Выполняя приказ - Константин Воронин

  ќќ- Лорд Гамильтон! О, лорд Гамильтон,- кинулась к нему болтливая тетка,- у вас на борту появился двойник,- и указала пальцем на меня.

  Лорд не был снобом и рафинированным аристократом. Ведение бизнеса приучило его быть общительным и приветливым с людьми различного положения.

  - Шортер уже предупредил меня, что я встречу в бассейне почти свое отражение,- и он первым протянул мне руку,- Генри Гамильтон. Вообще-то, лорд. Но к титулу своему отношусь, как к зонтику: есть дождь, он вам нужен, нет - несете в руке и, порой, он вам мешает.

  - Сергей Иванов. Майор. К званию своему отношусь, как к инструменту: на работе без него никак, а на отдыхе можно и без звания.

  - Прекрасно. Рад знакомству,- ладонь Гамильтона была не вялой, но совершенно не напряженной, я подержал ее, не сжимая, и отпустил.

  Рукопожатие может сказать о многом в характере человека. Если Шортер жал руку как человек решительный и сильный, то приветствие лорда говорило о нем, как о человеке осторожном.

  Вежливо обогнув не умолкающую крашеную блондинку со змеиной головкой, Гамильтон, промолвив:- Простите, мисс Хамбер,- подошел к бассейну и прыгнул в него, почти не подняв брызг. Я последовал за ним. Пловцом лорд оказался неплохим. Пока толстуха, взвизгивая и ойкая, плюхалась у лесенки бассейна, мы лихо отмахали кролем метров триста и перешли на спокойный брасс. Проплыв километр, вылезли из воды. Дружно посетовали на бесчисленное количество поворотов из-за малой длины бассейна.

  Разговаривая о пустяках, вышли из душевой, оба в спортивных костюмах, с полотенцами на шеях, и, разошлись по своим каютам, договорившись встретиться через полчаса в ресторане.

  Штатского костюма у меня не было и в ресторан я пришел в форме, нимало по этому поводу не комплексуя. Лорд Гамильтон уже сидел за столом и сделал мне приглашающий жест рукой. Только я уселся на стул напротив Гамильтона, как подошел быстрым шагом официант с меню. Традиционную кашу я съел утром дома, перед вылетом. Поэтому заказал себе кусок мяса побольше и овощной салат. Мой заказ принесли почти одновременно с блюдами Гамильтона. К моему удивлению, лорду поставили на стол точно такой же салат. А затем принесли телячью отбивную с картофелем.

  - Эти все кулинарные изыски мне порядком надоедают на банкетах и званых обедах, где я обязан присутствовать,- пояснил Гамильтон. - В поездках, да, и дома тоже, я питаюсь попроще. Сытно и вкусно - вот главные критерии для моих блюд. Кстати, вы говорили, что на отдыхе обходитесь без звания. Тогда, почему форма?

  Без тени смущения я объяснил лорду, что за хлопотами не успел купить себе перед отъездом пару штатских костюмов.

  - Майор, при всем уважении к вашему званию, в форме вы будете выглядеть здесь... Хотя, она вам, безусловно, очень к лицу. Если вы не слишком щепетильны, то я осмелюсь предложить вам ни разу не надеванный костюм. Я взял его с собой на переговоры, но предпочел надеть старый, поскольку верю, что он приносит мне удачу. И я не прогадал - переговоры прошли успешно. Мы с вами одного роста, почти одинакового телосложения, если не считать, что плечи у вас шире. К костюму есть новые же рубашка и галстук. На два дня вам одного костюма хватит, а по прилете на Землю, приобретете себе еще. Как, принимаете подарок?

  - Что ж, не буду ломаться, не красна девица. Принимаю подарок и надеюсь, что мне представится случай отблагодарить вас.

  - Может быть, может быть,- почему-то задумчиво протянул Гамильтон и добавил,- возможно, даже скорее, чем вы думаете. Костюм вам Дональд в каюту принесет.

  Я подал официанту пластиковую карту, присланную Корпорацией. Гамильтон протянул свою. От моей она отличалась тем, что была "платиновой", т.е. держатель карты имел на счету более десяти миллионов кредов. Гамильтон заметил мой взгляд.

  - Я не нищий аристократ, дорогой майор. После всех текущих расходов и уплаты налогов у меня около трех миллионов годового дохода. Плюс то, что оставили в наследство предки. Так что я не сверх, а просто миллиардер. Поэтому мог бы себе позволить подарить каждому майору нашего славного десанта по штатскому костюму. Спросите, почему я лечу на "Баварии", а не на собственной яхте? Потому что яхту считаю ненужной роскошью, предпочитая вкладывать деньги в свои предприятия, коллекции, в родовое поместье,- Гамильтон взял у официанта карточку, возвращенную с почтительным поклоном,- костюм вам принесут минут через десять. Приятно было пообщаться,- и, кивнув мне, упругой походкой направился к выходу. Спина прямая, голова высоко поднята. Все-таки порода в нем была стопроцентной!

