Танец с драконами - George Martin

– Геррик – истинный и законный король одичалых, – сказала королева. – По мужской линии он прямой потомок их великого короля Реймунда Рыжебородого, в то время как матерью узурпатора Манса Налётчика была какая-то простолюдинка, а отцом – один из ваших чёрных братьев.

«Нет, – мог бы сказать Джон, – Геррик – потомок младшего брата Реймунда Рыжебородого». Для вольного народа это значит не больше, чем если бы он происходил от лошади Реймунда Рыжебородого. «Ничего они не знают, Игритт. И, что хуже, ничему не учатся».

– Геррик любезно согласился отдать свою старшую дочь моему дорогому Акселлу, чтобы Владыка Света связал их святыми узами, – сообщила королева Селиса. – Остальные его дочери выйдут замуж в тот же день. Средняя дочь – за сира Брюса Баклера, а младшая – за сира Малигорна из Красного Пруда.

– Сиры. – Джон кивнул указанным рыцарям. – Желаю вам обрести счастье с вашими сужеными.

– На дне морском люди женятся на рыбах, – звеня колокольчиками, пританцовывал Пестряк. – Женятся, женятся, женятся.

Королева Селиса снова шмыгнула носом.

– Четыре свадьбы сыграть так же легко, как и три. Давно пора пристроить эту женщину, Вель, лорд Сноу. Я решила, что она выйдет замуж за моего надёжного и верного рыцаря, сира Патрека с Королевской Горы.

– Вель об этом сообщили, ваше величество? – спросил Джон. – У вольного народа заведено, что, когда мужчина хочет женщину, он её похищает, чтобы таким образом доказать свою силу, хитрость и отвагу. Ухажёр рискует быть серьёзно избитым, если его поймает родня женщины. И ещё серьёзнее, если девушка посчитает его недостойным.

– Дикий обычай, – заметил Акселл Флорент.

Сир Патрек только усмехнулся.

– Ни один мужчина не подвергал сомнению мою отвагу. Женщина тоже не будет.

Королева Селиса поджала губы.

– Лорд Сноу, поскольку леди Вель незнакома с нашими обычаями, я могу объяснить ей, каковы обязательства благородной леди перед своим лордом мужем.

«Думаю, зрелище будет то ещё». Джон задумался, продолжала бы королева настаивать, чтобы Вель стала женой одного из своих рыцарей, если бы узнала, как та относится к принцессе Ширен?

– Как пожелаете, – произнёс он, – хотя, если мне позволят говорить откровенно…

– Нет. Думаю, что нет. Можете быть свободны.

Джон опустился на колено, склонил голову и удалился.

Спускаясь, он перешагивал две ступени разом и кивал стражникам королевы. Её величество поставила своих людей на каждой лестничной площадке, чтобы защититься от кровожадных одичалых. На полпути его окликнули сверху:

– Джон Сноу!

Джон обернулся.

– Леди Мелисандра.

– Нам надо поговорить.

– Правда?

«Думаю, что нет».

– Миледи, у меня есть обязанности.

– Именно о ваших обязанностях и пойдёт речь.

Шурша подолом своих алых юбок, она скорее проплыла по лестнице, а не спустилась.

– Где твой лютоволк?

– Спит в моих покоях. Её величество не позволяет Призраку приближаться к ней. Она утверждает, что он пугает принцессу. И пока Боррок со своим вепрем неподалёку, я не осмелюсь его выпустить.

Оборотень отправится с Сореном Щитоломом в Каменную Дверь, как только вернутся телеги, повёзшие племя Обдирателя Тюленей в Зелёный Дозор. До тех пор Боррок останется жить в одной из древних гробниц у замкового кладбища. Общество давно умерших людей, похоже, подходило ему лучше, чем соседство живых, да и вепрь выглядел довольным, роясь в земле среди старых могил, вдали от других животных.

– Это существо размером с быка, а клыки у него длинные, будто мечи. Если Призрака выпустить, они сцепятся, и тогда один из них не переживёт этой встречи, а то и оба.

– Боррок – наименьшая из твоих забот. Эта вылазка…

– Одно твоё слово могло заставить королеву изменить мнение.

– В этом Селиса права, лорд Сноу. Пускай умирают. Ты не можешь их спасти. Твои корабли погибли…

– Осталось шесть. Больше половины флота.

– Твои корабли погибли. Все. Ни один человек не вернётся. Я видела это в своём пламени.

– Твоё пламя, как известно, лжёт.

– Я совершала ошибки, признаю, но…

– Серая девочка на умирающей лошади. Кинжалы во тьме. Обещанный принц, рождённый среди дыма и соли. Мне кажется, что вы совершаете одни лишь ошибки, миледи. Где Станнис? Что с Гремучей Рубашкой и его копьеносицами? «Где моя сестра?»

– Ты получишь ответы на все свои вопросы. Посмотри на небо, лорд Сноу. Когда найдёшь там ответы, пошли за мной. Зима почти пришла. Я твоя единственная надежда.

– Пустая надежда.

Джон повернулся и ушёл от неё.

Кожаный ходил взад-вперёд по двору.

– Торегг вернулся, – доложил он, когда Джон вышел. – Его отец расселил своих людей в Дубовом Щите и возвратится к полудню с восьмьюдесятью воинами. Что сказала бородатая королева?

– Её величество не может нам помочь.

– Слишком занята выщипыванием волосков на подбородке, верно? – Кожаный сплюнул. – Не важно. Людей Тормунда и наших будет достаточно.

«Достаточно, чтобы добраться до места. Возможно». Джона беспокоил путь назад. Возвращение замедлят тысячи одичалых, многие из которых больны и оголодали. «Людской поток, движущийся медленнее, чем замёрзшая река». Они окажутся уязвимы. «Мертвецы в лесу. Мертвецы в воде».

– А сколько достаточно? – спросил он у Кожаного. – Сто? Двести? Пять сотен? Тысяча?

«Стоит взять побольше людей или поменьше?» Маленький отряд быстрее доберётся до Сурового Дола… Но к чему мечи, если нет еды? Матушка Кротиха и её люди уже дошли до того, что едят мертвецов. Чтобы их накормить, понадобятся телеги и повозки, а также тягловые животные для упряжек: лошади, волы, собаки. Вместо того чтобы пронестись через лес, они будут обречены ползти.

– Ещё многое надо решить. Передай всем, что я хочу собрать командиров в Щитовом Чертоге с началом вечерней стражи. К тому времени Тормунд вернётся. Где мне найти Торегга?

– Наверняка с маленьким чудовищем. Слышал, ему приглянулась одна из кормилиц.

«Ему приглянулась Вель. Раз одна сестра побывала королевой, может и другая». Тормунд раньше подумывал о том, чтобы стать Королём за Стеной, пока Манс его не одолел. Торегг Высокий вероятно грезит о том же. «Лучше он, чем Геррик Королевская Кровь».

– Ладно, – произнёс Джон. – Я могу поговорить с ним и позже.

Он посмотрел поверх Королевской Башни. Стена была матово-белой, небеса над ней – ещё белее. «Снежное небо».

– Хоть бы не случилось ещё одной бури.

Арсенал охраняли дрожавшие на ветру Малли и Блоха.