Цивилизация страуса (СИ) - Фролов Виталий

  Спецназовцы вошли в подъезд.

  Гусев прикинул, что лифты уже заблокированы на верхних этажах, и это значит, что до начала охоты бойцы сюда никак не успеют. В часть охотников наверняка уже здесь...

  Дурак, дурак, дурак.

  Нельзя было полагаться на слова Каца и тупо сидеть дома. Надо было что-то делать, куда-то уходить. Правда, охотники, в этом Гусев был уверен, так просто бы его не отпустили. Уходить из дома надо было сразу, как только получил метку. И телефон тут же выбрасывать. Тогда хоть какие-то шансы...

  Теперь же оставалось надеяться только на хлипкую железную дверь и собственное умение стрелять. Ни то ни другое не давало хороших шансов на выживание даже в совокупности.

  Снова зазвонил телефон. Гусев включил внешний динамик и оставил аппарат валяться на столе.

  -        Серьезно за тебя взялись, - сказал Тунец. - Основательно.

  -        Есть предложения, или просто поговорить хочется?

  -        Валить из дома уже поздно, да и твои ребята на подходе, - сказал Тунец. - Могу пособить продержаться до их прихода, цена прежняя.

  -        Как?

  -        Забейся в какой-нибудь угол, - сказал Тунец. - Только сначала занавески у окна полностью раздерни.

  Гусев занавески раздергивать не стал, просто содрал их к чертовой матери, а потом последовал совету Тунца и забился в угол, выставив перед собой пистолет и держа вход в комнату под прицелом.

  Таймер показал ноль, телефон пропищал какую-то бодрую и незнакомую Гусеву мелодию и начал новый обратный отсчет. Теперь уже от сорока восьми часов.

  Охота началась.

  [1] Ордамлии - в широком смысле то же, что и 'Божий суд', в узком - суд путём испытания огнём и водой. Ордалии считаются одним из видов архаического права, впервые испытания упоминаются ещё в законах Хамурраппи.

  Глава двенадцатая.

  Входную дверь Гусеву вынесли направленным взрывом.

  Раздался небольшой хлопок, а потом металл хлопнул по бетону, а в комнату влетело немного пыли. Гусев убедился, что пистолет стоит на боевом режиме и приготовился продать свою жизнь подороже. Из того угла, в котором он засел, прихожая не просматривалась.

  Тихие, осторожные шаги в прихожей.

  Звук разбитого стекла практически слился с тошнотворным 'чпок', затем Гусев услышал звук падающего тела и трехэтажную ругань. Затем чпокнуло еще дважды, и ругань достигла высот башни Федерация, что в Москва-Сити. Тунец, судя по всему, засел на крыше соседнего здания с дальнобойной снайперской винтовкой. Позиция была более чем удобная, поскольку из-за планировки крохотной Гусевской квартирки, а точнее, из-за отсутствия такой планировки, прихожая простреливалась через единственное окно.

  -        Минус три, - голос Тунца донесся из все еще валяющегося на столе телефона. - Ты мне уже пятнашку должен, приятель.

  Гусев отвечать не стал, прислушиваясь к происходящему в подъезде.

  Некоторое время там ничего не происходило, а потом началась беспорядочная пальба. Короткие и длинные автоматные очереди, громовые разряды дробовиков... сухие пистолетные выстрелы практически терялись на этом фоне, хотя Гусев и не сомневался, что таких выстрелов было много.

  Спецназ поднимался по лестнице.

  Интересно, кто будет платить за ремонт. Расходы-то, видимо, предстоят изрядные...

  Минуты через три, что Гусев счел довольно длительным промежутком времени, канонада стихла. Кто-то постучал по дверному косяку.

  -        Антон? - голос принадлежал Васильеву. - Вы там как?

  -        Жив, - мрачно сказал Гусев.

  -        Мы войдем?

  -        Подождите, - сказал Гусев и повысил голос, чтобы Тунец наверняка его услышал.  - Не стреляй, это свои.

  -        Вижу, - сказал Тунец. - Не стреляю.

  -        Входите.

  Васильев вошел осторожно, на полусогнутых, готовый в любой момент броситься на пол, откатиться в сторону и открыть ответный огонь. Бронежилет и каска покрыты цементной пылью, в руках - короткий десантный автомат.

