберёг жизнь его отца. Новый князь меня помиловал. Я стал его Белым драконом.

— А как же девушка? — прошептала Джайри.

— Женское сердце переменчиво, — улыбнулся Шэн. — Ты тоже привыкнешь и полюбишь мужа. Нужно только время.

«Никогда!». Но Джайри удержалась от этого восклицания. Скинула его руку с плеча, прошла к двери.

— Хочу прокатиться на лошади по лесу. Князь разрешил.

— Знаю. Я приказал оседлать коней.

Девушка кивнула, накинула плащ на плечи.

— Идём.

Но Шэн вдруг положил ей руку на плечо, удерживая.

— Я не всё рассказал тебе, Джайри. В том бою… гнездо держалось, и Тивадар уже вёл войско с востока. Но Андраш сжёг город. В пожаре погибла молодая жена княжича. И двое его маленьких детей. Тивадар не злой человек. Он человек ярости. Ты ему нравишься, я вижу, что он хочет мира.

— Я знаю. Я тоже ищу мира…

— Нет, — Шэн наклонился к её уху, почти касаясь его губами. — Ему тяжело. Он смотрит на тебя и видит тебя с другим мужчиной. Не дёргайся, я знаю, что это не твой выбор. Тивадар огрубел и ожесточился, Джайри. Прости его. Я вижу, что его сердце наполняется нежностью к тебе. Он будет смягчаться и обязательно полюбит тебя. Только, пожалуйста, не сбегай.

— А есть такая возможность? — Джайри отстранилась и насмешливо посмотрела на него. — Шэн, ты серьёзно думаешь, что отсюда вот так запросто можно убежать? Или ты боишься, что не догонишь меня, если я пущу лошадь вскачь?

— Кто хочет — ищет возможности. Не сбегай. Тивадар тебе этого не простит.

Девушка мило улыбнулась и ласково коснулась пальцами его щеки. Шэн удивлённо заглянул в её глаза. Они мерцали, как драгоценные камни.

— Ты — брат моего мужа. Значит, теперь и мой брат, — пояснила она. — Младший братик моего мужа… Не переживай, Лис, я не буду сбегать. Я просто хочу почувствовать, что свободна. Пусть даже это будет иллюзия. Пошли?

Глава 16

О чести, бесчестьи и бабах

— И что, баб вообще нельзя? — Нат поскрёб щетину. — Если не жениться?

Эвэйк возмущённо взглянул на своего телохранителя. Как и многие мальчишки, княжич благоговел перед ловкостью и силой, и сейчас испытывал смешанные чувства: с одной стороны, Нат — его слуга, а слуга не должен так не почтительно вести себя с господином. А с другой… «Он бы, наверное, даже Шэна победил! — в восторге ужаса думал младший брат князя. — Жаль, что Шэн не согласился состязаться с ним…»

— Как можно даже думать переспать с честной женщиной, если ты не её муж?

Нат задумчиво глянул на покрасневшего от возмущения юношу и как-то неопределённо крякнул. Они стояли на крепостных стенах, откуда открывался прекрасный вид на лесистые горы.

— А с нечестной женщиной?

— С нечестной женщиной — позорно! — негодовал Эвэйк. — Честь не роднится с бесчестьем…

— Так-то — родниться… Ну и вот брательник твой… Женился ж она на…

— Не смей! Она — жена моего брата!

— Так, а с честью-то что? Ты разъясни мне, а то я не пойму.

Княжич расстроенно отвернулся. Он думал так же, но не признаваться же слуге, что в глубине души ты осуждаешь старшего брата?

Из замка выехали два всадника, один из которых был определённо всадницей.

— Браком всё покрывается. Честь мужа покрывает бесчестье жены, — процедил юноша сквозь зубы.

— Удобно, — согласился Нат. И кивнул: — Смотри-ка… Честная женщина и мужик, давший обет… Слушай, а если жена, ну там, загуляла от мужа на стороне, его честь тоже покроет её бесчестье?

Эвэйк полыхнул яростью и схватил телохранителя за ворот куртки.

— Что ты несёшь⁈

— Так это… интересно, — пожал тот могучими плечами. — Сложно у вас всё с честью. Вот, пытаюсь разобраться.

Он даже не шелохнулся, и взгляд единственного глаза оставался так простодушно любопытен, что Эвэйк понял: Нат действительно говорил без злого умысла. Княжич опустил руки, отвернулся, следя глазами за двумя конными фигурками, скачущими под покров леса.

