Кузнечик сын кузнеца (рассказы) - Юрий Хвалев

Всякая жена сочетается браком не только с мужем,

Но и с тем положением, в каком он находится.

У любого человека в жизни случается момент (или моменты), когда он добровольно берёт на себя ответственность за другого человека. Правда, на словах это звучит не всегда убедительно.

Сказать: «Будьте моим мужем», - согласитесь, недостаточно.

Тут нужен документ заверенный, как и положено, должностным лицом. В данном случае работником загса. И хотя молодожёны, решившие на такой шаг, знают друг друга как облупленные и живут вместе давным-давно, поставленный в паспорт штамп к уже имеющейся у них любви может привнести такое, что лучше об этом не говорить. А просто взять и написать историю семейства Большаковых, происшедшую после их бракосочетания.

Заинтересованные в этой истории люди могут задать резонный вопрос: если они и так жили, как говорится, душа в душу, то зачем им на старости лет понадобилась такая формальность, как штамп в паспорте. Здесь можно только предполагать, так как чужая душа – потёмки. Возможно, к этому решению их подтолкнуло материальное благополучие. А собственность, нажитую совместным образом, лучше рассматривать через призму одинаковых претензий. Потом брачные узы продлевают жизнь и укрепляют традиционные семейные ценности, которые сегодня как никогда актуальны. Кроме того, любая семейная жизнь невозможна без доверия, которое всё-таки лучше подкрепить соответствующим решением и подписью заинтересованных лиц. Пожалуй, на этой возвышенной ноте можно остановиться.

Чтобы диалог звучал более-менее правдоподобно, необходимо поместить главных героев в их собственный особняк. Включить свет в гостиной, так как в сентябре рано темнеет. И впустить в открытое окно чистый, загородный воздух.

- Послушай меня, я тебе должен что-то сказать… – сказал Игорь Викторович Большаков своей жене Людмиле Марковне Большаковой, которая, сидя в кресле, без всякого смысла листала автомобильный журнал.

- Нам нужна новая машина… - сказала жена, оставив свой взгляд на цветной вкладке.

- Машина? Но у нас ведь есть машина, - муж пытался понять, куда она клонит. – Я хотел сказать не об этом…

- А я как раз об этом. Наши соседи купили новую машину. Скажи мне: чем мы хуже? – жена закрыла журнал и с укором посмотрела на мужа.

После такого взгляда Большаков обычно брал паузу, потому что любой ценой ублажать женский каприз ему не хотелось. Тем более, то, что он хотел донести касался их семейного бюджета и его назначения на должность директора одного секретного КБ. Правда, само назначение особой радости не порождало. Во-первых, тот на чьё место он пришёл, был завербован иностранными спецслужбами и находился под следствием. Во-вторых, оклад оказался существенно меньше того, который он получал в бытность простым руководителем отдела. И, в-третьих, отказаться было не возможно, потому что решение спустили сверху.

««Повышение с понижением», - Большаков вспоминал сегодняшний разговор с министром. Его голос всё ещё звенел в ушах назначенца.

«Ничего, ничего! - подбадривал министр. – Справишься».

«Почему на эту должность назначили меня? - хотел спросить Большаков. – Я проектировал взлётно-посадочное устройство. А теперь придётся отвечать за целый боевой самолёт».

«Претендентов было трое: ты, Семёнов и Мартинсон. – Проницательности министра можно было только позавидовать. - Но Семёнов и Мартинсон недавно развелись. А ты наоборот женился. В общем, я рекомендовал тебя».

Нужно было что-то ответить жене, так как долгое молчание - знак безоговорочного согласия. А соглашаться с женой Большаков уже не желал.

- Мы не хуже… но… - сказал он. – Но сегодня мне урезали зарплату.

- Почему?! – возмутилась жена.

- Директор КБ почему-то у них получает меньше, - оправдывался Большаков. – Можешь меня поздравить с сегодняшнего дня я директор того самого КБ.

- Отказаться… - лицо жены покрылось румянцем. – Слышишь, нужно отказаться!

- Невозможно… - муж иронично улыбнулся. - Кандидатов было трое: Семёнов, Мартинсон, Большаков. Семёнов развёлся, Мартинсон развёлся, Большаков женился!

- Может, есть смысл нам развестись?! – воскликнула жена.

- Поздно, уже подписан приказ, - уточнил Большаков. – Поэтому о новой машине и ещё о многом чего… надо забыть.

