Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

А это вовсе не веранда, а это настоящая театральная сцена! Вау! – Мозг удивительный инструмент! Может выдать ассоциацию на событие прежде, чем глаза толком событие разглядят. Курьер ощутил, как по внутренностям разливается шок. Вы долго ждали эту минуту и вот она пришла. И вы растерялись, так как не готовы к её приходу, хотя и готовились к такой минуте двадцать лет.

Громила допил виски, бросил в рот дольку ананаса, проглотил целиком. Достал из-за пояса свой пистолет. Движения неторопливые, нарочитые. Так ведут себя хозяева ситуаций. Пистолет поменьше размером, чем режиссёрский на столике, но не менее грозный. Вообще, любое оружие видится грозным лишь тем людям, что находились под огнем. Реально, будь то война или бандитские разборки. Иначе остроты ситуации не ощутишь.

— Я получил не все баксы, Фэйс. Договор касался штуки. Если бы этот хрен не помешал своим звонком, — ствол качнулся в сторону гостя, — я бы не попал в апельсин, а я бы попал в тебя… Прострелил бы сердце, печень… Яйца!..

— Громила. Убери из лексикона слово «бы» и вали в ближайший кабак пропивать честно заработанную сотню!

Это мистер курьер удачно зашел! Его всегда интересовало: как можно на равных разговаривать с обезьяной, которая единственным аргументом всегда и везде считает физическую силу! А мистер Фэйс – тот парень, с которым  накачанный имбецил говорит именно на равных. Несмотря на превосходство «павианьего лица» в мускулах.

— Какой пассаж, Фэйс!.. Гони штуку или задашь свой вопрос небесной братве напрямую! Сию минуту! – Громила резко дернул затвор на себя. Патрон выскочил из обоймы и отлажено ушел в ствол оружия. Рука с пистолетом поднялась под прищуренный глаз.

— Громила, а ты знаешь… Ведь твой потолок – убивать мелкий гнус вроде торговцев крэком. А позвал я тебя по одной причине – мне нужен был дебил, что давит на спуск лишь с мыслью о стакане бухла! — Театрал расслабленно приблизился к стрелку. Идти и одновременно говорить – не так-то просто. Когда ты идешь на ствол. Кредит доверия одобрили, но пуля-дура, что небесным приказам не подчиняется.

— Понимаешь? – режиссёр спросил вполголоса. Только так, что даже стороннему курьеру стало ясно: ему на самом деле интересно – понимают ли его! Глаза в глаза: взглядом можно жрать! И если с зуба можно соскочить, то от взгляда не удрать. Ствол в здоровенной руке явственно дрогнул. Видно от двери. Лицо павиана исказилось — ужас, без сомнения!.. Чем примитивней человек, тем легче читать с него эмоции!

 — Я открываю свой театр, и мир всколыхнётся, когда узнает о моих постановках! – вдруг громогласно вскричал кукловод.

Мозговая ассоциация права. Мистер Фэйс — Игрок. Двое отличаются от одного тем, что их больше. Чем больше Игроков – тем интересней играть. Bravissimo!

— Никогда больше не носи заряженный пистолет в штанах, — кукловод изъял из дрожащих пальцев Громилы пистолет. Без усилий. Выщелкнул обойму, что упала с глухим стуком на пол. Передернул затвор, и выскочивший патрон гулко зазвенел о дерево. — Прострелишь мозг, и чем будешь думать?

Театрал демонстративно засунул пистолет Громиле за ремень, прихлопнул по поясу рукою. Ухмыльнулся. Чуть отодвинул себя в сторону, освобождая здоровяку дорогу.  Подмигнул. Прищелкнул пальцами:

— Впе-ерёд!

Громила встряхнулся и с суетливой торопливостью шагнул прочь. Оттолкнул плечом режиссёра. Подбежал к двери и тормознул рядом с курьером. Оглянулся. Злобно морщась, проорал:

— Ты псих, Фэйс! Глянь-ка в зеркало!

Павиан вблизи — страшно. Ты понимаешь, что это дикий зверь, вне клетки. Он в гневе и может сделать всё, что пожелает!.. Мистер Принц думал, что на него смотрят целый час, а прошло одно мгновение. Затем Громила покинул веранду, не закрыв дверь.

***

Мистер Фэйс поднял со столика свой пистолет, вставил в него обойму, засунул оружие себе за пояс. Взял початую бутылку виски и попросил:

— Закрой дверь.

Мистер Принц исполнил просьбу и подошел к столику, встал напротив кукловода.

Когда визави – оба мистеры, то это равноценный дуэт. Театрал небрежно плеснул виски в два стакана. Один подвинул гостю, кивнул. Но тот лишь понюхал алкогольный букет:

— Я не пью раньше пяти часов вечера.

— Насильно в рот не льют, — усмехнулся театрал, и выпил виски одним крупным глотком. Достал из кармана пиджака пачку сигарет и огниво.

— Сигарету?

— Да, благодарю.

Атмосфера доброжелательности возникает тогда, когда берут сигареты из одной и той же пачки. И курят в свое удовольствие, не спеша, а разговоры разговаривают с нотками мечтательности. Табакуры больше понимают друг друга, нежели табачные аскеты!

— Драматические роли наверняка ваше амплуа, мистер Фэйс.

Нет плохих национальностей – есть плохие люди. И хорошие. Этот Игрок – не хороший и не плохой, он – странный, даже для Игрока. Бирмингемец, такой акцент только у них.

— Богатый эксцентричный парень, колесящий по свету. Косишь под рабочего, общаешься с шушерой, пьёшь и ешь в вонючих забегаловках. И думаешь, что так ты познаёшь мир?

— Ваша проницательность сродни вашим актёрским талантам, мистер Фэйс, — любезно улыбнулся гость. — И я хочу посетить премьеру, которой открывается ваш театральный сезон. Уверяю, у вас не будет более благодарного зрителя, чем я!

— Well-well... Нравитесь вы мне, мистер…

— Принц.

Если человеку не идет роль слуги, то логично, что его фамилия не Смит*.

— Да, именно! Да-да! Я так сразу и подумал… Вы мне нравитесь… — театрал заломил руки над головой, страдальчески закатил глаза к потолку. — Всегда хотел иметь такую благородную осанку, как у вас… Не суждено, увы! Моя мамка — это искусная шлюха, а папка — сутенёр…

— Впрочем, к чёрту… — опомнился режиссёр. Играй да не заигрывайся. Ага! Мамка… папка… Какая-то хрень… Бирмингемец, он – причина воспоминаний!.. А хрень можно назвать лиричными струнами души, кстати… — К чёрту, к чёрту! — Кукловод расслабил руки, стер с лица страдание, глянул остро:

— Для того чтобы попасть на премьеру, мистер Принц, надо выполнить два условия. На первое условие вы согласитесь. Только второе условие… вряд ли вас устроит. — Кукловод цинично подмигнул.

Мальчики и павианы. Круг общения этого паяца. Немудрено, мать – проститутка, а отец… Верхняя губа гостя рефлекторно вздёрнулась.

— Мистер Фэйс! Вы слишком самонадеянны, чтобы знать за меня – какое условие мне понравится, а какое нет!

— ОК, мистер Принц, договорились…  — легко согласился театрал. — Цена билета на моё представление