Дорога в Эдем - Пэтти Коплэнд

Тогда было вот что. Ева рассталась со своим возлюбленным, вернее, он ее оставил. И вот она с Дафной, своей близкой подругой, сидела в школьной столовой и поделилась с ней своей бедой. Плакать она не плакала, но была ужасно подавлена. Подруга изо всех сил старалась ее утешить, что-то говорила ей, но Ева не слышала и сидела, потерянно уставившись в пол.

И вот теперь она увидела Джейн в таком же состоянии. Все как бы повторилось: и кафе, и подруга-утешительница, и выражение отчаяния на лице другой девушки… Странно, но она вдруг посочувствовала Джейн.

Приехав к Элис, Ева рассказала ей об этом инциденте и добавила в конце:

– У Джейн, правда, есть мать, но Сэйди говорит, что миссис Хартвиг занята только собой да всякими общественными делами. С отцом, насколько я могу судить, они вряд ли близки. Она одна, совсем одна. И это мне так понятно. Элис только покачала головой:

– Ты, конечно, вправе сочувствовать Джейн, но не сравнивай ее с собой. Вы очень разные. Она думает только о себе.

– Ты что, не понимаешь? Мне ее жалко потому, что ей неоткуда ждать поддержки. Она как бы между двух огней, если знать о вражде между Адамом и ее отцом! – Ева нахмурилась и продолжала развивать свою мысль: – Может быть, она другая, нежели ее отец, и ей как раз по душе такой человек, как Адам? И неудивительно – он такой добрый и отзывчивый по натуре. Правда, ненавидит Хартвигов. Она пыталась завоевать его, но Джейн для Адама – только представитель семьи Хартвигов.

Элис внимательно выслушала Еву и обняла ее, сказав:

– Давай как-нибудь еще поговорим об этом, ладно? Мне сейчас нужно бежать.

Она схватила портфель, поцеловала дочку и, помахав на прощание рукой, исчезла за дверями.

Ева подошла к Карен и в задумчивости уставилась на резвящуюся в коляске девочку. Мысли ее были только об Адаме. Она вспомнила его поцелуи и тяжело вздохнула. Карен залопотала что-то на своем младенческом языке и улыбнулась Еве.

– Да, крошка! Это действительно замечательно. Но сейчас мне надо срочно позвонить Сэйди и договориться об уроках кулинарии.

Глава 11

В течение трех недель Адам ежедневно ездил с Евой кататься верхом, но сегодняшний день был непохож на другие. Они уже объездили всю долину, но излюбленным местом все-таки оставалась лужайка на холме. Вот они и приехали сегодня именно туда.

Адам наблюдал, как Ева распаковывает корзинку: холодный жареный цыпленок, салат и шоколадное печенье – все ее собственного приготовления. Уроки Сэйди не прошли даром – Ева стала прекрасно готовить вкуснейшие блюда.

Сама она выглядела сегодня так очаровательно, что Адам не мог не любоваться ею: роскошные золотистые волосы, ниспадающие волнами на плечи, нежная бархатистая кожа… Он отметил, что Ева чуть-чуть загорела, а на носу появились симпатичные веснушки. Ему все в ней нравилось, все его восхищало. За последнее время Адам понял, что дорожит этой девушкой, не может прожить без нее ни минуты. Если они не виделись, он не переставая думал о ней. Поразительно, как быстро Ева адаптировалась к деревенской жизни. А ведь он поддразнивал ее, называя горожанкой! У нее необычайно легкий характер, она умна и талантлива, дело у нее всегда спорится, за что бы она ни бралась.

– Пойди-ка сюда, – сказал он, поймав Еву за руку и притягивая к себе. – Хочу сказать тебе кое-что. Я дал себе обещание, что не буду торопиться с признаниями, но ты должна знать: я не позволю тебе исчезнуть из моей жизни так же неожиданно, как ты в ней появилась.

Он увидел, что Еву поразили его слова – она смотрела на него, широко раскрыв глаза.

– Что тебя так удивляет? – спросил он.

– Но ты… ты же ничего обо мне толком не знаешь… Адам взял ее за плечи и сказал уверенно, не сводя с нее глаз:

– Знаю одно – ты прекрасна и душой, и телом. Что бы ты ни делала, во всем проявляется самое главное в твоей личности, и это нельзя не заметить. Я также знаю, что ты всю жизнь старалась заменить своему отцу сына, которого у него не было. Свою карьеру ты избрала ради отца, она тебе не по душе, и ты решила наконец понять, на что способна.

Мне известно, что ты разошлась со своим женихом и не стала убиваться по этому поводу. Он большой дурак, раз упустил тебя, но я ему благодарен за это. – Адам крепче сжал ее плечи. – Что еще я знаю? Ты талантлива, добра, энергична. Дай мне еще три недели – и я смогу сказать о тебе больше. Но самое важное, ты – живое воплощение моей мечты.

Ева, все еще не оправившись от изумления, слушала его. Она была так хороша, что Адам не удержался и нежно поцеловал ее. Ему хотелось сказать ей о своей любви, но он не посмел: ее чувства к нему важнее.

– Так значит… – проговорила Ева наконец, – ты… любишь меня?

Она обо всем догадалась сама!

– Вот хорошо, что ты сразу это поняла.

– Но… Не слишком ли рано говорить об этом?

– Ты так считаешь? Серьезно? – смутился Адам. – Тогда скажи ты, каковы твои чувства ко мне?

Ева опустила глаза. Чтобы искренне ответить на такой вопрос, ей пришлось преодолеть некий психологический барьер, который долгие годы мешал ей раскрыться перед другими.

– Мне трудно сказать… – начала она нерешительно. – Все еще так непонятно… Но ты мне далеко не безразличен, я даже увлечена тобой…

– Ага, хоть что-то! – усмехнулся Адам. – Значит, ты увлечена мной? Правда, раньше я сомневался в этом. Ты хорошо держалась.

– Потому что заботилась о своем моральном облике. Хороша бы я была, если бы, не успев расторгнуть помолвку с женихом, тут же увлеклась другим мужчиной!

– Ладно, – сказал Адам, продолжая улыбаться, – я скажу по-другому: тебе просто было немного стыдно быть счастливой, когда по всем правилам ты должна была горевать.

Еве понравился ход его мыслей, она улыбнулась, но покачала головой.

– Слушай, – Адам взял ее за руки и зажал ее ладони в своих, – не стоит отрицать очевидное. Я очень наблюдательный, разбираюсь в психологии. Мне не составило никакого труда заметить, что я тебе нравлюсь.

– Ух, как же ты уверен в себе!

– Не в этом дело. Я же сказал, что все подмечаю. А кроме того, никогда не теряю надежды. Если бы я был тебе совсем не интересен, ты бы не стала ездить со мной верхом каждый день. Верно? Не можешь же ты так любить лошадей и мою собаку!

Еве стало смешно, она улыбнулась и подумала, что Адам, как никто другой, умеет рассмешить ее.

– Если ты хочешь сказать, что любишь меня, не стесняйся – говори, я буду просто счастлив услышать это.

Он ласково смотрел на нее, и сердце Евы наполнилось нежностью. Но что она может сказать ему? Он, несомненно, очень нравится ей, но любит ли она его? Она вообще не верит, что в состоянии распознать собственные чувства.