Почти цивилизованный Восток (СИ) - Лесина Екатерина

- Да.

- Это… любопытно. Весьма любопытно. И не дрожите. Место, конечно, не самое подходящее для встречи, но у меня нет обыкновения есть юных девиц на ужин.

- Н-на завтрак п-предпочитаете?

- Увы, юные девицы на завтрак способны вызвать несварение. Слишком много в них… - мужчина поднял руку. – Мечтательности. Старым людоедам она вредна.

Эва все же улыбнулась.

Почему-то страх отступил. И… мелькнула тень надежды.

- Мой отец… он не знает, где я.

- Несомненно. Если бы знал, думаю, мы бы не беседовали. Да и в целом городу пришлось бы сложно… - мужчина постучал пальцами по столу. – Ты кажешься мне умной девочкой. Во всяком случае, не рыдаешь.

- А поможет?

- Нет.

- Тогда зачем?

- Понятия не имею. Это тайна. Мироздания. Почему женщины плачут, когда для слез нет причин. И почему они так спокойны, когда причин для слез множество?

- Просто… так получается, - Эва слегка пожала плечами. И оглянулась. Кэти… Кэти точно смотрит. И слушает. Или прямо, или…

- Не волнуйся, девочка, - мужчина скрестил пальцы, и Эву коснулась волна ласковой силы. – Она нам не помешает. Времени у нас немного. Признаться… не ожидал.

Эва не стала уточнять, чего именно он ожидал, получив подобное… низкое предложение. И приняв его.

- Я не могу забрать тебя сейчас.

Эва кивнула.

Она и сама бы не пошла. Её… её найдут! Может статься, даже уже нашли. И… и надо подождать. А уходить куда-то с человеком, скрывающим лицо за маской, это… это неблагоразумно.

Она уже достаточно совершила неблагоразумных поступков.

- Вернее я могу, но это приведет к конфликту с людьми, с которыми мне бы не хотелось ссориться. Поступим проще. Завтра состоится аукцион.

О да, Эва знает.

- Ни о чем не беспокойся. Я тебя выкуплю.

- А… потом?

- Потом верну домой. Полагаю, твой отец возместит убытки?

- К-конечно.

- Вот и чудесно.

- Но… вот так… просто?

- А как? – он откинулся в кресле. – Деточка, мир немного сложнее, чем тебе представляется. В нем много людей. У этих людей свои интересы. И с ними приходится считаться. Но тебе повезло.

Повезло?!

Что именно он считает везением?

- Я мог бы и не приехать. В конце концов, подобные игры мне мало интересны… а ты могла бы не дожить до встречи. Это тоже случается. Да и сама эта встреча… я не спасаю всех, подвернувшихся на пути девиц. Но наследница Орвудов – дело иное.

- Это… это неблагородно, - выдавила Эва.

А мужчина лишь развел руками.

Да, в книгах подлецы всегда отличались циничностью.

- Возможно. Но, леди, поверьте, благородство – вещь очень дорогая. Не всякий человек может её себе позволить.

Наверное, не стоит упрекать того, кто готов помочь. Эва… Эва и не упрекает.

Она промолчит.

- Сейчас я позову Кэти и скажу, что вполне удовлетворен нашей беседой. И что ты мне глянулась, а потому я готов заплатить любую сумму. Если Кэти её назовет, я заплачу. И мы уйдем.

Слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой. Нет, Эва… Эва поверила бы.

Раньше.

Но сейчас почему-то не получалось.

- Однако подозреваю, что так просто не получится. Если она предложила тебя мне, то и остальным тоже…

- К-каким ос-стальным?

- Не так уж важно. Главное, что в Клубе состоят люди весьма… небедные, - он постучал пальцем по подлокотнику. – И Кэти это знает. Она довольно сообразительна, местами даже умна, да… как бы то ни было, вряд ли она согласится продать тебя сейчас. И из боязни продешевить, и потому, что аукцион уже объявлен.

- Но… тогда зачем? Эта встреча?

- Затем, что это логично. Подогреть интерес. Показать, что ты и вправду стоишь внимания. И денег, - человек чуть склонил голову. – Не волнуйся, девочка. Просто возвращайся к себе и отдохни.

- Вы… вы скажите моему отцу! Вы ведь знаете, где я и…

- Скажем так, - он откинулся на спинку кресла. – Я знаю. Но видишь ли… само это место обладает некими весьма любопытными способностями.

