Большие девочки не плачут - Франческа Клементис

В ресторан позвонили от имени управляющего банком. Не мог бы Дэвид зайти на недолгий разговор? Удобно это ему? Еще как удобно.

Дэвида тошнило. Отчасти потому, что он сутки ничего не ел, а выпил залпом стакан вина. Но главным образом потому, что этот жуткий человек в строгом костюме разрывал чековую книжку Дэвида на оскорбительно мелкие кусочки.

— Мне правда жаль это делать, но мы думаем, что нужно установить контроль над вашими расходами единственным доступным нам образом.

Дэвид в эту самую минуту и дыхание свое с трудом контролировал, не то что расходы.

— Я не понимаю. То есть я знаю, что расходы немного превышены, но разве моя компания ничего не говорила вам насчет премии, которая ожидается в этом году?

Управляющий задумчиво посмотрел на Дэвида. Критически.

— Я обстоятельно переговорил с мистером Перриамом, и его слова несколько отличаются от ваших.

Дэвид был озадачен. Это был один из тех редких случаев, когда он (насколько ему было известно) вел себя честно, ничего не скрывая.

— Каким образом? — спросил он.

— Вы уверяли меня, что премия вам гарантирована, если эксперимент с препаратом будет попросту проведен и завершен.

— Верно.

— Несколько иное утверждает мистер Перриам. Согласно его разъяснениям, выдача премии зависит от того, будет ли эксперимент завершен успешно. Но нас не устраивает эта оговорка.

— Да, но это же просто формальность. То есть они всегда так говорят. Однако само собой разумеется, что раз уж эксперимент начался, то он будет завершен успешно. Даже если кто-то умрет, эксперимент обычно все равно продолжается.

Управляющий улыбнулся.

— Вот и словечко «обычно» нам не нравится. Нам нравятся такие слова, как «гарантируется», «определенно». Вы просите у нас взаймы много денег, я бы сказал, еще больше денег, без железной гарантии, что сможете возвратить их в обозримом будущем. И если честно, мистер Сэндхерст, ваш послужной список не является достойной гарантией вашей долгосрочной финансовой стабильности. Мы, разумеется, еще раз рассмотрим вашу просьбу, если ваше положение изменится или мистер Перриам сможет убедить нас, что премия действительно гарантируется.

Дэвид несколько секунд ждал, что неожиданно, как это бывало в подобные критические минуты его жизни, что-то произойдет и ему улыбнется удача.

Но ничего не произошло. Значит, так тому и быть. Его последний законный источник получения денег надолго перекрыт. А до декабря, когда эксперимент официально заканчивался, ждать было еще долго.

Придется искать деньги в другом месте.

ГЛАВА 13

«Толкотня на перекрестке» была запланирована на 29 августа, в Маринин, так уж вышло, тридцать второй день рождения. Теперь, когда это событие должно было вот-вот состояться, Марина испытывала некоторое волнение. Она понимала, что это плод умственных усилий Энди и успех укрепит его позиции в соперничестве за кресло в составе правления. Но она также понимала и то, что этот успех укрепит позицию «Спарклиз» в ТНСВ. А привлекла «Спарклиз» в агентство она.

СМИ проявили интерес к этой идее не в последнюю очередь из-за гарантированного появления десяти самых роскошных красоток в Великобритании. По слухам, одна из длинноногих девиц будет «показываться» племяннику премьер-министра. Ну и ну, весело думала Марина, читая пресс-релиз.

Не было никакого сомнения в том, что ее настроение заметно улучшилось после того, как она стала весить девять с половиной стоунов. И перешла на волшебный двенадцатый размер. И продолжала худеть.

Она выглядела фантастически и знала это. В тот день, когда ее должны были взвесить в «Перрико», она заказала себе полностью новый гардероб в «Харродз»[32]. Ей уже было известно, что скажет Дэвид (теперь она взвешивалась дважды в день), но увидеть свои размеры в базе данных на экране компьютера значило для нее много. И она видела выражение лица Дэвида, когда он делал вычисления. То было выражение симпатии. Она начинала привыкать к такому выражению.

Это было неделю назад, и она вложилась в совершенно новый гардероб для своей новой фигуры. Она совсем по-другому стала смотреть на себя через призму этого нового стиля. Не будучи более скована необходимостью прикрывать излишки фигуры, она выбирала такую одежду, которая ей нравилась. Выбирала то, что видела в журналах, и была уверена, что эта одежда подойдет и ей.

