"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин .

- Шшшу-у-ушш, урррх…

- Знорка, не стой пнём! – сердитый эльф потянул её за собой. – Пригнись!

- Оно его сожрёт! – Кесса запоздало рванулась к предводителю, но мох уже сомкнулся за ним – теперь над кустами возвышался только серый силуэт ящера. Земля мягко дрогнула, закачались ветви, - зверь уходил, но ещё слышно было приглушённое шипение и странные рокочущие вздохи.

- Идём, идём! – эльф тянул Речницу за собой сквозь мох, пока не выбрался к воде. Там, на оставленных половодьем почерневших ветках, его ждали ещё двое Детей Намры, и третий как раз выходил из кустов. Все смотрели туда, где исчез предводитель, и Кесса поёжилась от запоздалого ужаса.

- Надо в замок, взять оружие… - начала было она, но под взглядами авларинов замолчала на полуслове.

- Так вот где Хишиг устроила гнездо, - покачал головой один из эльфов. – Не было бы вреда птенцам! Водяные змеи не пропустят её пригорок.

- Куда смотрели дозорные?! – нахмурился другой. – Если бы мы знали, что она тут сидит, не тревожили бы её лишний раз.

Кесса изумлённо мигнула, посмотрела на авларинов – на их лицах не было страха, только смущение и досада.

Мох закачался, пропуская старшего из эльфов. Он, целый и невредимый, вышел на берег, нашёл взглядом Кессу, облегчённо вздохнул и присел на корягу.

- Как там Хишиг? Ты видел гнездо? – эльфы обступили его с вопросами, и Кесса подошла поближе, хоть ей и было не по себе.

- Успокоилась, - ответил авларин. – У неё пять яиц. Отец бродил на том берегу, но на шум вышел к воде. Когда всё разъяснилось, ушёл обратно. Хишиг здорова, и яйца тоже.

- Хорошо было бы перенести их ближе к стене, - сказал один из младших эльфов. – Хишиг каждый год гнездится по таким дебрям, где я спать не лёг бы!

- Не каждый любит, когда на него глазеет весь Меланнат, - сдвинул брови старший авларин. – Знорка, ты не сильно испугалась?

- Испугалась, - фыркнула Кесса. – Да меня чуть не съели! Этот ящер с когтищами…

- Хишиг не собиралась тебя есть, - качнул головой эльф. – Она всего лишь не хотела, чтобы ты наступила на её гнездо. Знорки – удивительные существа! Как можно не заметить гнездящегося зурхана?! Вроде бы он – не лесная мышь. Ну да ничего страшного, это мой просчёт… Хочешь посмотреть на Хишиг? Теперь она не сердится, подпустит нас близко.

Кесса изумлённо мигнула – ей не почудилось, авларин не шутил.

- Н-нет, не надо на неё смотреть, - пробормотала она, разглядывая носки башмаков. – Пусть сидит в своём гнезде.

- Как хочешь, - пожал плечами эльф, поднимаясь с коряги. – Возьми, это твой кулёк с икрой. Займёмся делом, пока не стемнело. Все усвоили, что туда ходить не надо?

Он кивнул на заросли серебристого мха, за которыми скрылся холмик с гнездом. Авларины заворчали, недовольно переглядываясь. Кесса посмотрела на кусты и снова вздрогнула – ей вспомнилась серая гора, горящие глаза и когти-мечи на могучих лапах.

…Щит затрещал от удара, Кесса вскинула его, отводя край от своей щеки, и ткнула противника в открывшийся бок. Дотянулась, - авларин охнул и бросил деревянный меч на мостовую. Он хотел сесть рядом, но Кессу с силой толкнули сзади, и эльф едва успел поймать её, летящую носом на камни. Трое сцепившихся авларинов, сшибая по дороге и Речницу, и её «врага», покатились по мостовой. Кесса, бросив меч, выползла из-под чьего-то тела и осмотрелась. Сражение незаметно превратилось в свалку, и она близилась к завершению – из-под навеса вышел Иллингаэн и ударил посохом о камень.

- Что ж, неплохо, - сказал он, глядя на поднимающихся бойцов. – Точное видение вашей первой встречи с Волной. Как отряд Волны, вы были прекрасны… а вы – очень хорошие лесовики, впервые взявшие в руки оружие. Провижу множество погребальных костров в Меланнате…

- Хватит тебе, - покачал головой Риланкоши, вышедший из тени вслед за ним. – По крайней мере, оружие они держали крепко. И даже Кесса не потеряла меч в свалке. Хаэй! Воины Меланната! Что вы вспомните сейчас из того, что рассказал я перед боем?

