Попугай – птичка райская - Татьяна Луганцева

– Я не хочу тебя напрягать… – осторожно начала Анжелика.

– Но, видимо, придется. Лучше сейчас, чем потом. Я бы так предпочел. – Молотов пристально смотрел на нее.

– Не будешь ругаться? – спросила Анжелика.

– Не пугай меня. С чего бы?

– Когда мы с тобой лежали в психоневрологической лечебнице… – явно издалека начала Анжелика.

– О, господи, не начинай! Не хочу об этом вспоминать! – воскликнул Молотов.

– Сам же говорил – расскажи! – обиделась Анжелика.

– Речь о психушке? Ладно, говори… – вздохнул Станислав Андреевич.

– Ну, так вот! В клинике лежала одна женщина…

– Что с ней не так? – со страхом в голосе спросил Станислав Андреевич.

– Ты послушай! Зовут ее Галина, она в психушку попала из-за нервного срыва, потому что у нее погибли сестра со своим мужем.

– От такого вполне могут расшататься нервы, – согласился следователь.

– Так вот, – Анжелика подняла к потолку ясные безмятежные глаза, – мне кажется, это она убила свою сестру и ее мужа.

В кабинете следователя Молотова повисла гнетущая и всепоглощающая тишина.

– Ты серьезно? – наконец осторожно поинтересовался Станислав Андреевич.

– Абсолютно! – кивнула Анжелика.

– Анжелика, не начинай. Только все закончилось.

– А ты не помнишь, как все начиналось?! – воскликнула она. – Именно я начала подозревать, что вокруг меня происходит что-то странное… Я прямо чувствую это! Я как оголенный нерв! У меня знаешь как интуиция развита! Да назови это как хочешь! Факт остается фактом.

– Нет. Это невозможно! Но почему ты такое подумала про эту… как ее? Галину! – вздохнул Станислав Андреевич, намереваясь следовать намеченной линии поведения в их семейном союзе, а именно не ссориться.

– Я же говорю – интуиция.

– Так же, как с Егором? Ты его в кровавые маньяки записала, он и студентку убил, и жену. А оказалось, что он никого не убивал, сам жертвой стал, – сказал Молотов.

– Да! Егор у нас белый и пушистый! Он всего лишь стал свидетелем убийства молоденькой девчонки и не сообщил туда, куда следовало. А после этого заказал свою жену! Просто ангел во плоти!

– Но все равно твоя интуиция ошиблась! – не согласился Станислав Андреевич.

Анжелика надулась.

– Ну ладно, рассказывай, – смилостивился Молотов.

– Все-все-все? – оживилась Анжелика.

– Все, что сочтешь нужным, – сдержал улыбку Станислав Андреевич. – И все-таки почему ты думаешь, что она в чем-то виновата?

– Не просто в чем-то, а в гибели сестры и ее мужа! – заявила Анжелика.

– Ты все-таки пугаешь меня! Получается, у моего друга Жоры не частная больница, а просто какое-то сборище маньяков, зализывающих свои раны и заодно прячущихся от мира и следствия.

– Именно так! – горячо заверила его Анжелика. Глаза ее заблестели особым светом. Гончая взяла след.

Анжелика рассказала Станиславу ту историю, что ей в свое время поведала Галина. Про ее сестру Татьяну и зятя Олега, про его недомогание и их поездку к целительнице Евангелине.

– Просто захватывающий сюжет для фильма, – хмыкнул Станислав Андреевич.

– Ты что, не веришь мне?!

– Верю! А почему ты не веришь ей? Ты же не знаешь эту Галину. Напридумывала себе…

– Прежде чем прийти к тебе, я…

– Что?

– Не будешь ругаться? – уточнила Анжелика, чем напрягла следователя еще больше. – Я разыскала, где Галина живет, и понаблюдала за ней. Издалека. Она гуляла во дворе со своими, то есть с детьми сестры, – сказала Анжелика.

– И что узрел твой опытный взгляд? – постарался сделать очень серьезное лицо Станислав Андреевич.

– А ты не улыбайся!

– А я и не улыбаюсь! – ответил он.

– Знаю я! Так вот, Галина просто наседка. Хлопочет и хлопочет вокруг детей, словно квочка. И шапочку подправит, и шарфик завяжет, и ботиночки платочком протрет, предварительно поплевав на него.

– И что в этом плохого и подозрительного?

– Гиперопека, – не согласилась с ним Анжелика.

– Дети только что потеряли родителей, они нуждаются во внимании.

– Только дети счастливыми не выглядели. Они смотрели на Галину затравленно и шарахались от нее.

Молотов задумался, а Анжелика продолжала:

– Это говорит о том, что на виду Галина одна, а когда двери закрываются, она может быть совсем другой.

