Тень Одержимого - Феликс Эйли

произнёс Акрантофис. — А ты говорил, что всего, чем мы занимаемся, не существует.

— Я не говорил так, — возразил Фридрих. — Я просто сомневался, а теперь… теперь думаю, что в ваших практиках есть доля… правды.

Лицо Хелен довольно просияло от этих слов. Будто наконец-то великий и непоколебимый Грюнвальд признал свою неправоту, пусть и в такой неуклюжей форме. А сам Фридрих думал, что хорошо прикрыл своё вынужденное соглашательство — если бы он притворился верящим в магию с самого начала, то выглядел бы менее естественно и вызвал бы больше подозрений у местной публики.

— Понимаю тебя, Ариан, понимаю, — кивал Акрантофис, потрясая бородой. — Я вижу, что ты заложник ментальных представлений о жизни.

— Я вообще люблю всякие умопостроения, — ответил Фридрих. — Теории, описания научных явлений и общества. Я фактически этим живу.

— Но это не единственное, что есть в нашей Вселенной, — улыбнулся «маг».

— А что есть ещё? — с вызовом поинтересовался Грюнвальд.

— У человека несколько, скажем так, тел, — начал Акрантофис. — Если хочешь, почитай на эту тему Валдоро. У него есть отличные труды по астрологии, над которыми, кстати, работал и я в качестве консультанта.

— Хорошо.

— Посмотри, какие тела у тебя мало развиты, и развивай их дальше.

— Я понял, спасибо вам. А как называется та его книга?

— «Теоретическая и практическая астрология для опоссумов», — с огоньком в глазах произнёс Акрантофис. — Опоссумов добавил я как зоолог.

— Она есть в библиотеке Замка?

— Ну конечно.

После этого разговора Грюнвальду захотелось отдохнуть, лёжа на коврике. Эрпетид куда-то исчез, и Ариан только слышал отзвуки его беседы с Темганорионом. Из другой части зала доносился громкий голос целительницы, а в третьей завывал Реипус. Астрология… Почему же люди уже тысячу лет как живут на разных планетах, но всё равно пытаются объяснить свои особенности и судьбы через двенадцать созвездий, которые наблюдали на Древней Земле, и миры первой Солнечной Системы, освоенной человеком?

Хотя Фридрих мог рассмотреть эту теорию под другим углом. Возможно, созвездия и планеты — всего лишь символы, а их взаимосвязь — модель, которую нельзя воспринимать буквально? Как нельзя буквально воспринимать коммунизм, гюнтеризм, хаогнозис и все прочие знакомые Грюнвальду концепции, чтобы не превратиться в ограниченного фанатика?

Придя в себя, Фридрих отправился дальше бродить по залу и изучать публику. Хелен осталась с Акрантофисом, которого один инициат попросил открыть клетку с бореальскими ледяными ящерицами. Грюнвальд чёрной тенью ходил среди разношёрстной толпы, засунув руки в карманы, и не слышал ничего, кроме праздной болтовни и советов по «саморазвитию». Если подумать, подобное общество было хорошим или даже идеальным прикрытием для более зловещих организаций. Но для начала Фридриху были нужны доказательства причастности хотя бы кого-то из этих «магов» к заговору.

Грюнвальд изучил две оставшиеся комнаты за дверными проёмами. Он задержался у степи, где голографические травинки колыхались на сильном ветру. Там несколько человек собрались вокруг мужчины с густыми ярко-красными волосами и внимательно его слушали.

— Знаете, что я недавно выяснил? — его голос звучал бодро и задорно. — Оказывается, народы Индокитая выжили после Великого Истребления! Пока Узурпатор штурмовал Китай и Японию, они улетели на звездолётах О’Нила и обосновались на северо-западе Галактики.

— О, правда? — спросила черноволосая девушка — судя по возрасту, инициатка.

— Информация из надёжного источника, — мужчина поднял палец. — Я общаюсь со ставленниками Высшей Леди Вицеллы, и знаю, что она уже планирует туда дипломатическую миссию. А я хочу лететь с ними как учёный.

— С интересом послушаю ваш рассказ, когда вернётесь, — вставил Грюнвальд.

— А вы кто? — спросил красноволосый.

Одевался он неброско по меркам Замка, но элегантно — на нём был чёрный блестящий костюм с неким цветком в петлице.

— Лорд Ариан, — представился Фридрих.

— Лорд Хосров, — мужчина встал и пожал Грюнвальду руку.

— Вы антрополог?

— Да, и один из лучших, — похоже, хвастовство было у Хосрова в крови.

— Я скорее философ, но антропологией тоже интересуюсь, — тут Фридрих был искренен.

— О, я так польщён! — Хосров тут же пришёл в восторг. — Слышал о ваших лекциях, Ариан — вас хвалят! Правда, Тчарун?

— Угу, — промычал инициат, который сидел рядом с ним. Грюнвальд прежде видел этого ученика в Аудиториуме.

— Но я не ожидал, что когда-нибудь встречу вас у Акрантофиса! — продолжал разливаться Хосров. — Древние говорили, что все дороги ведут в Рим. Сейчас, когда Рима нет, все дороги ведут в это подземелье!

— Наверное, это судьба, — вяло подыграл Фридрих.

— Конечно же! — красноволосый похлопал его по плечу. — Признаюсь, меня тут слушают, но мало кто вникает в эти темы.

— А что вы изучаете?

— О… Мой интерес — это народы, которые пережили Великое Истребление. Оказывается, в Галактике можно найти столько маленьких цивилизаций, возникших ещё на заре Империи! Благословите их все боги, чтобы флот Узурпатора до них никогда не добрался!

— Хорошее пожелание, — улыбнулся Ариан.

Империя Синто. Содружество Уджима. Онтарский Халифат. Эти государства из трёх-четырёх систем существовали почти тысячу лет только потому, что не представляли для Империи серьёзную угрозу. Тёмный Замок сотрудничал с независимыми планетами, но, увы, не имел там большой власти и не мог поднять их на войну против Императора. А Грюнвальд видел в дальних державах гораздо больший потенциал, чем в любителях побороться за права и свободы в уютных готических залах Замка и администрациях марионеточных правительств. Только, к сожалению, он навсегда останется чужим для народов, далёких от основной ветви человечества. И они будут для него чужими, потому что он не мог до конца понять их менталитет.

— Я наконец-то рад встретить родственную душу! — воскликнул Хосров. — Кстати, я сейчас пишу книгу о пакистанской диаспоре на Магиране. Как закончу, буду продавать здесь, бумажные и с автографами! А лучшим друзьям подарю!

— О, буду ждать, — буркнул Грюнвальд. — А у вас есть какие-нибудь готовые труды?

— Недавно посетил татарскую общину на Алмазостане, — увлечённо ответил красноволосый. — Она появилась почти сорок лет назад, когда ВССМ прекратил существовать. Это для меня непривычный опыт!

— Судя по названию, они до сих пор коммунисты?

— Нет. Там чтят Айнура Алмазова, но для них он больше религиозная фигура.

— Это весело, — усмехнулся Фридрих. — Я так понимаю, там нынче