Людовик XIV. Личная жизнь «короля-солнце» - Татьяна Умнова

Людовик дал согласие жениться на инфанте, о чем было объявлено во всех французских церквах под звон колоколов.

«Я не могла не думать, — признавалась в «Мемуарах» Мария Манчини, — что дорогой ценой заплатила за мир, которому все так радовались, и никто не помнил, что хорош вряд ли женился бы на инфанте, если бы я не принесла себя в жертву…»

«Жертва Марии Манчини позволила Мазарини довершить дело Ришелье. Могуществу испанских Габсбургов пришел конец; Франция получила Руссийон, Сердань, Артуа, а также несколько крепостей во Фландрии и Люксембурге», — писал Ги Бретон.

Анна Австрийская, пытаясь отвлечь сына от страданий по утраченной возлюбленной, пригласила ко двору его первую любовь, Олимпию Манчини, ныне графиню де Суассон, и сообщила ей, что благосклонно отнесется, если Олимпии удастся соблазнить короля. Олимпии удалось, о чем она еще и отчиталась в письме Марии. Это нанесло еще один удар любящему сердцу девушки. Но она продолжала надеяться, пока не узнала о том, что Людовик все-таки женился на Марии-Терезии. Вот тогда Мария осознала, что для нее все кончено. Когда король с новобрачной принимали Марию Манчини в Фонтенбло, она не сразу решилась взглянуть в лицо своему любимому… А когда взглянула — оцепенела: ее встретил совершенно ледяной, безразличный взгляд. Мария не знала, что за внешним холодом король скрывает свое смятение. Не знала, что он покинул кортеж молодой королевы, чтобы съездить в Бруаж, в дом, где Мария жила и откуда она незадолго до этого уехала: чтобы меньше часа побыть в ее комнате, подышать воздухом, которым она дышала, прикоснуться к ее вышиванию.

Людовик продолжал любить Марию Манчини и после того, как женился на Марии-Терезии. Когда Мазарини скончался, Людовик сделал все возможное, чтобы разорвать помолвку между Марией и коннетаблем Колонной, подготовленную кардиналом незадолго до смерти. Он умолял Марию остаться во Франции, остаться с ним… Но гордая девушка отказалась: «Я не желаю становиться вашей любовницей, потому что я могла бы стать вашей женой!»

Прощаясь с ней, Людовик сказал: «Мадам, судьба, повелевающая даже королями, распорядилась нашей судьбой вопреки нашим желаниям; но она не помешает мне дать вам доказательство любви и уважения, в какой бы стране вы ни очутились…»

Мария уехала в Милан, где ее ожидал будущий муж. Лоренцо Онофрио Колонна был крайне удивлен, обнаружив в первую брачную ночь, что его невеста — девственница. Он не сомневался, что Мария была любовницей короля Франции. И после свадьбы с гордостью поделился своим открытием едва ли не со всей Италией.

Но прибереженная для супруга девственность не сделала брак Марии счастливым. У них с Лоренцо родились три сына, но супруги бесконечно ссорились. Колонна, устав от безразличия жены, принялся ей изменять. В 1672 году Мария окончательно разорвала отношения с мужем и уехала вместе с сестрой Гортензией во Францию. Остаток жизни она провела, путешествуя по Европе и останавливаясь в монастырях. Она хотела принять постриг, да так и не решилась окончательно лишиться свободы.

Умерла Мария Манчини 11 мая 1715 года в Пизе: Людовик XIV пережил ее всего на несколько месяцев.

Любовь не имеет значения, когда дело касается интересов государства, и Людовик это, без сомнения, понял. Жениться по любви — слишком большая роскошь, которой, как известно, короли не имеют. Это был еще один жестокий урок, который он усвоил вполне. Впрочем… В жизни Людовика XIV случится такое чудо. Но это будет не сейчас.

Это будет совсем еще нескоро, уже на закате его дней, когда его власть станет настолько велика, что он сможет себе это позволить.

Но в то время, когда его правление только вступало в силу, Людовик вынужден был подчиниться суровой необходимости.

Его супружеский союз должен быть заключен на благо Франции.

Ну а любовь… Что же делать. В конце концов, для того чтобы любить, жениться совершенно не обязательно.

Глава 16

Заложники мира

Война между Францией и Испанией затянулась слишком надолго, вымотав силы обоих государств. Чувствуя, что время его уходит, Мазарини всеми доступными средствами добивался заключения мира. Скрепить который должна была свадьба между Людовиком XIV и испанской инфантой Марией-Терезией. С этим однако возникали проблемы…

Мазарини давно ратовал за союз с Испанией, еще в 1646 году, но именно в тот год случилось несчастье, — умер единственный сын испанского короля Филиппа IV, шестнадцатилетний наследник престола Бальтазар-Карлос, и Мария-Терезия оставалась единственным законным ребенком короля, о том, чтобы выдать ее замуж во Францию, не могло быть и речи.

К тому времени Елизавета Бурбонская, супруга Филиппа IV, скончалась, и ему срочно пришлось искать невесту, чтобы снова озаботиться воспроизведением на свет наследника престола. Недолго думая Филипп выбрал в жены невесту своего умершего сына — Марианну Австрийскую, бывшую его родной племянницей. Ему к тому времени было 42 года, а девочке только 13 лет. Впрочем, к моменту брачной церемонии, состоявшейся осенью 1649 года, ей уже исполнилось 15 лет.

Марианна исправно рожала детишек, но все они появлялись на свет слабенькими. Возможно, причина была в том, что из-за большого количества кровнородственных браков среди Габсбургов в генетическом отношении это супружество уже являлось инцестом, — как если бы Филипп женился на родной сестре. Более-менее жизнеспособным ребенком оказалась только старшая девочка Маргарита-Тереза, родившаяся в 1651 году и даже успевшая выйти замуж за императора Священной Римской империи Леопольда I, но и она умерла в возрасте 22 лет. Родившийся же в 1657 году долгожданной наследник Фелиппе Просперо совсем не внушал оптимизма состоянием своего здоровья, но к 1659 году он был более-менее здоров, и имелся шанс, что выживет. Так что, на сей раз, мирные переговоры могли пройти успешно.

В тяжелой болезни, поразившей Людовика в 1658 году, — той самой, когда за ним так преданно ухаживала Мария Манчини, — придворные усмотрели какой-то мистический знак, решив, что это предупреждение о том, что пора бы заканчивать войну.

«Болезнь истолковывали как проявление воли Господа, требовавшего мира, — писал на родину венецианский посол, — И королева-мать этим была так взволновала, а кардинал так напуган, что все не колеблясь поверили, что королева-мать тайно поклялась сделать все, что в ее силах, чтобы привести страну к миру».

Мазарини с удвоенной энергией занялся тем, чтобы заключить соглашение как можно быстрее. Он даже пошел на хитрость: сделал вид, что французский король уже не так уж жаждет связать себя узами брака с испанской принцессой и выбрал себе другую невесту, — Маргариту Савойскую.