Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

вовлечен в игру своим монархом, его собственные желания должны быть подавлены. Он одновременно силён и бесправен, как фишка на игровой доске. Он делает свое дело, выполняя задания до конца. Он не осуждает и не мстит. Только так он может сохранить свою добродетель и невиновность в настоящих преступлениях. Он никогда не убивает по собственной воле. Сделанное его рукой — не убийство, а исполнение казни. Меч не несет вины.

— Указания убийце, без подписи.

— Я не знал, как остановить их.

Фитц Виджилант, выпрямившись, стоял перед нашим странным советом. Мы собрались в башне Верити, откуда однажды мой король защищал Шесть Герцогств от красных кораблей, и где после этого мы с Чейдом и Дьютифулом делали все возможное, чтобы овладеть Скиллом, несмотря на недостаток информации. Как же она изменилась за эти годы! Когда впервые Верити использовал башню в качестве смотровой площадки, чтобы следить за красными кораблями, она была заброшенной и пыльной, убежищем для старой поломанной мебели. Теперь же темный круглый стол в центре комнаты был гладко отполирован, а вокруг него стояли стулья с вырезанными на высоких спинках оленями. Мне стало жаль тех слуг, которым пришлось тащить тяжелую мебель вверх по спиральным лестницам. Лант стоял, за столом сидели король и королева, леди Кетриккен, Неттл и я.

Леди Розмари и Эш тоже были там, полностью одетые в синее, но настолько темное, что ткань казалась черной. Они стояли, прислонившись к стене, молчаливые и неподвижные. В ожидании. Будто мечи в ножнах.

Дьютифул вздохнул.

— Я надеялся, что они лучше. Думал, что когда заговорщиков вытеснили из их рядов, среди роустеров должны были остаться верные своему долгу. Но, оказалось, нет, — он посмотрел на свои руки и поднял взгляд на Ланта. — Кто-то из них угрожал тебе? Или дал понять, что они знают о намерении убить лорда Чейда?

Лант выпрямился ещё больше.

— Когда я ехал с ними, я был лишь частично осведомлен о случившемся с лордом Чейдом и принцем Фитцем Чивэлом. Если бы я знал больше, то выбрал бы другой подход и был бы более внимателен и подозрителен ко всему, что они делали и говорили.

— Действительно, — согласился король Дьютифул.

И вновь мне показалось, что Лант ждал приговора, а не давал показания, которые должны были решить судьбу роустеров. Олуха передали целителю. Он уже дал длинный сбивчивый отчет о плохом обращении людей, которые должны были его защищать. Ещё он хотел в свою кровать. Бани согрели Олуха, но он все ещё кашлял, когда уходил. Персиверанс, бледный и взволнованный перед столь величественным собранием, подтвердил все сказанное Олухом.

Заговорила королева Эллиана. Она не повышала голоса, но все ясно услышали её слова.

— Сэр, вы когда-либо прямо запрещали им такое поведение? Вы напомнили им, что на них возложена опека об Олухе?

Лант задумался, и у меня упало сердце. Не запрещал.

— Я возражал им. Я указал на то, что они должны вести себя сдержанно, как полагается страже, особенно в таком месте, как таверна. Это не помогло. Из-за отсутствия офицеров они, казалось, совершенно лишились дисциплины.

Дьютифул нахмурился.

— Но прямо ты никогда не приказывал им прекратить вести себя так с Олухом?

— Я… нет, — он откашлялся. — Я не был уверен, что обладаю достаточным авторитетом, сир.

— Если не ты, то кто? — медленно спросил король.

Лант не ответил. Дьютифул ещё раз вздохнул.

— Можешь идти.

Лант скованно пошел к выходу. Прежде чем он добрался до двери, я заговорил.

— Могу я сказать пару слов, мой король?

— Можешь.

— Я хочу заметить, что Фитц Виджилант прибыл в Ивовый Лес в плохом состоянии из-за жестокого избиения в Баккипе, а после этого его разум и тело вновь подверглись нападению захватчиков в Ивовом Лесу.

— Мы не осуждаем его поведение, принц Фитц Чивэл, — ответил король.

Лант бросил на меня пристыженный и в то же время благодарный взгляд. Стража у двери разрешила ему выйти. По жесту Дьютифула его проводили из комнаты и закрыли за ним дверь.

— Итак. Что нам с ними делать?

— Расформировать их. Высечь тех, кто дурно обращался с Олухом, и с позором выгнать из Бакка навсегда, — хладнокровно заговорила Эллиана.

Я не сомневался, что на Внешних Островах их судьба сложилась бы именно так.

— Не все они были жестоки к Олуху. Нужно найти виновных и судить каждого отдельно, — тихо вмешалась Кетриккен.

— Но те, кто не оскорблял его, не мешали это делать остальным! — возразила Эллиана.

Король покачал головой.

— Не было четких указаний. Часть вины на мне, следовало приказать Фитцу Виджиланту принять командование и передать это остальным.

— Сомневаюсь, что роустеры приняли бы его командование, — сказал я. — Он никогда не был солдатом. Это отбросы среди стражи, отвергнутые другими подразделениями. У них меньше всего самодисциплины, и самые беспощадные и наименее уважаемые офицеры. Их, как минимум, следует расформировать. Возможно, некоторые найдут место в других подразделениях, но, оставив роустеров вместе, мы только навлечем на себя худшее, — я спокойно предлагал милосердие, но планировал лично позаботиться о справедливости для тех, чьи имена мне назовет Олух.

Дьютифул посмотрел на меня так, будто прочел мои мысли. Я поспешно проверил свои стены. Нет, в своем сознании я был один. Он просто слишком хорошо меня знал.

— Возможно, ты бы хотел поговорить с каждым лично и посмотреть, соответствуют ли они стандартам для зачисления в твою новую стражу? — и он улыбнулся.

* * *

Раздражение, вызванное моим королем, не ослабло даже от усмешки, которая расцвела на лице Шута, когда я рассказал ему о случившемся.

— Он слишком хорошо тебя знает, чтобы дать тебе это задание. Держу пари, даже в бочке гнилых яблок ты найдешь несколько свежих. И если ты дашь им последний шанс, то навсегда завоюешь их преданность.

— Не таких людей мне хочется видеть за спиной, — заметил я. — Это не тот отряд, который можно передать Фоксглов и ожидать, что она справится. Я бы хотел, чтобы моя почетная стража состояла из действительно почетных людей.

— Как насчет тех, кто издевался над Олухом и ударил мальчишку-конюха?

Я открыл было рот, чтобы ответить, но выдохнул от неожиданности, когда через мои стены с легкостью проникла стрела Скилла Неттл.

Сад Королевы. Новости о Пчелке и Шун. Приходи сейчас. Не пытайся ответить мне Скиллом.

В моем сердце загорелась надежда.

— Неттл вызывает меня в Сад Королевы, — сказал я ему и встал. — Они могут знать о местонахождении Пчелки.

Я удивился, осознавая, что надежда врезалась в меня, как страх.

— Света! Воздуха! — потребовала ворона.

— Я вернусь, как только смогу, — пообещал я.