  -        Там трупы у двери, - сказал Васильев. - Что мне надо знать по этому поводу?

  -        У меня союзный снайпер на крыше, - сказал Гусев. - Его рук дело.

  -        Вот как?

  -        Именно так, - подтвердил по громкой связи Тунец. - Братки, я не знаю, кто вы такие и откуда, но вниз вам не пробиться. Там уже человек сорок собралось, стоят у подъезда и решают, что дальше делать.

  -        Твои предложения?

  -        На крыше пока никого нет.

  -        Ему можно верить? - спросил Васильев у Гусева. Тот пожал плечами.

  -        Понятия не имею, я его и не видел никогда. С другой стороны, а выбор у нас есть?

  -        Моя вина, - сказал Васильев. - Недооценил я кровожадность этих парней.

  -        У вас хоть потерь-то нет?

  -        Царапины только, - отмахнулся спецназовец. - Ладно, на крышу-то мы вылезем, а дальше что?

  -         А дальше - по ситуации, - подсказал Тунец. - С водилой-то вашим связь есть? Если машину куда отогнать надо будет или еще что?

  -        Есть, - сказал Василnbsp; И как ты один собираешься меня из дома вытаскивать? - поинтересовался Гусев.

&ьев.

  -        Не сковырнут его?

  -        Эту машину только гранатометов ковырнуть можно. А гранатомета у них нет.

  -        Пластид был.

  -        Водитель не агрессивен.

  -        Да кому уже какая разница? - спросил Тунец. - Вы сколько человек положили?

  -        Восьмерых.

  -        И я троих. Тебе не кажется, что для первых минут охоты ситуация несколько нетипичная?

  Из подъезда донеслась автоматная очередь. Васильев приложил палец к закрепленному у лица переговорному устройству.

  -        Попытка прорыва?

  -        Нет, прощупывают пока. Думаю, еще минут десять у нас есть, - донеслось в ответ.

  -        Валить вам оттуда надо, - сказал Тунец. - Оп-па.

  Гусеву это 'оп-па' очень не понравилось.

  -        Что там? - спросил Васильев.

  -        Трое на крыше. Из соседнего подъезда вылезли, видимо. Хотят сверху к вам зайти.

  -        Снять их можешь?

  -        Троих - вряд ли. Да и засекут меня.

  -        Ладно, пропусти. Спасибо, что предупредил.

  -        Да не за что.

  Васильев махнул Гусеву, чтобы тот оставался на месте, а сам начал отдавать распоряжения бойцам.

  -        Уже в подъезде, - сообщил Тунец. - И снизу человек десять вошло.

  Васильев выругался. Гусев мысленно к нему присоединился.

  -        Ребят, я ничего не хочу сказать, но чем дольше вы там просидите, тем хреновее все будет, - сообщил Тунец. - Можете мне поверить, я человек в этих делах опытный.

  -        Где служил? - поинтересовался Васильев.

  -        Тебя там не было.

  -        Уверен?

  В подъезде снова заговорили автоматы, что-то ухнуло. Похоже, что граната.

  Не, если выберусь из всего этого, надо будет съезжать, подумал Гусев. Соседи мне этого разгрома не простят. Хорошо хоть, что жилье не свое, а муниципальное.

  Васильев приложил руку к уху и выслушал информацию от своих бойцов.

  -        Путь наверх свободен. Снайпер, как там на крыше?

  -        Пока чисто.

  -        Идем.

  Гусев забрал со стола телефон и вышел в прихожую. Дверь была вынесена взрывом, стены заляпаны кровью. Сразу за порогом лежали два тела, у одного из них не хватало половины головы. У другого в груди была дырка размером с футбольный мяч. Дальнобойная крупнокалиберная винтовка Тунца обладала поистине чудовищной мощью.

  В подъезде пахло дымом, горячим железом и кровью. На площадке лежало еще несколько тел, плюс три пролетом ниже. И еще три пролетом выше. Гусев прислушался к себе и понял, что никаких сожалений по поводу их смерти не испытывает. Они пришли сюда за его жизнью и отдали свои. Такие дела.

  На последний этаж они поднялись быстро и без проблем. Двое бойцов шли впереди, Гусев с Васильевым по центру, трое прикрывали тыл.