Преодоление преград - Елена Веснина

— Ладно, зайди тихонько. Толик, ты поговори с ней о работе. Чтобы она так не выкладывалась. Может, она тебя послушает. Скажи, что ее силы нужны ей самой. Нельзя все отдавать другим. А если не может равномерно усилия распределять, пусть уходит с этой работы. Не нужны нам такие деньги. Нам нужна она сама, здоровая и веселая.

Толик кивнул. Он заглянул к Маше в комнату и спросил:

— Привет, Маш. Не спишь?

— Толик? Привет, проходи, — откликнулась Маша.

— Что с тобой? Плохо себя чувствуешь? — спросил Толик, присаживаясь рядом с кроватью на стул.

— Просто устала.

— На работе? Зачем ты так выкладываешься? Так и заболеть недолго… а нам ты нужна здоровая и веселая, — Толик честно выполнял просьбу бабы Зины.

— Это бабушка попросила тебя со мной поговорить? Узнаю ее слова, — улыбнулась Маша.

— Честно говоря, да. Но мне тоже не нравится, что ты так устаешь.

— Ничего. Я отдохну, и все будет в порядке. У тебя как дела?

— Помнишь, мы говорили о путешествиях? О том, что ты тоже хочешь посмотреть мир. Так вот: я скоро уезжаю…

— Правда? Надолго? Куда?

— Пока точно не знаю. Но, похоже, навсегда.

— Навсегда? Почему?

— Не могу пока сказать… Я уезжаю завтра, но скоро обязательно вернусь и увезу тебя с собой. Там мы будем счастливы, у тебя будет все, что ты захочешь. И тебе совсем не придется работать. Ты будешь меня ждать?

— Толик, спасибо большое. Но… я не могу принять твое предложение, — отказалась Маша.

— Но почему? Ты ведь говорила, что тоже хочешь посмотреть мир!

— Но ты же мне другое предлагаешь?

— Да. Я предлагаю тебе быть со мной. Всегда.

— Поэтому я и не могу с тобой никуда поехать. Толик, я не твоя судьба, не твоя суженая.

— Почему ты так в этом уверена?

— Я знаю.

— Откуда? Давай хотя бы попробуем, может, ты поймешь, что не права. А если не понравится, ты всегда сможешь отказаться.

— Но я… я не люблю тебя, Толик.

— Зато я тебя очень люблю! — горячо сказал Толик. — Любил и буду любить всегда! Моей любви хватит на нас обоих.

— Толик, когда ты встретишь девушку своей жизни, ты поймешь, что твои чувства ко мне — это не любовь, а просто симпатия. Любовь может быть только взаимной. Мы с тобой просто хорошие друзья. И навсегда ими останемся.

— Маша, я пришел позвать тебя с собой, потому что я не представляю, как я буду жить без тебя, — обреченно сказал Толик.

— Толик, я понимаю, что для тебя это много значит… Но я уже дала тебе ответ…

— Да, я слышал. Я скоро уеду и больше никогда тебя не увижу… От этого мне очень больно.

— Но если ты действительно не хочешь ехать, останься! — посоветовала Маша.

— Я не могу…

— Почему? Скажи.

— Есть одна очень большая проблема. Очень. Я не хозяин сам себе. У меня есть отец, брат. Я еду вместе с ними. Они меня никогда не отпустят.

„ — То есть ты уезжаешь не по своей воле? Это они так хотят?

— Да, — вздохнул Толик.

— Но ты же самостоятельный человек. Ты вправе сам принимать решения!

— С одной стороны, вроде так…

— Скажи им об этом.

— Нет. Надо ехать. Ты даже представить себе не можешь, насколько тесно мы связаны. Я не хочу… Но я должен… мне придется… На это есть причины, Маша! Есть…

— Ты говоришь так, как будто за твоими словами скрывается что-то ужасное. — Маша вдруг стала ощущать тревогу.

— Что ужасное?

— Как будто ты скрываешь какую-то страшную тайну.

— Да, так и есть, — признался Толик.

— Ты не хочешь мне рассказать об этом?

— Не могу. Но мой отец и мой брат никогда меня не отпустят. Я должен ехать с ними. Дело даже не совсем в них… Дело во мне. Я и сам не могу больше оставаться в этом городе… Я очень виноват… Очень! И никогда не смогу этого искупить!

— Перед кем ты виноват, Толик?

— Перед тобой… И перед Лешей.

— Я ничего не понимаю. Ты меня совсем запутал. Почему ты считаешь, что виноват перед нами?

— Это очень тяжелый вопрос, Маша… Я виноват… виноват… потому что… я…

— Не волнуйся, Толик. Я выслушаю тебя. Говори, — попросила Маша.

— Наверное, оттого что я очень часто поступал… плохо.

— Не обманывай меня. Я не могу поверить, что ты способен на плохие поступки, — Маша искренне верила в это.

— И тем не менее. Я сделал ужасную вещь. За которую, мне кажется, ты никогда не сможешь меня простить.

— Да что ты! Я всегда смогу тебя понять… И, конечно же, простить. Мне кажется, ты винишь себя напрасно. Ты не способен на подлости, Толик. Ты очень хороший… Только… немного нескладный…

— Ты так считаешь? Серьезно? — посветлел Толик.

— Конечно. Я же тебя с детства знаю.

— Ты любишь Лешу? — неожиданно спросил Толик.

— Да… Я его люблю, — тихо ответила Маша. — Я так переживала, когда его похитили.

— А знаешь, кто его похитил? Я!

— Так, значит, ты похитил Алешу? Этого не может быть!

— Может.

— Нет, я не верю! Зачем ты говоришь неправду?

— К сожалению, это чистая правда, Маша.

— Но это чудовищно! Зачем ты это сделал?

— В первую очередь… из-за тебя… — признался Толик.

— Из-за меня? — изумилась Маша.

— Я так тебя ревновал. Места себе не находил. Я очень хотел вас разлучить.

— Но почему? Леша собирался жениться на Кате! При чем здесь я?

— Маша, я не слепой. Ты его любишь, и он… Он тоже любит тебя.

— Тебе показалось… Господи, какой же ты глупый! Что ты наделал?

— Маша, я и сам все понимаю. Но теперь этого уже не исправишь. Теперь я преступник… И поэтому я вынужден бежать из города. Что сделано, то сделано. Единственное, что меня пугает… это то, что я никогда больше тебя не увижу…

Маша задумалась и вдруг сказала:

— Мне кажется, я знаю, как тебе помочь! Нет! Есть один выход… Ты должен пойти в милицию "и во всем признаться! Ведь ты на самом деле добрый, чудный человек! Я никогда не поверю, что ты мог желать Леше зла…

— Да. Если честно, я не хотел всего этого… Меня заставил отец…

— Вот видишь! Потому что сам ты не способен на такое! Они использовали тебя! Ты был всего лишь инструментом в их руках!

— Но я делал это осознанно. Я прекрасно понимал, что я делаю.

— Послушай меня! Ты еще можешь прийти с повинной!

— А они? Мой отец и мой брат? Это моя семья. У меня больше никого нет. Даже тебя. Нет, Маша! Я не пойду в милицию. Я не могу их предать.

— Толик, подумай сам: это единственный выход. Да, ты сядешь в тюрьму, но твоя совесть будет чиста. Это очень важно. Ты не представляешь себе, сколько вы страданий доставили Леше. А его семье? Ты знаешь, как они переживали? Они-то в чем виноваты?

— Они ни в чем… — согласился Толик.

— Но тебе тяжело, и им тяжело. Ты покаешься, а они будут знать, что преступник наказан.