Грехи и грешницы - Сьюзан Одо

Не разобрав, кто перед ним, Пит извинился и нагнулся, чтобы поднять тюбик.

— Привет! — воскликнула Мэнди.

Вздрогнув, он посмотрел на нее и со смущенной улыбкой поднялся на ноги.

— Спасибо, — проговорила она.

Теперь они молча стояли и смотрели друг на друга, не зная, что и сказать. — Давно я тебя не видела, — наконец выдавила из себя Мэнди.

— Ага, — озираясь по сторонам, кивнул он. — И я тебя тоже. А где твои подруги? — спросил он, глядя на пустое шале.

— Они на лужайке, принимают солнечные ванны, — вертя в руках тюбик, ответила она. — А твои друзья?

— Играют в бильярд. — Избегая ее взгляда, он упорно смотрел по сторонам, как будто попал сюда впервые.

— Как тебе здесь?

— Не особенно. — Он помолчал. — Правда, мы вдоволь повеселились.

— Ага, и мы тоже. — Оба коротко рассмеялись.

И вновь наступило молчание. Мучительно подыскивая слова, Мэнди чувствовала, как ее лицо заливает краска.

— Выпить не хочешь? — наконец выдавал он.

— Можно, — с облегчением выдохнула она и захлопнула за собой дверь. — Я только предупрежу девчонок.

Он кивнул, и они зашагали к лужайке — слегка смущаясь, не в ногу, но уже вместе.

Звон разбитого стекла вернул Мэнди к действительности. За соседним столиком два старика обсуждали достоинства Дэвида Джека и остальных героев старого «Арсенала».

— Он был великим игроком, этот Дэвид Джек. Помнишь гол, который он забил «Ньюкаслу»? Это было как раз перед войной. В тридцать четвертом…

— Ну да, я знаю, о чем ты говоришь…

— Третий…

— Блестящий был удар! Даже болельщики «Ньюкасла» ему аплодировали. Мяч влетел в сетку, как торпеда!

— А Алекс Джеймс…

— Крошка Алекс…

— Лучший левый крайний за все время.

— Да. Подумать только, ведь тогда забивали по сотне голов за сезон! А какие были нападающие! Бастин, Дрейк…

Нынешние игроки им в подметки не годятся!

И так далее в том же духе.

Футбол. Мэнди никогда не разделяла пристрастия мужчин к этой игре — в конце концов, это всего лишь игра. Для подростков. Двадцать два взрослых мужика бегают по полю за кожаным мячом, а тысячи других, словно дети, с волнением за ними наблюдают. Вот и Пит такой же. Сейчас он оживает только тогда, когда «Скай» показывает хорошую игру с «Тоттенхэмом». Надо сказать, такое бывает нечасто!

Как и занятия сексом. Хотя она не жалуется. Чем реже они будут спать с Питом, тем лучше. Особенно теперь.

Ее слегка передернуло.

Мэнди осмотрелась по сторонам. Сюзи все еще стояла возле бара, флиртуя с мужиками. В каждой руке она держала по полному бокалу. А вот позади нее, в углу, сидела пара, привлекшая к себе внимание Мэнди.

Мужчина был гораздо старше женщины. Зачесанные назад черные волосы с проседью, круглое лицо.

«Пожалуй, ему под шестьдесят пять», — подумала Мэнди. Поверх белой рубашки с расстегнутым воротом надет красный джемпер с глубоким вырезом. Бросились в глаза полувоенного покроя бриджи и начищенные до блеска коричневые туфли. Женщина была крашеной блондинкой — у корней волосы уже приобрели естественный темный цвет — и лет на двадцать моложе своего спутника. Несмотря на потрепанный вид, женщина была одета аккуратно, даже почти модно. Словно подростки, они нежно улыбались друг другу. Мэнди заметила, как женщина прикурила и вставила сигару в рот мужчины.

Со стороны все это могло показаться грустным, даже жалким. Будь Мэнди помоложе, она, пожалуй, и засмеялась бы. Но сейчас смеяться совсем не хотелось. Наоборот — этот незначительный жест тронул ее до глубины души.

«Что здесь плохого? — спрашивала она себя. — Что плохого в том, что эти двое нашли свое счастье? Немного любви — вот чего мы все ищем. Немного любви. А каким путем — не важно».

Она поднесла к глазам салфетку и прочитала: «Мистер Гарри».

— А еще Том с Диком, — приблизившись, добавила Сюзи и поставила бокалы на стол. — О чем задумалась?

— Да так, — хмыкнула Мэнди. — О счастье.

— О, это слишком серьезно, Мэнд. Единственное, что я могу тебе сказать, — что оно бывает в различной упаковке, всех сортов и размеров.

— Кажется, ты села на любимого конька!

Сюзи улыбнулась:

— Ты насчет секса? Ничего подобного. Я вовсе не думаю, что секс как таковой приносит счастье. — Она вытащила из сумочки пачку сигарет. — Только пойми меня правильно, иногда это бывает просто замечательно, но, если по правде, большей частью все совсем не так, как кажется. Линдсей говорит, что ежедневному сексу она предпочла бы плитку шоколада — гораздо питательнее и хватает надолго! — Улыбнувшись, Сюзи поднесла к губам сигарету и закурила.

— Я думала, ты бросила.

— Бросила. Но это так приятно.

Мэнди посмотрела на нее и засмеялась:

— У тебя есть хоть немного силы воли?

— Немного есть. Достаточно для того, чтобы избежать неприятностей. И недостаточно для того, чтобы перестать забавляться.

Мэнди захихикала. На ее взгляд, неплохой баланс. Самой ей никогда такого не добиться. Тяжело вздохнув, она сделала большой глоток.

— А что случилось? — наклонившись к ней, спросила Сюзи.

— Ох, не знаю. — Мэнди посмотрела ей в глаза. — Просто… ну, я завидую тебе, Сюз. Тому, что ты делаешь то, что хочешь. Я бы… ну, например, я бы хотела вести себя как ты. В общем… я бы хотела, чтобы меня пригласил какой-нибудь парень и просто…

— Что просто? — перебила ее Сюзи, сверкнув глазами.

Мэнди шутливо толкнула ее локтем:

— Перестань! Ты знаешь, что я имею в виду.

Сюзи откинулась на спинку стула, затянулась и кивнула в сторону бара.

— На самом деле это легко. Просто не надо останавливаться. И не обращать внимания.

— На что не обращать внимания?

— На то, что скажут люди. — Сюзи поставила бокал на стол и, обхватив его руками, стала разглядывать прозрачную жидкость. — Я знаю, что люди говорят обо мне, как меня называют.

— Но…

— Все ерунда, Мэнд. Правда. Потому что я не придаю этому значения. Шлюха, дрянь, подстилка — я же все слышу. И знаешь, мне смешно! Потому что большинство женщин думает так же, как ты. Они хотели бы делать то, что делаю я, но им не хватает решимости.

— А разве чувства не имеют значения?

— Вовсе нет! — Она по-прежнему не отрывала глаз от бокала. — Наверное, я завожусь от того, что меня хотят. — Наступило недолгое молчание, затем Сюзи посмотрела на Мэнди и улыбнулась. — Так или иначе, до сих пор меня интересовала у них только одна штука.

— До того, как появился Джо?

— Да, Джо. — При упоминании о нем на губах Сюзи заиграла довольная улыбка.