Лучше бы я осталась старой девой - Анна Малышева

– Это ненадолго… – Абдулла зевнул, поправил пояс брюк – они с него спадали. На миг она увидела его коричневый впалый живот, отвела глаза. Абдулла не стал умываться и сразу принялся за приготовление кофе.

– Что значит – ненадолго? – с ненавистью спросила она.

– Мы же тебе не мешаем, – Абдулла даже не обернулся. – Куда сегодня пойдем?

– С тобой?

– А что? – Он наконец соизволил на нее посмотреть. – Мухамед просил тебя развлекать. Сказал, что скучаешь.

– Прежде всего мне надо в посольство, – Лена схватила со стола сигарету, закурила, дым показался горьким и тяжелым. Это непробиваемое спокойствие, эта показуха – у нас все отлично! Это дружелюбие, которому грош цена, это ненавистное лицо! И как ему сказать, что больше всего ей хочется уйти отсюда, что она все знает, кроме одного – зачем ее здесь держат?

– А сегодня пятница?

– Да. Деньги уже пришли.

– Ну и пусть там лежат, – меланхолично ответил он. – Зачем тебе деньги?

– Это мои деньги, мои и ребенка! – вспыхнула Лена. – Он прислал их мне! Я хочу их получить! Мне неудобно жить у Мухамеда просто так, не понимаешь?

– Только не говори этого Мухамеду, он обидится, – посоветовал Абдулла. – Ты же его гостья и родственница.

– Но мальчику нужно покупать фрукты, в конце концов! Мне тоже кое-что нужно! Я не могу просить денег у Мухамеда, он и так заплатил наши с Арифом долги!

– Он от этого не обеднел,– засмеялся Абдулла. – У него хорошо идет торговля. Кстати, не желаешь съездить к нему на склад?

– Зачем это? – Лена выпустила дым прямо себе под нос, замахала рукой, посмотрела на Абдуллу покрасневшими от слез глазами. – Один раз я уже сходила на склад, и чем это кончилось?

– Ужасная история.

– А как его жена?

– Плохо, – уныло ответил он. – Будешь пить кофе?

– Я хотела бы с ней встретиться, – настойчиво повторила Лена. – Хочу поговорить.

– Разве ты ее знала?

– Нет, но зато Сафара знала хорошо. А вот к Мухамеду ехать вовсе незачем.

– Увидишь знакомых! – пообещал Абдулла. – Все будут тебе рады!

– Если ты думаешь, что это меня развлечет… – Она не выдержала, разговор заходил в тупик. С этим эффектом ее когда-то познакомил Ариф – с ним тоже было невозможно до чего-то договориться, если он этого не желал. – Я тебе сказала – сегодня мне нужно в посольство, и я хочу познакомиться с женой Сафара!

– Хорошо, поедем в посольство, – быстро согласился тот.

Через час они поехали – не то что вдвоем, вчетвером – с ними пошли Исса и Сашка. Сашка совсем перестал обращать внимание на мать – так привязался к новому приятелю. А Исса – совершенный ребенок по умственному развитию и поведению – казался ничуть не старше Сашки. Они прекрасно ладили и говорили на каком-то птичьем языке – наполовину по-детски, наполовину по-арабски. Лена даже не злилась – Иссу она не боялась, хотя симпатий он у нее не вызывал, и она даже предпочитала, чтобы Сашка находился на попечении у этого беззлобного существа.

Из посольства они вышли через полчаса. Лена уставилась в одну точку, так и шла, пока не споткнулась. Абдулла успел подхватить ее под локоть, и только это прикосновение привело девушку в себя.

– Что же это такое? – спросила она, остановившись посреди улицы. Абдулла пытался открыть рот, Исса испуганно смотрел на них, Сашка внимательно слушал мать. – Что это за штучки? Почему нет денег?!

Если это очередная шуточка Арифа или уж я не знаю, чья…

– Леночка…

– Помолчи! – Это был верх грубости, но ей было наплевать. – Ты ведь слышал, что сказал этот парень в посольстве? Если бы Ариф выслал деньги, они давно были бы здесь! И пропасть они не могли! Кто говорил с Арифом?!

– Мухамед получил факс из Дамаска… – начал было Абдулла, но она перебила:

– Меня факс не волнует! Ты с ним говорил по телефону?! Когда я первый раз пришла к Мухамеду, вы мне сказали, что Ариф позвонил и обещал приехать в Москву! Кто с ним говорил? Ты?

– Я.

– И что?!

– Лена, успокойся. Всякое бывает. Может быть, деньги еще в дороге.

– Я не успокоюсь! Этот парень был достаточно толковый! Он мне русским языком объяснил, что деньги должны быть здесь! Он просто их не выслал!

– Леночка…

– Это идиотизм, которому имени нет! – полыхала она. – Узнаю Арифа! Это он сделал только затем, чтобы выглядеть лучше в ваших глазах! Я знаю! Теперь мне все понятно! Он, видите ли, подумал о жене и сыне, прислал денег! А сам даже не почесался, чтобы что-то послать! Послал факс и ладно! Уже хорошо! Сволочь! Он точно приедет?! – вцепилась она в Абдуллу. – Точно?!