- Это не возможно… - возразила жена. – Ты должен что-то придумать…

***

На первом производственном совещание Большаков держался уверенно, так как в основном слушал доклады своих подчинённых, которые словно студенты, выходя к доске, рисовали конторы будущего истребителя-перехватчика. Каждый руководитель отдела говорил с той долей уверенности, убеждающая Большакова в общих чертах, что в проекте слабых мест нет. Правда, у нового директора возникали сомнения, доведёт ли он этот проект вообще до конца. Потому что сидя в кресле бывшего директора, который, как мы помним, находился под следствием, в голове Большакова роились нехорошие мысли.

«За шпионаж в пользу другого государства высшая мера наказания».

«Зачем я женился? Сидел бы сейчас в своём отделе, как у Христа за пазухой».

«Несомненно, ко мне тоже будут подруливать. Вербовать».

- Не дождутся, - громко сказал Большаков.

- Что вы сказали? - спросили подчиненные.

- Я сказал… - Большаков окинул взглядом подчинённых. - Я сказал, что противник не дождётся, чтобы наш самолёт был хуже, чем у них. На сегодня всё. Совещание окончено.

Подойдя к зеркальному шкафу, Большаков стал собираться. Снял с вешалки плащ, надел шляпу, взял в руку портфель. Ещё раз взглянул на себя в зеркало. Увидел краем глаза отразившееся окно; пропитанной сыростью день, где с деревьев срывалась капли только что прошедшего дождя.

При виде директора у подчинённых возникал естественный рефлекс мелких сошек. Секретарша, например, увидев его, привстала. Охрана на проходной вытянулась в струнку. А персональный водитель, дожидаясь его в машине, как и положено, заблаговременно прогрел салон.

- Игорь Викторович, куда поедем? – спросил водитель.

- Домой… - сказал директор, голосом уставшего человека.

Машина тронулась. Удобно устроившись на заднем сиденье, Большаков машинально посмотрел в зеркало заднего вида. Машина, стоящая в метрах тридцати, сзади, тронулась следом.

«Зачем я себя накручиваю, - подумал Большаков. Простая случайность».

- Василий, ты вот что… - сказал Большаков. – Впереди, несомненно, пробки. Довезёшь меня до ближайшего метро.

- Игорь Викторович, нет пробок, - возразил водитель. – Я залезал в интернет. Потом я знаю одну дорогу…

- Я говорю, есть пробки! – сопротивлялся Большаков. – У метро меня высадишь. Ясно?

Водитель прикусил язык и, состроив гримасу, одобрительно кивнул.

Машина свернула налево. Тот, кто ехал сзади повторил манёвр.

Мания величия, когда идёшь, не думая, по думающим головам, сменилась у Большакова манией преследования, когда недоброжелатель своими корыстными интересами уже прицеливался в спину.

- Вот метро… - останавливая машину, сказал водитель.

- Вижу, - выходя, сказал Большаков. – Завтра как всегда…

Большаков переступил через лужу и, стараясь смешаться с толпой, приблизился к подземному переходу, над которым возвышалось блестящая буква «М».

- Игорь Викторович, одну секунду… - женский голос звучал рядом. – Один вопрос…

Большаков немного растерялся, но лишь на миг и, как ни в чём не бывало, ушёл в сторону.

- Игорь Викторович, я не отстану… - женский голос звучал уже перед ним.

- Вы ошиблись… - отодвигая в сторону незнакомку, сказал Большаков.

- Это ваша фотография? Ваша… - доставая его фото, не унималась незнакомка. – Вам лучше признаться. Что вы это вы…

- Хорошо, я это я… - Большаков впервые оценил незнакомку, и её стройная фигура ему понравилась. - Вы журналистка? Только журналисты назойливы… простите… как мухи. Спрашивайте.

- Давайте пройдём в сквер, - предложила она. – Здесь так шумно.

Словно конвоируемый её взглядом Большаков покорно шёл по ступенькам. Гуляющие в сквере влюблённые пары казались ему заинтересованными лицами и, чтобы не выделяться на общем фоне, незнакомка взяла его под руку.

- Какая у вас заработная плата? - спросила она.

- Я давал подписку о неразглашении… - обиделся Большаков, потому что почувствовал, что сейчас его будут вербовать.

- Ваша жена привыкла жить на широкую ногу, а ваша новая должность этого не предполагает. – Незнакомка, похоже, была в курсе всех его дел. – Ведь так?

- Ну, знаете, это мои проблемы, - сопротивлялся Большаков.

- Я предлагаю вам сотрудничество. За переданную мне информацию будете получать приличные деньги. - Незнакомка перешла на шёпот. - Меня интересует шасси нового истребителя-перехватчика.