Артуа.Звезда Горна - Владимир Корн

— Это моя земля — надо же, и акцента почти не чувствуется.

— Барон Артуа де Койн — представился я. — Этого господина зовут Анри Коллайн, тоже барон.-

Прошка от меня представлением не удостоился.

— Это моя земля — повторил главарь.

Ну и что я ему должен ответить? Помолчали еще. И тут он понес откровенную чушь, я даже не ожидал ничего подобного. Он говорил о доблести вайхов, об их воинском искусстве, о том, что рано или поздно они положат всю Империю под копыта своих лошадей.

Ты для кого это все говоришь, для нас или для своих? Еще один сотрясатель Вселенной, мать твою. С виду совсем неглупый человек, зачем тебе все это.

Ворон потянулся головой к лошади человека с тряпкой на копье, принюхиваясь. Не иначе как кобылу почуял. Ворон, да как же тебе не стыдно, здесь можно сказать вопрос жизни и смерти решается, а у тебя одно на уме. Я улыбнулся своим мыслям, хлопнул его по крупу, осаживая, и, подняв правую полусогнутую руку со сжатым кулаком, стукнул ребром ладони левой по сгибу локтя. Надеюсь этот жест и здесь в обиходе.

Тронув поводья, развернул Ворона и поехал назад нарочито неторопливо, не видя смысла продолжать разговор. Когда возвращаясь, мы поравнялись со Шлоном, егерь оглушительно свистнул, привлекая внимания вайхов. Оглянувшись, я увидел, что на звук обернулся все тот же человек с тряпкой на копье. Остальные сочли ниже своего достоинства реагировать на свист. Шлона устроил и такой вариант.

Помахав над головой дымящимся фитилем, он приложил его к круглому камню издали похожему на бомбу, и катнул его вниз. Копьеносец с визгом ожег коня плеткой, бросая его с места в галоп, уносясь от катящейся мнимой бомбы. Остальные, увидев, чем пахнет дело, позабыли про всякое достоинство и понеслись вслед за ним, колотя пятками по бокам лошадей. Мои парни провожали их издевательским смехом и свистом. Шлон, довольный произведенным эффектом, исполнил свой коронный номер, повернувшись тылом к степнякам, и согнувшись. Силен бродяга, поди у самого уши заложило.

Когда мы слезли с лошадей и передали поводья Кадьену, Анри поинтересовался у меня, что обозначает этот жест, и он в точности его скопировал. Вот тебе раз, мои усилия прошли даром, подумал я, вслух же сказал.

— Это жест отрицания, Анри. Всего лишь жест отрицания. Пошли обедать, остынет все. А так хочется горяченького похлебать.-

После обеда разморило на сон, прилег на часок в теньке, подремал.

Вообще-то у нас до вечера режим щадящий, отдыхаем, вяло показывая активность на рытье защитного вала. Проснувшись, я поднялся с подстеленной попоны, попил чайку, вернее заменявшего его здесь бадана, и пошел осматривать нашу работу.

Неплохо, неплохо, даже лучше, чем задумывалось. С внешней стороны насыпь достигала почти полутораметровой высоты. Это не от людей конечно, человек перемахнет через нее не напрягаясь. А вот лошадь, в конце подъема упрется в нее, не в силах перепрыгнуть, не хватит разбега. Нам больше и не надо, секундная заминка в бою значит ой как много. Но это все на крайний случай, у нас совершенно другие планы.

Глава 15

Ночной бой.

Мы собрались у ярко пылающего костра, когда уже совсем стемнело. Как будто бы все готово, лошади оседланы, осталось только подтянуть подпруги, оружие проверено на сто рядов. Не спеша поужинали, не забыв подменить дежуривших на валу часовых. Запили рассыпчатую кашу вином, чинно расселись вокруг костра. Ну что ж, пора приступать к инструктажу. Я уселся удобнее, с минуту помолчал, прогоняя в уме все моменты, уже в который раз за последние сутки и начал:

— Слушаем все внимательно, запоминаем, все вопросы и предложения в конце, когда закончу. В общих чертах план таков. После того, как все обговорим, будем пару часов изображать застолье, с криками, смехом и пьяными песнями. Шлон, насчет пьяных песен у тебя должно получиться неплохо.-

— Ваша милость, для полного правдоподобия неплохо бы…-

Нектор прервал его " жестом отрицания", мол, перебьешься. Ишь как быстро переняли, подумал я, чего бы доброго, например, мои изысканные манеры.

— Парни, осторожнее с этим жестом. Это не совсем жест отрицания. По правде говоря, он обозначает следующее… -

В нескольких словах я объяснил его действительное значение, чем вызвал оживление и смех среди своих людей.