– Леночка, успокойся, на нас уже смотрят… – Абдулла уклончиво улыбался, пытаясь обратить все в невинную шутку. На них действительно смотрели. Причем смотревшими оказались два милиционера. Исса, казалось, испугался. Абдулла продолжал улыбаться.

Милиционеры подошли, попросили предъявить документы. Лена наблюдала проверку, трясясь от злости. У нее даже зубы стучали.

– Девушка с вами? – спросил один из подошедших, когда оказалось, что все документы в порядке, регистрация имеется.

– Да, наша родственница, – вежливо ответил Абдулла.

– Точно, – пробурчала Лена. У нее тоже попросили документы, спросили, давно ли она в Москве. Абдулла принялся объяснять, что девушка приехала на встречу с мужем. А муж тоже вот-вот приедет. Можно зайти в посольство и спросить там. Но до этого не дошло. Милиция удалилась, Лена сунула паспорт в сумочку. Абдулла укоризненно заметил:

– Разве можно скандалить на улице? К арабам и так плохо относятся!

– Я не арабка. – Она отвернулась от него и пошла к метро. Абдулла догнал ее, предложил взять машину. Видимо, он опасался очередного скандала в общественном месте. Уже в машине Лена напомнила ему о жене Сафара:

– Так мы едем к ней или нет?

– Леночка, женщина в таком горе. – Абдулла качал головой. – Не знаю, стоит ли ее беспокоить? Надо немножко подождать, тем более что ты…

– Что – я?

– Ты – красивая молодая девушка, она тебя не знает…

– Глупости! Она все поймет, как только я скажу, что видела его перед самой смертью.

– Все равно, это будет неудобно.

– Хорошо, – Лена покусала губы и заявила: – Тогда поедем к Инне, моей подруге. Ее номер не отвечает, я беспокоюсь. Мне необходимо с ней увидеться.

– Потом… – Абдулла повернулся к ней с переднего сиденья (Лена с сыном и Иссой сидели сзади). – Торопиться некуда.

– Вот именно! – издевательски процедила она. – Ведь Ариф приедет еще не скоро, если вообще приедет, конечно!

На это он ничего ей не ответил. В полном молчании вернулись домой. Лена ушла к себе в комнату и упала на постель. Все тело покрылось испариной, в висках шумело, она чувствовала себя такой одинокой и несчастной, как никогда. Конечно, в Питере ей тоже было несладко, но там была мать… Пусть она пилила ее, требовала полной покорности и покаяния… Но все же это был человек, от которого Лена ничего плохого не ожидала. Теперь же… Руки опускались. Она лежала, закрыв глаза, и перед ней мелькали цветные картинки из прошлого – далекого и не очень. Пестрый калейдоскоп.

Общага. Ариф надевает ей на палец кольцо с бриллиантами, ей от счастья хочется петь! Не так уж нужно было это кольцо – но Ариф наконец смог что-то заработать, значит, ребенок не будет голодать. Картинка следующая – Сашка болеет, Ариф – непонятно где, она сидит в холодной квартире – в той самой первой квартире, откуда пришлось с позором уйти. По телефону то и дело звонят разные люди, судя по разговору – арабы, просят Арифа, кто вежливо, кто грубо, она отвечает, что его нет, и ей никто не верит… Она-то знает, что звонят кредиторы. Потом она увидела темную комнату, светлую щель под дверью, услышала голоса…

«Сколько можно! – Она даже подскочила на постели, испуганно оглянулась, промокнула лоб краем простыни. – Опять чуть не приснилась та квартира! И каждый раз снится все ужасней, будто там на самом деле случилось бог знает что! Ребенок в крови, потом труп на полу… А ведь все было банально. И до этого нам случалось уходить с чужих квартир, правда, не посреди ночи и меня никто не оскорблял… И все же снится мне именно та ночь!»

Она задумалась, снова улегшись на спину, но глаз больше не закрывала, чтобы не уснуть. Спать в такую жару, в духоте, да еще одетой? Верный способ увидеть кошмар. И все же кошмар был тут, рядом, и она сама не знала, спит или просто грезит наяву. Темная комната, где она тогда проснулась среди ночи, больше не появлялась. Теперь вспоминались сборы – она пытается сообразить, что взять с собой, а чего все равно не унести, Ариф лихорадочно шепчет: «Ничего не бери, ничего не надо…» Часы она забывает. Забывает вообще обо всем. Вся та ночь в ее памяти была как будто подернута туманом, все было нереально, приходилось напрягаться, чтобы понять – что было на самом деле, а что приснилось? Ведь она спала… Спала! А разбудил ее короткий звериный крик. От него-то она и проснулась. Потом услышала голоса, ворвался Ариф, все было именно в такой последовательности. Но крик? Так не кричат, когда ссорятся. Какая бы жаркая ссора не была, так не кричат!