Искусство войны - Владимир Иванов

бомбардировщиков под предводительством Ади Галлии увенчалась успехом. Флагман Гривуса — разведка это подтвердила — был уничтожен, однако сам командующий Армией Дроидов уцелел. Тем не менее, республиканские СМИ раздули этот инцидент до неимоверных размеров. Второй же корабль типа «Покоритель», участвовавший в блокаде Ботавуи, мистическим образом исчез ровно за час до спланированной атаки магистров Винду и Кеноби. Они притащили туда корабль-невидимку, рассчитывая проникнуть на борт корабля и провести там диверсию, однако Вентресс, которая предположительно командовала кораблем, оставила их с носом.

А потом ко мне прибежала Асока: тело Пло Куна доставили в Храм…

Народу было… мало. Даже из Совета были только Йода, Шаак Ти и Оби-Ван Кеноби, подошедший в последний момент. Дюжина… Нет, одиннадцать джедаев, бывших знакомыми кел-дора, пришли почтить его память. Наша троица замыкала список. Негусто, что тут сказать. Бывал я на похоронах пару раз, еще там, на Земле. Народу было в разы больше, всегда находились те, кто знал усопшего, учился с ним, работал; родственники, наконец… Здесь же атмосфера была мрачной. Как и мысли, посетившие меня.

А ведь, если подумать, я косвенно виновен в его смерти. Не возьми я Асоку в падаваны — она оказалась бы у Скайуокера, все шло своим чередом, и они спасли бы Пло Куна… Нет, это дерьмовые мысли. Могли спасти… А могли не спасти! Кто его знает, как повлияло бы мое вмешательство на историю в этом случае… Твою мать, оно все равно повлияло бы! Так что глупо страдать на тему «Ой, я этого не спас и того не спас, а эти погибли из-за меня». Я точно знаю, что спас двоих — Касс Тод и Мака Лотора. Они живы наперекор всему. Жив я, Асока, мои подчиненные тоже живы, этого достаточно. А Пло Кун… Что ж, это война. На войне умирают.

Я поднял взгляд. Тело магистра лежало на прямоугольном возвышении, укрытое белым саваном. Незнакомый мне джедай, в белой маске, похожей на маски стражей, но в черной мантии, стоящий рядом с изголовьем, вел церемонию. Ритуал был простым и незамысловатым. Все молчаливо склонили головы.

— Сила объективно воспринимает все вещи, она безмятежна, и не колеблет эмоции. Она — результат наличия жизни во Вселенной, без которой Силы не было бы как таковой, как не было бы и жизни без существования Великой Силы. Сила — есть сама жизнь, как и всякая жизнь — есть Сила. Джедай рождается из Силы, и когда его жизнь заканчивается, он снова становится частью Силы, привнося в нее знания, опыт и мудрость, полученные в течении жизни. Всю свою жизнь Джедаи постигают сущность Силы, ищут единства с ней, которое истинно обретают лишь полностью сливаясь с ней после жизни. А потому, то, что называют смертью, в жизни Джедая есть лишь конечное и самое желанное знание, обретаемое лишь однажды, но навсегда — единство с Силой!

Едва джедай закончил говорить, помост с телом Пло Куна начал опускаться в специальную камеру. Асока, стоящая рядом, сжала мою руку. Створки погребальной камеры закрылись. Миг — и внутри вспыхнуло плазменное сияние. Луч света, исходящий из небольшого круглого украшения на одной из створок, вознесся к потолку, символизируя единение с Силой.

— Нет смерти — есть Великая Сила, — хором произнесли мы…

♦ ♦ ♦

После похорон Пло Куна прошло три дня. Асока понемногу свыклась с мыслью, что кел-дор погиб. Во многом ей помогла Таллисибет. Эта девочка… Да, она была слабой в плане Силы, но сердце у нее было доброе. Не знаю, почему она такая, да и… Важно ли это? Какая есть, такая есть. Если бы Асока была другой — она уже не была бы Асокой. Это касается всех нас.

А потом, как водится, печаль отступила под ворохом повседневных дел. Занятия с ученицами перемежались тренировками с Цином Драллигом. Этот язвительный тип выловил нас в первый же день и категорически заявил: «Если вы не притащите свои ленивые задницы ко мне на занятия, то я буду являться вам в ночных кошмарах!». Естественно, мы не решились проверить правдивость его заявлений. С другой стороны, это было разумно. За чередой дел военачальника я немного упустил из виду свою подготовку как джедая, чем едва не поплатился во время последнего покушения.

Но и другими обязанностями я не пренебрегал, ибо от того, как эффективно будут сражаться мои подчиненные, будет зависеть мое выживание на поле боя. В один момент мне стало интересно: уделяет ли какой-нибудь другой джедай столько же времени своим войскам, сколько я? Не может быть, чтобы никто больше — просто по логике и здравому смыслу!

В итоге, за все эти дни я находил буквально пару часов для отдыха, проводя оставшееся после тренировок время в штабе системной армии. На симуляторах отрабатывались различные ситуации: здесь пальму первенства держал Жестяныч, играя в «красных и синих» за КНС. Мало кому удавалось обставить тактика в наземных сражениях, а вот в космических баталиях он уступал нескольким разумным. Сумераги Ли Норьега, Кернатаун Ринаун и — неожиданно — один из молодых мичманов по имени Флавиус Спунс могли обставить ООМ-дроида в восьми случаях из десяти. Формирование экипажей кораблей шло ударными темпами, сами корабли уже почти все прибыли. Дюжина «Охотников» горделиво возвышалась на посадочных площадках, еще восемь должны прибыть в течение недели. Правда, боеготовы были только три из них, с остальными же предстояло провести множество тренировок и учений. Были трудности и с формированием авиакрыла. Каждый из «Охотников» нес по триста семьдесят две машины — это на четыре эскадрильи меньше, чем загрузка первоначального проекта. Но… Учитывая, что одновременно можно было запустить не более восьмидесяти бортов, замена четырех эскадрилий на двадцать шесть турболазеров и тридцать скорострельных бластерных пушек выглядела вполне уместной ценой за повышение огневой мощи корабля.

Но… только на дюжину этих кораблей требовалось четыре с половиной тысячи истребителей и бомбардировщиков. А ведь были и другие корабли, на которых нужно разместить МЛА: «Одобряющие», их авианосные варианты, корветы «Мародер»… Ситуацию немного исправил пришедший от Сиенара «подарок»: грузовой транспорт доставил две с небольшим тысячи новеньких СИД-Прототипов. Ими удалось заткнуть основные бреши, остальной объем ангаров кораблей заняли «Лавины» вперемежку с ARC-170 и BTL/В.

Лихтендаль, восстановившись после импровизированной ампутации, натаскивал своих подопечных из десантного ордера, который насчитывал шестнадцать «Одобряющих» и четыре «Покорителя». Правда, у него появилась странная привычка время от времени коситься на свой протез. Ну… вообще-то ему, как не одаренному, требовался менее выносливый протез, который к тому же мог служить гораздо дольше. Поэтому