Голубой Ютон - Квинтус Номен

в народном хозяйстве. Собирать она его стала очень простым, но весьма «прогрессивным» способом: взяла переносной пылесос «Дайсон» на батарейке и за пару дней в свободное от прочих дел время «пропылесосила» заросли травы. Женщины с энтузиазмом отнеслись к появлению в хозяйстве нескольких больших пакетов с пухом, но у самой Кати на него оказались слегка иные планы: вычесав пух двумя металлическими «чесалками для пуха» (одной – «собачьей» и одной «кошачьей») она принялась прясть из него нитки. Поначалу получалось очень медленно и криво, но затем Саша с Маркусом сделали девушке прялку, и с этим девайсом, хотя довольно неуклюжим, дело у неё пошло на лад. По крайней мере уже к началу августа у Кати получилось сделать приличную катушку ниток, которой можно было даже на машинке шить, а запас пуха еще не исчерпался (хотя и изрядно уменьшился). Правда, по расчетам самой Кати всего собранного пуха едва хватит для того, чтобы сделать один носовой платок, но и он лишним не окажется.

В хозяйстве все теперь пригодится – потому что купить все что угодно теперь стало вообще негде. Если у каких-нибудь древних греков что-то нужное и найдется, то во-первых греки эти очень далеко, а во-вторых где взять древнегреческие деньги?

Люда, обнаружив, что в лесу каждое примерно пятое дерево является яблоней, пересадила на небольшой участок рядом со «старым лесом из будущего» полсотни небольших – толщиной ствола сантиметров до пяти – яблонь. А в конце июля, когда (по ее наблюдениям) началось у деревьев второе сокодвижение, все их обрезала на высоте примерно в полметра и привила веточки с яблонь уже «культурных». Как она сама сказала, «не пропадать же пачке садового вара», который нашелся у Михалыча в сарае. Учительницы, причем практически все, удивились «своевременности занятия», однако биологиня объяснила, что на самом деле начало августа «в старом будущем» – лучшее время для прививок деревьев. А так же уточнила, что ростки тех же яблонь и груш, которые из семечек выросли, прививать можно будет уже в следующем году – и в результате в лесу были «помечены к осенней пересадке» еще чуть ли не сотня деревцев: потихоньку мысль о том, что «назад вернуться не выйдет», дошла до всех.

Михалыч кое-что нужное тоже успел сделать. Посмотрев на результаты работы своего горна он, с помощью новенького гончарного круга, из этой же серой глины налепил миски, затем – тщательно высушив в мастерской в теньке – аккуратно запихнул их в горн. Там же жарко даже когда в него железяки всякие не пихают – просто потому что отдельно "под железяки" каждый раз растапливать его смысла нет. А когда железяки кончаются, горн остывает конечно, но медленно, без фанатизма – и так же медленно остывали и миски. Оказалось, вполне себе водостойкие. Только шершавую керамику от остатков, скажем, еды отмывать не очень просто, так что старик эти миски слегка ошкурил, намазал пастой из выпаренного щелока с мелким песком, снова обжег… Миски получились зеленоватыми, но вполне глазурованными и мытью поддающимися. Не сразу получились, потому что в горне, как ни крути, зола всякая густо летает и на глазурь прилипает, так что сначала Михалыч еще одну печку слепил, куда миски помещались уже внутри слепленной из этой же глины "духовки", а уголь пылал вокруг нее – но в конце концов у него получился вполне "товарный" продукт. Количества, правда, были еще не совсем "товарными", но к середине осени он пообещал каждому человеку изготовить полный комплект столовой посуды. С легким сердцем пообещал, потому что «серийным производством» мисок и кружек занялась Вика Соболева – учительница музыки, пояснившая старику, что «для лепки нужны сильные пальцы, а у музыкантов они достаточно натренированы».

В принципе можно было бы и побыстрее посуду сделать – если к лепке привлечь народу побольше. Вот только привлечь было совершенно некого. Потому что все были очень заняты совершенно другими и очень важными делами…

Глава 9

За первые два месяца дожди случались всего дважды, да и те были какими-то несерьезными, под ними даже вымокнуть никто толком не смог. И при этом в лесу все было с водой хорошо: почти каждый вечер на землю опускался густой туман и там вода, оседающая на ветках, просто с деревьев капала. Но то в лесу, а на открытом пространстве все было несколько хуже. Людмила Алексеевна очень внимательно за посевами следила и уже через две недели решила, что их пришла пора усиленно поливать. Это тоже оказалось непросто, поскольку воды в колодце и скважине даже на умывание всем не хватало и ее теперь тратили только на готовку еды. Для всех прочих бытовых нужд воду носили (а чаще возили в тачке в пятилитровых бутылках) из речки, а "поля" поливали уже из речки "бывшей" – до нее там было ближе чем до "нынешней".

Вроде воду и брали понемногу, но к середине июля полностью пересох пожарный прудик возле "пионерлагеря" (хотя из него воду вообще не таскали – уж больно он был загажен разными "промышленными отходами" включая обломки каких-то машин, старые шины и разнообразный пластиковый мусор), а в "старой Упе" уровень воды опустился почти на метр. И если учесть, что и в половодье там глубина была метра в полтора…

– Если придется на поля воду из реки таскать, то мы больше вообще ничего делать не будем успевать – пожаловалась как-то Михалычу Марина Дмитриевна. – Может нам канаву прокопать к ручью?

Ручей, точнее даже небольшая речка, впадающая в Упу, протекала метрах в двухстах южнее дома Михалыча в неглубоком овражке. И в ней – в отличие от Упы – вода была совершенно прозрачная и вкусная. Даже после кипячения вкусная, да и накипи от нее в самоварах почти не оставалось. Но от домов речка эта отделялась как раз тем самым "обрывом", окружающим старую (или будущую) территорию.

– Смысла копать нет, все одно ручей ниже нас течет. Вера Кузнецова уже все промеряла лазерным уровнем… а если бы и выше нас, то тем более копать нельзя было бы, так как мы как мы в яме своеобразной оказались и нас бы вообще затопило бы нафиг. Просто мы не совсем в яме, за эти века Упа тутошний холм невысокий просто смыла – а мы как раз почти в середину холма и попали. Однако ты права, сейчас-то нам воды хватит, урожай почти что вырос уже да и поливали мы не очень много грядок, а вот на следующее