Вокалистка - Сергей Павлович Бакшеев

рыжеволосая женщина с красивой осанкой и умным взглядом и высокий мужчина с округлой бородой, вытянувшийся при появлении начальника.

Первым делом полковник заглянул на кухню.

— Так, проверим, здесь вы пили чай с печеньем. Все верно. — Он двинулся в комнату. — Прочли заготовленный текст на английском, сидя на диване. Я и забыл, что на стене ковер.

— Мы про ковер не говорили, — мотнула головой женщина.

— Ковер меняет отраженный звук, — пояснил Трифонов и указал на дальнюю комнату: — А там вы отклонились от программы и болтали…

Он подмигнул Сане. Та повторила голосом бородача:

— Трифон мается ерундой, хватается за каждого чудика.

Бородатый покраснел, стал извиняться:

— Товарищ полковник…

— Смышляев, ты веришь в чудеса техники, а я в возможности людей. Знакомьтесь — это Вокалистка. Будет работать с нами.

У Саны зачесался проклятый шрам. Как обычно при первой встрече изъян на ее лице притягивал чужие взгляды. Полковник поспешил представить своих подчиненных:

— Наш инженер Дмитрий Смышляев, специалист по прослушивающей технике. Считает, что легче один раз родить, чем каждый день бриться.

Шутка возымела действие, собравшиеся расслабились.

— А это Евгения Корман, еще недавно она работала за океаном, а теперь помогает Родине на родине. Ты будешь с ней жить здесь и полностью ей подчиняться.

— Я думала, меня отвезут домой. Мне нужны личные вещи, — напомнила Сана.

Трифонов покачал головой:

— Из квартиры не выходить. Для прежних знакомых ты находишься в следственном изоляторе, уход будет расцениваться как побег. Твои документы останутся у меня, а вещи из Владимирской гостиницы мы привезли. Насчет остального — составь список.

Сорокин внес дорожную сумку, с которой Сана уехала на гастроли. Полковник взял Евгению под локоть, чтобы отвести ее в другую комнату для конфиденциального разговора, но, посмотрев на Сану, скривил губы: от таких ушей ничего не утаишь.

Он спросил Корман открыто:

— Ты справишься с Вокалисткой в случае необходимости? Или пусть Леша Сорокин с вами поживет?

Евгения смерила взглядом новую соседку и спросила, коснувшись пальцем своей щеки в том месте, где у Вокалистки был шрам:

— Один вопрос: это откуда?

— От урода.

— И как ты отомстила ему?

— Моральные уроды меня не интересуют, — отрезала Сана.

Корман понимающе кивнула и заверила начальника:

— Сергей Васильевич, мы сработаемся. — Она подошла к Вокалистке и по-дружески тронула ее за руку: — Пойдем, я покажу тебе твою комнату, и ванная тебе сейчас не помещает.

31

С этого момента певица Сана Шаманова превратилась в агента госбезопасности с позывным Вокалистка и стала жить в служебной квартире с Евгенией Корман. Бывшая агент-нелегал, много лет проработавшая в США, прекрасно знала разговорный американский и обучала языку подопечную.

— У тебя идеальное произношение и прекрасная память, — хвалила она Вокалистку, — но необходимо выучить специальные термины.

Новые термины были связаны с вооружением: баллистические ракеты, крылатые ракеты, пусковые установки, разделяющиеся головные части, боевые блоки индивидуального наведения, ядерные заряды, тяжелые бомбардировщики, мобильные ракетные комплексы и прочее в том же духе. Сана старательно запоминала пугающие слова, с трудом представляя к чему ее готовят.

Через день их навещал Сергей Васильевич Трифонов. Он оценивал результаты обучения, включая магнитофонную запись с англоязычной речью, в которой использовались новые термины. Вокалистка из соседней комнаты должны была быстро и точно повторять содержание сложного разговора. Уже через неделю Сана не допускала ошибок.

Несколько раз приезжал инженер Смышляев. Он знакомил Вокалистку со шпионскими устройствами для прослушивания и записи разговоров. Статный бородач с удовольствием задерживался на чай и откровенно заглядывался на хозяйку, стремившуюся ему угодить.

«Да уж, по сравнению со мной любая станет неотразимой», — вздыхала Сана, испытывая легкую зависть, хотя прекрасно понимала мужчину. Евгении было слегка за тридцать и по всем параметрам она оставалась привлекательной умной женщиной, умеющей себя подать.

Для встречи нового 1979 года Корман накрыла стол на троих.

— Кто к нам придет? — поинтересовалась Вокалистка.

— Увидишь, — отмахнулась хлопотавшая на кухне хозяйка.

Как водится, Вокалистка прежде всего не увидела, а услышала гостя и ничуть не удивилась. За дверью стоял сияющий Дмитрий Смышляев. Он явился с шампанским и тортом в руках, с широкой детской улыбкой на лице, словно мальчишка в ожидании исполнения заветного желания.

После полуночи, когда шампанское было выпито и началась трансляция праздничного концерта, Евгения, смеявшаяся над каждой шуткой гостя, увеличила громкость телевизора и увлекла мужчину в спальню, заперев за собой дверь. Сана лишь усмехнулась подобной конспирации. Подслушивать чужое счастье она не собиралась, но, даже заткнув уши, все равно слышала, как в соседней комнате нарастают любовные ласки.

Ей захотелось уйти, убежать от неприличных дразнящих звуков, но куда? Вернуться в прежнюю жизнь она не может, у нее нет документов, зато есть особая примета, которую не скроешь, и люди Трифонова ее быстро поймают. Сана вспомнила родную деревню, там мама, брат, возможно, они волнуются. Надо было послать им открытку к Новому году, соврать, что с ней все в порядке.

Воспоминания о родных местах сменились следующим этапом ее жизни. Она вспомнила Антона Самородова — красивого, в меру наглого и до сих пор желанного, как бы она ни старалась замести эту мысль под коврик. Он был для нее почти родным. Когда-то она встретила с ним Новый год и думала, что так будет всегда. Но Антон поступил подло, она сбежала от него и сейчас вынуждена слушать, как любят друг друга счастливые люди. Она практически видит их ласковые непристойные движения и обнаженные тела.

Нет, с нее хватит!

Сана обула сапоги, закуталась в пальто и вышла из квартиры. Вахтер в подъезде, по виду отставной военный, увлекшийся праздничной телепередачей, не сразу среагировал на беглянку и схватился за телефон, когда хлопнула дверь во двор.

Одинокая женщина шла по заснеженному тротуару, невольно слушая новогодний гомон московских квартир. Люди радовались и пили за то, чтобы наступивший год стал еще лучше предыдущего, а Сана понятия не имела, что станет с ней в новом году.

Внезапно рядом с ней резко остановилась «волга» и из нее вышел Трифонов, перегородив дорогу.

— Мне сообщили о твоей незапланированной прогулке, — строго сказал он, объясняя свое появление.

— Арестуете? — равнодушно спросила Сана.

— Пойми, нас ждет важное задание, его надо выполнить.

— Не беспокойтесь, я никуда не денусь, мне не к кому идти, — честно призналась Сана.

Полковник присмотрелся к ней и мягко предложил:

— Готов составить компанию.

— Вы покинули семейный очаг в новогоднюю ночь ради беглянки? — прищурилась девушка. — Могли послать подчиненных.

— Меня