— Здорово у вас, — меланхолично заметил Нат. — Всё — честь по чести. И князь твой мне нравится… Плохо, что с бабами так сложно. Ты ещё мал, а вот взрослому мужику нельзя долго без бабы. Потом от любой юбки можешь растаять. И похрен станет: честь там или бесчестье, обет-не обет…

— Как ты смеешь? — задохнулся Эвэйк. — Не смей при мне говорить о таких вещах!

Одноглазый пожал плечами. Они помолчали.

— Вели седлать коней, — вдруг велел княжич. — Составим княгине компанию.

Нат поклонился и зашагал к конюшням. Жёсткая линия его губ сморщилась улыбкой.

* * *

Копыта коней чавкали по влажной, мягкой земле, безжалостно топча молодую траву. Джайри, забыв обо всём на свете, погоняла коня. Невысокого, крепкого, как и все тинатинские кони. Она так давно не неслась вскачь! Девушка раскинула руки, ловя встречный ветер. Ей казалось, что она — летит в воздушных потоках. Конь перемахивал через ручьи, комья земли летели из-под его копыт.

Джайри засвистела.

Птицы сорвались с деревьев, суматошно взлетая в небо. Скворцы. Весна!

Девушка подняла коня на дыбы. Тот забил передними ногами и заржал. Джайри счастливо рассмеялась.

Свобода! Вот то единственное, ради чего можно бороться…

Сейчас ей было плевать на весь Элэйсдэйр, на принца Ульвара, на Тивадара, на…

Джайри резко обернулась к спутнику. Шэн замер неподалёку и не сводил с неё нечитаемого взгляда лисьих глаз.

— Я веду себя как падшая женщина? — усмехнулась девушка, глубоко вдыхая прогретый солнцем влажный воздух.

Шэн покачал головой.

— Дальше на восток кочуют племена бритоголовых, — тихо, но отчётливо произнёс он, — их женщины носят штаны, ножи и ездят верхом. Они заплетают множество кос, и ни один из кочевников не смеет что-либо приказывать всаднице. Даже собственной жене.

— Какой ужас! — притворно ахнула Джайри. — Не правда ли? Подкаблучники!

— Моя мать родом с востока.

Герцогиня внимательно посмотрела на него.

— И как же её угораздило попасть на запад?

— Дань дракону, — коротко и непонятно пояснил Шэн.

— А потом она смирилась, покорилась под его тяжёлую руку и полюбила своего господина?

— Нет.

Неожиданно.

— И что с ней…

Но их прервал топот.

Джайри резко обернулась. Внезапно вспомнила про тунику, до крайности неприлично задранную, из-под которой не то что щиколотки — колени отчётливо просматривались. Спрыгнула на землю, одёргивая подол.

И вовремя.

— Княжич? — Шэн обернулся к выехавшим на опушку леса мужчинам. — Дракон послал за мной?

Эвэйк, раскрасневшийся от скачки, раздувал ноздри и сверкал глазами.

— Нет. Мы гуляем. Не против, если мы составим вам компанию?

Шэн учтиво наклонил голову, соскочил с коня, подошёл к Джайри помог ей сесть боком, по-дамски. В мужское село.

— Мы уже возвращаемся, — пояснил он.

— Отлично, — согласился княжич. — Мы тоже.

Лисий взгляд искоса коснулся его. Не говоря ни слова, Шэн снова вскочил на лошадь.

— Мы — шагом. Вы не торопитесь?

— Не торопимся.

«Что это с мальчишкой? — удивилась Джайри. — Он выглядит так, словно застал нас в объятьях друг друга. Или наоборот, злится, что не застал?».

Они молча поскакали обратно.

— Прекрасная погода, княжич, не правда ли? — улыбнулась Джайри. — Грех в такой день оставаться в четырёх стенах.

Эвэйк скривился, не отвечая. «Да ты хам, любезнейший, — хмыкнула про себя девушка. — Что это? Ревность к брату? Моя репутация в глазах сосунка? Или что-то, чего я не знаю?».

— Нат показал мне пару интересных приёмов, — Эвэйк, игнорируя Джайри, обратился к Шэну, направляя свою лошадь к сводному брату. — Я бы хотел показать их тебе… Составишь мне компанию? Ты никогда не учил меня сражаться, а меж тем, ты — лучший боец, кого я знаю…

Джайри вежливо придержала лошадь, пропуская княжича. Шэн вопросительно оглянулся на девушку. Она улыбнулась и пожала плечами.

— Я не умею учить, — пояснил брату Белый дракон. — И не силён в поединках. Я умею только убивать. Мой урок станет твоим последним уроком, Эвэйк.

Княжич и Шэн поехали впереди, а Джайри ничего не оставалось делать, как составить пару