- У Волны есть вожди и воины, - ответил авларин, недавно изображавший хеска-врага. – Те, у кого сильная воля, держатся долго, но когда поддаются – заражают многих. Они ведут вперёд тех, кто собрался вокруг них. И если убить вождя первым, отряд дрогнет.

- А стая Яймэнсов – тоже хороший переносчик Агаля, - дополнил другой эльф. – Но в ней нет порядка. Она будет ждать сильного хеска. И если будет такой хеск, и такая стая, и существа вокруг, - у Волны появится ещё один отряд.

- Вот поэтому мы помогаем Яймэнсам-лесовикам, - кивнул Риланкоши. – Чтобы они не оставались в лесу без присмотра, и чтобы Агаль находил меньше пищи. Хаэ-эй! Все в тень!

Кесса влетела под навес как раз вовремя – там, где она только что стояла, теперь лежала огромная связка тонких стеблей, измятых и перекрученных. Четыре алайги, обвешанные тюками, вошли во двор, и теперь Яймэнсы, пригнавшие их, сбрасывали наземь груз. Те, кто должен был их встретить, отвлеклись на учебный бой, но быстро опомнились – и вокруг вьючных ящеров собрались носильщики. Тюки поволокли к длинным строениям вдоль стен. Хески, избавившись от груза, вновь оседлали алайг и погнали их к воротам – все, кроме одного.

Яймэнс зашёл под навес, неуверенно огляделся. Риланкоши, присмотревшись к нему, жестом попросил юнцов разойтись.

- Ваак! – наклонил голову хеск.

- Ваак, - ответил на приветствие Риланкоши. – Что у тебя болит?

Яймэнс неуверенно шевельнул крыльями.

- Колдовать не могу.

Он протянул чешуйчатую лапу к ветке Древа, болезненно сощурился, - ни один лист не шелохнулся и ничуть не изменился. Хеск досадливо зашипел.

- Руки холодит, в груди жжёт, а колдовства не выходит. Ты такое видел?

- Давно это с тобой? – Риланкоши кивнул хеску на лавку, и тот сел, смущённо поводя крыльями. – А остальные не заболели?

- Дней пять… Мы в лесу были, собирали плетеницу, - ответил Яймэнс. – Другие здоровы.

- Это джиджи, - вздохнул эльф. – Я кому давал натирания? Ты натирался? Чую, что нет.

- Да на кой эта вонь?! – хлопнул крыльями хеск. – Это не джиджи. Что, они теперь незаметно кусают? И так, что следов не остаётся?

- Подними крылья и повернись спиной, - велел Риланкоши и кивком подозвал к себе юнцов. Подошла и Кесса, на всякий случай спрятав руки за спину. «Этот бедняга потерял дар магии! Речник Фрисс говорил, что это навсегда…» - она поёжилась. «А вот Риланкоши что-то надумал… Вот бы помогло!»

- Смотрите, - сказал авларинский целитель, слегка приподнимая панцирную пластину на спине хеска. – Так выглядит убежище джиджи.

В толстой шкуре Яймэнса чернела дырочка – небольшая, шириной с ноготь мизинца. Риланкоши коснулся её края, и что-то зашевелилось внутри.

- Джиджи, - цокнул языком один из юнцов. – Хорошо устроился. Прямо под печатью.

Кесса изумлённо мигнула.

- Это жук? Как он миновал печать?!

- Вайнег бы его побрал, и весь их род, - пробормотал Яймэнс. – Как я его не заметил?!

- Замри, - велел Риланкоши, извлекая из кармана изогнутую костяную палочку. Тонкий стержень погрузился в ранку и медленно провернулся, выталкивая на свет существо, похожее на огранённый чёрный камешек с розовыми точками по всем бокам. Оно запоздало шевельнуло лапами, выпустило из хоботка белесую нить, но убежать не успело – игла пронзила его насквозь.

- Джиджи, поедатель магии, - сказал Риланкоши, убедившись, что все юнцы видели существо. – Из-за него мы омываемся пахучими смолами. Запах их кажется некоторым вонью, но лишение магии куда более неприятно. Попробуй теперь свои силы, о гость…

Он легонько провёл пальцем вдоль ранки, и Яймэнс шевельнул лопатками – новая кожа, прорастая над отверстием, сильно чесалась.

- Джиджи, - пробормотал он, протягивая лапу к ветвям Древа. – Надо же!

Ветка закачалась, хотя никто не прикасался к ней, её листья выгнулись, как паруса, поймавшие ветер. Хеск хмыкнул, развернулся и пошёл к воротам, на середине двора взлетел, неуклюже хлопая крыльями, и скрылся в папоротниках.