Ну что ж, у нашего отряда есть своя песня, теперь обзавелись фирменным знаком. Я представил себе картину, как мы проезжаем мимо высокопоставленных особ, и, в едином порыве приветствуем их жестом отрицания. Мне самому стало смешно, а когда Прошка поинтересовался, что же меня так развеселило, рассказал ему, что вызвало новую бурю веселья у всех.

Ничего страшного, времени для обсуждения моего далеко не идеального плана еще куча, а своим весельем мы претворяем в жизнь его первую часть, где говорится о пьяном веселье, для того чтобы притупить бдительность противника.

Когда все стихли, я снова взял слово.

— Итак, господа. Все, веселье кончилось, обсуждаем серьезные темы. Часа за три до рассвета принимаем корешки, чтобы ко времени атаки подействовало наверняка и у всех. Ворон, Кот. Вы скрытно выдвигаетесь первыми, осматриваете склоны холма на предмет наблюдателей. Иначе, если вайхи обнаружат наши приготовления, наш ждет в лагере горячий прием. Затем идете к броду, вайхи могли оставить там своих людей, на тот случай, если мы попытаемся форсировать реку в темноте. Мы будем настороже и, если услышим шум у переправы, сразу придем к вам на помощь. В этом случае атака лагеря отменяется, все возвращаются на холм. Если все пройдет благополучно, возвращаетесь на холм, присоединяетесь к остальным.

Всем приготовить белые повязки на голову, корешки корешками, но подстраховаться не мешает. Далее. Работать будем парами, выстраиваемся по пять человек в две шеренги. Растягиваться в линию не вижу смысла.

Начинаю с правого фланга, первая пара — Ворон и Кот, вторая — барон Коллайн и Амин, следом я и Проухв, четвертая Кадьен и Пелай и, наконец, крайняя — это Нектор и Шлон. Атакуем с левого крыла лагеря, доходим до скалы и поворачиваем направо. Затем проходим через центр, прорываемся к степи и возвращаемся на холм. Задача первых в двойке атаковать, ведомые прикрывают. Дикие, к вам особая просьба, по возможности уничтожьте главного, он спит в единственном шатре, как выглядит, вы видели.

Шлон, приготовь две бомбы, запального шнура оставь вот столько — я развел большой и указательный пальцы — и две сумки для них. Одна бомба у тебя, другая у Проухва. Бросать по команде, при отходе. Ружей с собой не брать, пистолетов у нас достаточно. Ружья оставим здесь, у насыпи. Если за нами случится погоня, они очень нам пригодятся. Мы должны во время атаки шуметь как можно сильнее, орать, визжать, словом вести себя очень шумно. Вайхи видят, что мы их не боимся, спокойно чего-то дожидаемся. Так пусть подумают, что к нам пришло подкрепление, это будет только на руку. Главное не останавливаться. Остановимся, нас затопчут.

И последнее, может быть самое главное. Запомните, мы своих не бросаем. Десять ушли, десять вернулись на холм. Раненые, мертвые не важно. Повторяю, десять ушли, десять вернулись. Или все вернулись, или все остались там — и я показал рукой в сторону лагеря. — У меня все, теперь вопросы и предложения.-

Пару минут все молчали, переваривая услышанное.

Затем Кадьен поинтересовался, а что будем делать потом. Все зависит от реакции вайхов, ответил я. И добавил, что утро покажет наши дальнейшие действия. К моему удивлению, вопросов больше не было, не знаю даже хорошо это или плохо.

Дальше мы сидели у ярко горящего костра, изображая пьяную компанию. Бедные вайхи, на их месте я бы голову сломал, что все это значит.

Наконец, пришло время принимать коренья, и Шлон раздал каждому по небольшому кусочку. Я разжевал свой корешок, прислушиваясь к ощущениям. Немного горчит, чуть щиплет язык, слюна стала вязкой. Проглотил его и стал ждать результатов. Костер догорал и это к лучшему. В любом случае пора привыкать к темноте. Посидели, помолчали думая каждый о своем. Вспомнилась Энолия, ее ласки и поцелуи, стройное нежное тело. Почувствовав томление в чреслах, я одернул себя, встал, прошелся. Смотрите-ка, а ведь и действительно окружающий мир стал светлее, раздвинулись границы видимости. Следом почувствовал пьянящий прилив сил, желание броситься на врагов, крушить их и рвать на части. Эге, передозировка, однако. Я посмотрел на остальных — тоже самое читалось у них в глазах. Кивнул Диким, пора. Дикие встали и попрыгали, проверяя на себе источники шума. Затем пригнувшись, скользящей походкой отправились в ночь.

Мы сидели верхом на лошадях у самого прохода, ожидая возвращения Диких. Корешки сработали на славу, я видел склон, лежащую за ним ложбину, но, несмотря на это, появление Ворона с Котом стало для меня неожиданностью. Я даже вздрогнул, настолько внезапно они появились перед самыми мордами лошадей.