Когда она явилась в ТНСВ на другой день, все в агентстве застыли на месте. Хотя быстрая потеря лишнего веса и не прошла незамеченной, в глазах коллег, видевших ее ежедневно, она оставалась толстой Мариной (хотя теперь она не была такой толстой, как раньше). Несмотря на то, что ее габариты уменьшались, она долго не покупала новую одежду. Поскольку по большей части ее гардероб состоял из одежды типа «легкий шатер», эволюционный период был замечен всеми.

В течение этих месяцев она намеренно не меняла ни один аспект своего облика, с нетерпением ожидая полного перевоплощения.

И ожидание было не напрасным. Она шествовала по коридорам агентства, точно Глория Суонсон, когда та спускалась вниз по лестнице в фильме «Бульвар Сансет»[33]. Теперь это был другой человек. Не та большая Мария Ризенталь, которую никто не баловал вниманием, а совершенно другая. Габаритами вдвое меньше, но внимания на себя обращала вдвое больше.

Она изменилась от макушки до кончиков пальцев ног. Ее фирменные кудряшки исчезли, и стрижка теперь была короткая. В результате столь решительных мер обнаружился череп прекрасной формы, точно вылепленный скульптором и никем не виденный с того времени, когда она была ребенком. Ее каштановые волосы красиво падали естественными прядями, которые не мог бы уложить даже самый искусный парикмахер.

Лицо, лишенное жировой прослойки, было красивым даже без косметики. Но когда свои усилия приложил опытный визажист, она стала просто красавицей. Глаза у нее всегда были большие, но обычно они утопали в гигантских складках щек. Как и полные губы. Когда она была большой, они просто казались надутыми. Теперь же стали яркими и эффектными.

Ее фигура была воплощением всех тех фантазий, которые большинство женщин, набравших предельный вес, по мнению Эммы, не могли реализовать. Ее плечи и бедра пребывали в равновесии с талией — с талией! А грудь больше не нуждалась в железной подпорке, способствующей тому, чтобы бюст не подметал пол. А ноги? Как и можно было ожидать от человека с таким ростом, они были длинными, длинными, длинными. Утолщения в боках не наблюдалось, если таковое рассматривать в контексте безупречной в прочих отношениях линии от талии до лодыжек. Она была совершенно, безукоризненно стройна.

В одежде.

Если бы кто-то взялся подсчитать, насколько быстро Марина сбросила лишний вес, то пришел бы к выводу, что она похудела очень сильно за весьма короткое время. А тот, кому хоть что-то известно о коварном поведении жира, догадался бы, что на самом деле происходит под всей этой одеждой от лучших дизайнеров.

Средняя часть ее тела представляла собою спущенную шину, изношенную от постоянного накачивания. Груди были похожи на проколотые пляжные мячи, из которых медленно выходит воздух. А на ногах, казалось, были чулки, поддерживавшиеся плохо сидевшими подвязками, при этом кожа складками сбегала к коленям. Только лицо выдержало испытания. Ее естественная красота словно вырвалась из плена и с облегчением приняла новую, удобную для нее форму. Да, мне так нравится, это просто прекрасно, благодарю вас — казалось, говорило ее лицо.

Маринины консультанты дали ей лучшие советы. Поставь правильно фундамент, говорили они, и здание вырастет так, как ему захочется. Другими словами, сначала рассортируй нижнее белье, а остальная одежда замечательно будет сидеть сверху.

Она держала себя в узде от груди до колен, каждая дряблая складка прочно удерживалась на теле, подобно каменной кладке. Пояс поддерживал одновременно грудь и живот и превращал Марину в манекена с осиной талией. Иногда она задавалась вопросом — куда деваются все эти лишние дюймы? Ей было ужасно жаль все свои внутренние органы, которые наверняка борются за пространство, осваивая его излишки. Колготки с подтягивающим эффектом творили чудеса с ее неуклюжими ногами, сдавив их и превратив в стройные цилиндры, сужающиеся в виде восклицательного знака. Так красиво, если смотреть со стороны, и столько недостатков в действительности. Даже при весе в девять с половиной стоунов она словно бы представляла собою двух людей.

Марина, обращенная наружу, чувствовала себя прекрасно. Разумеется, ей хотелось побыстрее избавиться от растяжек, но она была чересчур захвачена отражением, которое видела в зеркале всякий раз, когда смотрелась в него, чтобы слишком уж тревожиться насчет того, как она выглядит без одежды. И все-таки, теперь она каждый день ходила в спортзал и потому была уверена, что со временем нарастит мышцы и обретет ту точеную форму, которая означает полное совершенство.