Ярость Антитела - Вячеслав Денисов

Том молниеносным ударом раскроил обе губы громилы сквозь открывшийся промежуток. Удар был настолько силен, что кровь из рассеченных губ брызнула еще тогда, когда кулак Тома не успел отлететь от головы жертвы. Но для стокилограммового тела этого было мало. Тот лишь на мгновение потерял ориентацию. Короткий нокдаун вместо предполагаемого нокаута.

Бывший владелец «кольта», собрав в кучу растрясенные мозги, волю и желание выполнить поставленную задачу, уже поднимался с пола. Его рука, как в фильме ужасов, медленно ползла по мрамору к пистолету…

Том с размаху опустил на нее свой каблук и одновременно уклонился от летящего кулака громилы. Тот, кто был на полу, коротко взвыл. Пытаясь продраться сквозь заслон, выставленный ему громилой, Том откачнулся и головой ударил его в лицо. Раздался короткий сырой треск. За пять секунд мужской драки громила потерял два зуба, а теперь был свернут набок его нос. Вырываясь из упрямых рук, Том оказался спиной к дверям, ведущим на улицу. Казалось, еще одно мгновение, еще пара мощных ударов… Неважно куда, главное — в цель. На поражение… Удар, еще удар!..

Громила стал обмякать, но продолжал держать Тома мертвой хваткой… Маленький, похожий на гоминьдановца напарник амбала уже не входил в боевой расчет. Фаланги его пальцев были сломаны, и сейчас он находился в состоянии болевого шока. Сидя на полу, он рассматривал вывернутые в неположенных местах казанки и становился все белее и белее…

Том скорее почувствовал, нежели услышал, как сзади распахнулась дверь. Он даже успел обернуться. Но увидел лишь белый свет. Свет, ударивший его по глазам…

Он потерял сознание, так и не успев увидеть, как в туалет с «береттой» наперевес вбегает Майкл. И как Майкла бьют по голове прикладом короткого автомата, он тоже не увидел.

Глава десятая

— Макаров!.. — свесившись вниз, Левша кричал так, что Кори не знала, в какую сторону бежать — подальше от выстрелов или туда, где не слышно голоса Левши. — Макаров, надеюсь, это не преисподняя?

— Это какой-то склад! — послышалось снизу. — Я лежу на чем-то мягком! Спускайтесь, я вижу вас! Толкай девчонку, ее здесь даже при желании ног не сломать!

Кори похолодела от ужаса, когда Левша, схватив ее, как баул, стал толкать в проломленное в стене отверстие. Не протестовала и не сопротивлялась она только потому, что пули бойцов Гламура уже изрешетили всю стену напротив, и теперь куски ее, грозя обнажить нутро комнаты, вот-вот должны были отвалиться.

Мгновение она чувствовала себя в невесомости. В какой-то миг пришла мысль, что полет бесконечен и напряжение внутри уже лишило ее веса. И в тот же миг она упала боком на какие-то мягкие предметы. Пытаясь в темноте представить, что это, Кори подумала о мягких игрушках.

Рядом, разбрасывая эти игрушки в стороны, рухнул Левша.

— Что это, Макаров?

— Думаю, внутренности от фильтров. Могу себе представить, как выглядели бы мы, если бы здесь был сборочный цех корпусов фильтров!

Если это был склад, значит, должен быть выход из него. С этой мыслью, слушая над своей головой удары от пуль, и стон пуль после рикошета, и треск падающих кусков гипсокартона, он добрался до стены. Рука его легла на лист металла с шляпками заклепок, и он двинулся вдоль нее, ощупывая метр за метром.

— Макаров, я как будто плыву!

— Где девчонка?

— Да здесь она, стонет от удовольствия. Хочешь послушать?

— Расспроси ее о Рите! Нашел!

Между ними было не меньше десяти метров. Вместо обычной ручки на двери была задвижка, какие обычно бывают на подлодках. «Здесь-то им что задраивать?» — мелькнуло в голове Макарова. Вцепившись, он стал поворачивать колесо влево.

— Макаров! Она в западном блоке!

— Кто?.. — Кряхтя, Макаров чувствовал, как выкручиваемый им засов выходит из углубления в стене.

— Рита, я же о ней спрашивал!

— И где этот западный блок?

Дверь поддалась. Надавив на нее плечом, Макаров вывалился в плохо освещенную комнату.

Свет мгновенно окрасил внутренности склада в бледно-желтые тона. В них, как при восходе, барахтались два тела. Добравшись до входа, Левша помог Кори подняться на ноги.

— Двигайся в темпе твиста, девочка! — прохрипел он, пытаясь найти равновесие после нескольких минут безвольного барахтанья в фильтрах. Он повторил для девушки вопрос Макарова.

— Это в соседнем здании.

— Здании! — рассмеялся Левша. Но оборвал смех, вспомнив запах выхлопных газов и как стул вылетел на Уолл-стрит. — Как туда добраться?

— А мы туда, черт возьми, и добираемся! Направление, во всяком случае, правильное…

— Макаров, — неуверенно сказал Левша. — Нам — прямо…

А тот, удалившись от двери на шаг, врезал ногой в район хлипкого замка.

С первого раза дверь не поддалась, но на помощь тут же пришел Левша, вбивший дверь внутрь в следующее мгновение после того, как Макаров откачнулся после удара.

Выломать вторую, хлипкую дверь им было не суждено. Изнутри затрещали выстрелы, и тонкая филенчатая створка стала покрываться отверстиями, сквозь которые узкими лучами искусственного освещения стал тут же пробиваться свет. Это выглядело поистине мистически: выстрел — и в темное пространство летела, казалось, не пуля, а луч света. Выстрел — и луч…

На самом деле пули были, и они были уже не мифическими, а вполне реальными. Они щепили косяк входной двери над головой лежащих Макарова и Левши, стены и гипсокартонные перегородки. Под Левшой, крича от страха, ворочалась, словно собиралась вскочить и убежать, девушка. Строительный хлам, ломаемый выстрелами — утеплитель, пенопласт, куски пластиковых панелей — сыпался на головы беглецов.

Бетона не было, как не было и арматуры — стены были фальшивыми и лишь создавали видимость автономности каждого из помещений. И потому все пространство можно было простреливать насквозь, стоя в двадцати метрах от того места, где лежали на полу Макаров и Левша.

— Хорошо лежим! — взвыл от досады Левша.

А Макаров, вдавив лицо в пол и положив на затылок руки, слушал акцент выстрелов. Работало два вида оружия. Выстрелы из пистолета, очень похожие на его «беретту», сыпались с частотой, при которой невозможно прицелиться. Огонь велся наугад, щедро, патронов у Гламура, видимо, хватало. Автоматы трещали более агрессивно, и убойная сила, которой обладали выстреливаемые ими пули, удивляли своей мощью. После каждого выстрела в стенах образовывалось отверстие, через которое можно было просунуть кулак. И теперь, когда в двери и прилегающих к ней по обеим сторонам стенах насчитывалось уже не менее десятка таких отверстий, можно было увидеть то, что происходит за преградившей путь стеной.