  Ровно через десять минут в мою каюту зашел Шортер. Он был в спортивном костюме. В одной руке нес плечики, с висевшим на них темно-серым костюмом, со светло-голубой рубашкой и строгим темно-синим галстуком, в другой - пакет с принадлежностями для бассейна.

  - Я сейчас в бассейн, поплаваю,- жизнерадостно сообщил Шортер,- а вы чем заняться думаете?

  - Передайте лорду мою благодарность за великолепный костюм. А вот, чем заняться, еще не придумал. Наверное, все же, проведу время с учебником в руках. Мне не привыкать. В экспедициях порой две-три недели сидишь в каюте транспорта с книжкой. А тут, всего-то два дня. Как-то не тянет меня вливаться в здешнее общество. Не их поля я ягода.

  - Это уж точно,- усмехнулся Шортер.-Тут есть боулинг, но всего две дорожки, почти всегда занято. Есть пара бильярдных столов, почти всегда пустующих. Но, как только в бильярдной появятся игроки, туда устремится миссис Барнет, вдова, срочно ищущая замену умершему супругу. Есть крошечное казино - полтора десятка игровых автоматов и рулетка. Крошечное казино приносит некрошечные доходы, окупая все затраты на содержание "Баварии" и зарплату ее экипажа. Суммы проигрываются!..

  В большой гостиной, где играют в покер и бридж, лучше вообще не показываться. Вам еще повезло, лететь всего ничего. А мне за время полета было сделано три предложения стать мужем и семь - любовником изнывающих от скуки и тоски толстосумок. И два предложения вступить в интимную связь с мужчиной. Так что, пожалуй, вы правы, почитайте в каюте, а уж на Земле развеетесь по полной программе, согласно своим вкусам.

  Да, давайте-ка сегодня вечером посидим в баре. В тот, что возле ресторана, соваться не стоит. В пьяном виде пассажирки класса "люкс" любому монстру сто очков вперед дадут. Но в конце коридора, противоположном концу с бассейном, есть небольшой бар. Туда ходят, в основном, члены экипажа "Баварии", ну, и еще пара-тройка тихих и спокойных пассажиров. Не все ведь здесь так ужасны. Просто, пока найдете одного нормального человека, столкнетесь с десятком не вполне нормальных. Сходим, посидим?

  - Согласен.

  - Вот и отлично! Жду вас там в двадцать один час по местному времени.

  Как и сказал Шортеру, я провалялся до вечера на кровати, читая детектив. Или садился в кресло с учебником по баллистике. Пощелкал пультом телевизора. Корабельная телестанция четко поделила каналы по интересам. По одному каналу показывали только боевики, по другому - только комедии, по третьему - только ужастики. Несколько каналов гнали подряд бесконечные "мыльные" сериалы. Даже виды спорта разделили по каналам. По одному шел футбол, по второму - гольф, по третьему - прыжки с трамплина, по четвертому - плавание. Не мудрствуя, находи свой канал и наслаждайся любимым зрелищем хоть целые сутки. Но не любил я пялиться на экран, на базе на это почти не было времени, вот и привычки не возникло.

  Ужин заказал себе в каюту. Все было очень вкусно. С удовольствием выпил чашечку отличного кофе, покуривая при этом сигарету. Расспросив официанта, пришедшего за столиком с пустой посудой, заказал себе такой же кофе на восемь часов утра.

   В двадцать часов пятьдесят пять минут, одетый в костюм и в галстуке, я вышел из каюты. Костюм сидел на мне, как сшитый на заказ. Очевидно, лорд предпочитал, чтобы пиджак был посвободнее, делая зрительно плечи пошире, поэтому на мне костюм не натягивался ни в спине, ни на плечах.

  По коридору, слегка пошатываясь, брела женщина-вамп, в лакированных сапогах выше колен, в огненно-красной блузке, с кроваво-красными губами. Увидев меня, вцепилась в мой локоть.

  - А ну-ка, парнишка, доведи меня до ресторана. Какой ты ми-и-и-илый!

  При ближайшем рассмотрении она оказалась весьма костлявой дамой лет шестидесяти. Решительно освободив свой локоть, я двинулся по коридору, не сказав ни слова. Вслед мне раздался залп грязных ругательств. Некоторые из них не знали даже ветераны нашей бригады.

  Шортер догнал меня у дверей бара.

  -Ах, каким сладким и нежным голоском пропела вам песню любви мисс Филлипс...

  Смеясь, мы вошли в бар, уселись за небольшой столик, рассчитанный на двоих.

  - Я приглашал, значит, я угощаю,- сказал Шортер.