– И ты думаешь, что…

– Галина бесплодна и жутко завидовала сестре. Устранив ее, она стала мамой. Тем, кем она все время хотела стать. Единоличная опека. Сын, дочь.

– Это все бездоказательно, – пожал плечами Молотов.

– Слушай, кто из нас следователь? Ты или я? Даже я понимаю, что доказательства надо искать там, где произошло преступление!

– Столько времени прошло! Сама говоришь, сгорело там все! – напомнил Станислав Андреевич.

– Но люди же остались какие-то? Свидетели!

– Не говори глупостей!

– Тогда давай расколем Галину, и она во всем признается!

Следователь вытаращил глаза, лоб покрылся испариной.

– Шучу я! – засмеялась Анжелика. – Я знала, что ты так отреагируешь, поэтому… – Она неожиданно замолчала, нервно теребя сумку.

Молотов же всем своим существом превратился в знак вопроса, стараясь не забывать, что они не ссорятся и что перед ним женщина, которую он хочет сделать своей женой. Об этом ему напоминала и маленькая коробочка во внутреннем кармане пиджака, которая давила ему на сердце. Там находилось колечко с каратным бриллиантом.

– Ты сама как бриллиант! – хотел сказать Станислав Андреевич.

– Что? – не поняла Анжелика.

– Я вслух это сказал? Ты с ума меня сведешь, – вздрогнул Молотов.

– Ты только не ругайся… В общем, я поехала в то поселение, где жила целительница, – выдохнула Анжелика, словно ныряя в омут с головой. – Там в глухом лесу отстроена деревня. Люди живут очень замкнуто, ни с кем не разговаривают, не доверяют никому.

– Очень хорошее место для сбора доказательств, – закончил за нее мысль следователь.

– Но я умею расположить к себе людей! Я не сдаюсь ни в какой ситуации! – нахмурилась Анжелика. – Ты знаешь, как чудно звучит мой голос в вышине небесной сини и среди высоких сосен?

– Райская птичка пела для них?

– Не поверишь! Я разошлась – дала фактически концерт!

– Верю! – кивнул Станислав Андреевич.

– Я расположила к себе этих скрытных людей! – довольно заявила Анжелика. – А уж религиозные песни довели их до слез.

– Ну и кто что тебе рассказал? – со скепсисом уточнил Станислав Андреевич. – Нашла свидетелей?

– Бери выше! – улыбнулась Анжелика.

Молотов непонимающе уставился на нее.

– Я нашла целительницу, – заявила Анжелика.

– Еще одну?!

– Я нашла Евангелину! Она жива! Я привезла ее к тебе на дачу показаний! – торжественно заявила Анжелика своим поставленным громким голосом.

Эпилог

Пожилая женщина в длинном закрытом платье сидела, смиренно сложив руки. Голова ее была покрыта платком, из-под которого выбивались абсолютно седые волосы. На натруженных кистях рук со вздутыми венами и на лице были видны следы отеков. А вот взгляд у этой женщины был абсолютно чистый и безмятежный, словно у ни в чем не повинного ребенка.

Станислав Андреевич заметно нервничал, а вот женщина была абсолютно спокойна.

– Я исцеляю людей с детства Я давно заметила, что чувствую их словно животное. В детстве разделяла на черное и белое, а затем стала видеть и другие цвета. Когда я долго смотрю на человека, я вижу, как он постепенно отодвигается на второй план, а на первый выходит разноцветное облако. Человек словно растворяется в нем, – сказала женщина.

– Аура? – догадалась Анжелика.

– Кто-то называет это аурой, кто-то – энергетическим полем, биополем. У каждого человека она разная. Когда человек болен, я вижу в этом облаке на месте проблемных органов черные дыры.

– И вы латаете эти дыры? – скептически спросил Станислав Андреевич, но осекся под строгим взглядом Анжелика.

– Нет, молодой человек, я не умею латать дыры, – засмеялась Евангелина приятным, грудным смехом, – я лечу травами, настоями, сном, трудотерапией, молитвой. Меня научила этому мать, а ее – бабушка. Сколько знаю мое родовое древо, все женщины у нас этим занимались, и у них получалось. Я не сделала никому ничего плохого.

– Вас никто не обвиняет, – успокоил ее Станислав Андреевич.

– Вы помните ту ночь? – подвела целительницу ближе к теме Анжелика.

– Помню отчетливо до пожара.

– А семью, приехавшую к вам?

– Две сестры и мужчина, – задумалась Евангелина, – одна черная, другая белая. Я редко вижу такую ауру, какую увидела у Галины. Она испугала меня. У нее не было головы.

– У кого? – оторопел следователь.

– У ауры Галины.

– А, – выдохнул Станислав, пока не понимая, к чему весь этот рассказ.