Хранитель Золотых Земель 2 - Александр Майерс

леса. Говорят, он ведёт свою родословную от самого Разрушителя и жаждет восстановить его империю тьмы. Он силён, Владислав. Очень силён.

— Мы это поняли, — кивнул я. — Но он отступил. Сила Дуба оказалась ему не по зубам.

— И будет не по зубам! — с внезапной горячностью воскликнула Светлана. — Ваш Дуб — это свет, который он не в силах погасить! Я чувствовала его силу, когда вы были здесь в прошлый раз. Она живая, чистая.

Ведунья помолчала, а затем добавила уже другим, более мягким тоном:

— Я не обладаю великой силой, Хранитель. Моя магия — это магия трав, предсказаний и защиты очага. Но я кое-что знаю о тёмных искусствах. Я вижу узоры, которые они плетут. Когда мы придём в ваши земли, позвольте мне изучить вашу магическую защиту. Возможно, я смогу подсказать, как их усилить её именно против магии Велизара.

В её глазах читалась не только готовность помочь, но и твёрдая решимость. А ещё… лёгкий, едва уловимый огонёк интереса, направленный лично на меня.

Светлана слегка наклонилась ко мне, и её голос стал тише, почти интимным.

— Мы, ведуньи, кое-что понимаем в силе. И в тех, кто ей управляет. Вам придётся нелегко, Владислав. Но вы не одиноки.

— Я ценю вашу готовность помочь, Светлана, — ответил я, сохраняя вежливую дистанцию. — Ваши знания будут очень кстати. В Золотых Землях каждый навык на счету.

Она улыбнулась, словно удовлетворившись ответом, и откинулась на спинку лавки.

— Прекрасно. Тогда до завтра, Хранитель. Спокойной ночи.

Проводив её взглядом, я отправился на приготовленное для меня место. Саша уже ждала, сидя на своей постели и точа клинок небольшим бруском.

— О чём болтали? — спросила она.

— О магии. О Велизаре. Она предлагает помощь, когда мы придём в поселение.

Саша фыркнула.

— Помощь. Ясно.

— Не ревнуй, — усмехнулся я. — Она полезный союзник.

— Я не ревную, — Саша на мгновение подняла на меня взгляд, и в её зелёных глазах мелькнула искорка. — Я просто не доверяю. И тебе не советую.

С этим сложно было поспорить. Я и сам не был склонен слепо доверять, но отказываться от услуг опытного мага было бы глупо.

Утро следующего дня встретило нас ясным, но прохладным небом. Я вышел из дома Фёдора и увидел, что деревня действительно готова.

Колонна телег выстроилась в чёткий порядок. Люди заняли свои места. Скот был собран и смиренно ждал своей участи.

Староста, увидев меня, подошёл:

— Все готовы, Владислав. Все вещи погружены. Ждём только твоего слова.

Я окинул взглядом собравшихся. Десятки глаз смотрели на меня с надеждой и верой. Напряжение витало в воздухе, но это было напряжение перед стартом великого пути.

В конце которого этих людей ждало чудо.

— Выступаем! — скомандовал я, и мои слова прозвучали на удивление громко и властно в утренней тишине. — В путь, к новой жизни!

Колонна, со скрипом колёс и мычанием скотины, тронулась с места. Мы с Сашей и стражниками Ивана возглавили процессию.

Я обернулся, чтобы посмотреть на Заречье в последний раз. Покинутые дома стояли молчаливыми и пустыми. Но это была не смерть, а лишь конец старой жизни.

Впереди у этих людей начиналась другая. И я вёл их туда.

Глава 21

Первые часы пути прошли на удивление спокойно. Колонна растянулась по лесной тропе, скрип колёс и топот копыт смешивались с птичьими трелями и шелестом листьев.

Люди из Заречья, хоть и были напряжены, но шагали бодро, подгоняемые надеждой на скорое прибытие в обещанные земли.

Я ехал в голове колонны рядом с Сашей, зорко вглядываясь в окружающую чащу. Стражники Ивана бесшумно скользили по флангам, исчезая и появляясь меж деревьев.

Часть поклажи я сразу переправил в Золотые Земли с помощью нового поднавыка «Быстрого шага». Пришлось потратить немало маны, но это того стоило. Облегчив телеги и людские плечи, мы могли идти быстрее.

Хотя самое тяжёлое, конечно, я перенести не смог. Уровень «Телепортации предметов» не позволял.

С каждым часом напряжение росло. Дети начали капризничать и плакать от усталости. Старики, даже самые крепкие, отставали. Общий темп замедлялся.

Я видел, как на лицах Фёдора и других старших появилась тревога — если так пойдёт и дальше, до Золотых Земель мы будем тащиться неделю, если не дольше. А каждые лишние сутки в пути — это смертельный риск.

Но я был к этому готов.

— Саша, Иван, приостановите колонну. Короткий привал, — скомандовал я.

Пока люди с облегчением опускались на траву, я прошёл вдоль остановившейся вереницы телег. Доставал из, казалось бы, пустого пространства фляги, полные зелья выносливости и вручал людям. Надо было видеть их лица.

Благодаря инфильтратору у меня теперь были почти бесконечные запасы этого снадобья.

— Всем, кто чувствует, что силы на исходе, — говорил я, передавая фляги старшим в семьях, — сделайте по нескольку глотков. Детям — не больше глотка. Это сразу восстановит силы и поможет идти дальше.

Я видел скептические взгляды, но усталость и надежда взяли своё. Люди попробовали зелье, и уже скоро по рядам прошелестел удивлённый шёпот.

Затем я подошёл к лошадям и волам, запряжённым в телеги. Для них у меня был отдельный, специально разработанный «коктейль» — густая, питательная смесь на основе отваров тонизирующих трав.

Опыт с волчьим зельем оказался бесценен — я уже понимал, как магия взаимодействует с организмом зверей.

Глаза животных, потухшие от усталости, прояснялись. Они встряхивали головами и начинали перебирать копытами, стремясь в дальнейший путь.

А для самых маленьких детей, для тех, чьи ножки уже отказывались идти, а слёзы текли ручьём, у меня был главный козырь.

Я достал из инвентаря большую плетёную корзину, доверху наполненную румяными, душистыми медовыми булочками. Теми самыми, что с таким старанием напекла Алёна.

— Кому сладенького? — спросил я, и строгий Хранитель на мгновение исчез, уступив место доброму дяденьке с угощением.

Детский плач как рукой сняло. Сначала робко, а потом всё смелее маленькие ручки тянулись к корзине. Счастливый детский смех, впервые за этот трудный путь, прозвучал в лесу.

Усталые матери с благодарностью смотрели на меня, а я лишь улыбался, раздавая булочки.

Мелочь? Возможно. Но именно такие мелочи поддерживают дух лучше любого зелья.

Мы продолжили путь. Но лес не был бы лесом, если бы не ответил на наше вторжение.

Ближе к вечеру из чащи справа донёсся тревожный возглас одного из наших фланговых стражников. Почти