- К-какими?

- Его не существует.

- Как?!

- Обыкновенно. Этого дома нет.

- Но он есть! Я ведь… - Эва осеклась. – Я же… вижу. Я же здесь. В нем. И вы.

Как это возможно.

И на нее поглядели снисходительно. И с насмешкой.

- Естественно, дом есть. И вполне себе существует, - он поднял руку, и та окуталась облаком силы. – Видите?

- Д-да.

- Некогда дом этот принадлежал человеку весьма своеобразному. Магу. Из числа тех, которых принято называть великими. Характером он обладал вздорным. Людей не любил. То ли досаждали они ему, то ли в принципе, но главное, что он выстроил этот дом. А после укрыл его ото всех.

Похоже на сказку.

Только в случае Эвы очень и очень страшную. Кажется, в последнее время другие ей и не попадались.

- После этот дом сменил многие руки, пока не стал частью… скажем так, клуба. Для избранных.

- Как вы?

- Как я, - согласился гость. – Главное, что попасть сюда без приглашения невозможно.

Вот ведь…

- И… и что мне делать?

- Ничего, милое дитя. Вернуться к себе и ждать. Просто ждать, - он протянул руку и Эва вложила свою, дрожащую. – Все будет хорошо. И уже завтра ты вернешься домой.

Почему-то…

Почему-то все равно не получилось поверить.

Матушка пила чай.

Не то, чтобы это занятие было каким-то слишком уж необычайным, просто… я вот собиралась… выбиралась. Добиралась. И добралась.

И…

И по ощущениям снова пустыню пересекла. А она тут чай пьет.

- Доброго дня, дорогая, - матушка ласково улыбнулась и указала на кресло. – Присаживайся. А вы будьте добры, оставьте нас.

Это она горничной, которую ко мне приставили то ли сопровождать, то ли на нервы действовать. Иначе зачем она всю дорогу сопела.

Пыхтела.

И сверлила меня взглядом. Во взгляде этом читалось плохо скрытое возмущение и желание сказать, что, мол, леди так себя не ведут.

И матушке она бы сказала. Даже готовилась. Вон и рот открыла. Закрыла. А потом взяла и присела, чтобы спустя мгновенье просто исчезнуть. За дверью.

- Как это у тебя получается?

- Просто воспитание, - матушка поглядела на меня с упреком. – А ты о нем, похоже, забыла.

- Ну… я не нарочно. А Эдди где?

Присесть я присела.

Гостиница, конечно… в Последнем пути такой не было. Да что там наше захолустье, небось, во всех окрестных городках ничего похожего не сыскалось бы. Этакою роскошь не в каждом борделе увидишь.

Ну… я не то сказать хотела.

Наверное.

Главное, все блестит, сияет и прямо таки бьет по нервам излишнею благообразностью.

- Уехал по делам.

Выходит, и у него дела. И у Чарли. И… даже матушка и та чаем вон занялась, разливает по крохотным чашечкам, голубенькими цветочками расписанным.

- Возможно, что весьма скоро мы переедем.

- К-куда? – сердце ёкнуло.

Переедут?

Или уедут?

Домой? Может, не совсем, землю-то сдали, но… но отсюда? А я тогда как? Одна останусь? Я не хочу, чтобы одна!

- Мне от тетушки дом остался, - невозмутимо произнесла матушка. – В наследство. Эдди должен его осмотреть, и если дом в приличном состоянии, а я весьма на то надеюсь, в него и переедем. Это недалеко.

Фух.

Аж дышать легче стало!

- Вот, дорогая, - мне протянули чашечку с блюдцем. – Выпей. Ты выглядишь взбудораженной.

- Я…

Я взяла чашечку. И блюдце тоже. И снова ощутила голод, который в последнее время, кажется, испытывала почти постоянно. Сейчас вот тоже в животе заурчало.

Но дело не в нем.

А в том, что сказать?

Что мне там не рады? Что не любят? Не ценят? Что хотят запереть где-нибудь подальше от их драгоценного Высшего света? Что матушка Чарльза хотела бы иную невестку?

А сестрица вовсе открыто ненавидит?

Что сам Чарльз исчезает, а если и появляется, то ненадолго и какой-то… другой.

Чужой.

Незнакомый.

И этот незнакомец бесит несказанно. Но я держусь.