Самый желанный герцог - Селеста Брэдли

— Но, Софи, где же Грэм? — прощебетала Тесса. — Лайла очень любит Грэма. Они старые, добрые друзья.

Старые, добрые любовники, она имела в виду. Внезапно все шепоты и взгляды, которые были направлены на нее, переместились на Лайлу. Софи скрипнула зубами и взмолилась о молниеносном нашествии саранчи. Тесса весьма определенно не собирается вежливо вести себя. Триумф Софи отправится в мусорную корзину через день после того, как он состоялся.

Брук-Хаус был одним из тех нескольких величественных домов в Лондоне, в которые Вульф никогда не проникал силой, обманом или жульничеством, вероятно потому, что братья Марбрук не вращались в таких грубых, низко расположенных кругах, как Вульф и его друзья.

Ах, такие хорошие были времена…

И все же сейчас, стоя на мраморных ступеньках, которые манили даже тогда, когда пугали, Вульф ощутил непривычный приступ нервозности. Возможно, что ему не позволят зайти, если слуга будет иметь какие-то подозрения о его прошлых подвигах. Он рассчитывал на тот факт, что прислуга такого дома также вращается в других кругах, чем слуги тех домов, в которых его хорошо знали.

Когда высокий, внушительный дворецкий открыл ему дверь, Вульф постарался, как мог, изобразить добрые намерения.

— Доброе утро. Я мистер Вульф, из «Стикли & Вульф, поверенные».

Лицо мужчины не изменилось, но респектабельность Стикли очевидно проложила ему путь, потому что Вульфу позволили войти.

— Вы здесь по делу, сэр? Ее сиятельства нет дома.

Вульф помнил о том, что ему нельзя улыбаться. Казалось, что почтенные люди имели тенденцию отшатываться, когда он обнажал свои зубы. Вульф покачал головой.

— Я не хотел представлять себя в ложном свете. Я здесь, чтобы нанести мисс Блейк… э-э, светский визит.

Дворецкий заново оценивал его с холодной точностью. Вульф вынужден был признать, что этот человек был мастером своего дела. Он ощущал себя так, словно его грехи были чернилами написаны у него на лбу.

К счастью, он предусмотрел подобный барьер. Вульф наклонился вперед.

— Она работает над своими переводами? Я так хотел их увидеть. Мистер Стикли знал, что я буду заинтригован. Видите ли, я собираю фольклор. Мое небольшое побочное увлечение.

Это на самом деле было правдой — если рассматривать обширный ассортимент порнографических брошюр, собранных со всей Европы, как «фольклор».

Слегка нахмуренный лоб дворецкого разгладился.

— Понимаю, сэр. Мисс Блейк в гостиной, принимает посетителей.

Следуя за ним, Вульф уловил свое отражение в зеркале, висящем в вестибюле. Собственная мать Вульфа, переживи она его рождение, не узнала бы его. Без своих роскошных усов и стильной одежды, он выглядел совсем — ну, возможно, не совсем — заурядно.

Он все еще был высоким и широкоплечим, еще сохранил все зубы и волосы, и одно только это ставило Вульфа выше большинства мужчин его возраста, к тому же, что было гораздо более важным, у него была аура человека, который побывал в значительном количестве спален — не говоря уже о кладовках для белья, экипажах и темных, опасных переулках.

Но это просто не подойдет. Сделав глубокий вдох, Вульф выдохнул все, что он представлял собой, опустив свою грудь, как и книжного червя, спрятав свой чеканный подбородок в шею и устремив мигающий, неуверенный взгляд на пол. Один быстрый взгляд в блестящее зеркало подсказал ему, что он добился нужного эффекта. Теперь он представлял собой, ради всех своих намерений и целей, всего лишь более высокую версию Стикли. Однако его привело в бешенство то, что он внезапно начал выглядеть на все свои сорок с хвостиком лет.

С того места у дверей, где он стоял, Вульф мог видеть мисс Софи Блейк, или Софию, которой она сейчас притворялась, беседующую с толпой молодых щенков, которые не могли оторвать от нее глаз.

Кто-то отлично постарался, чтобы сшить шелковый кошелек из свиного уха. Для Вульфа она выглядела всего лишь разодетым чучелом. Женщина — не женщина, если у нее нет груди, достаточной для того, чтобы задушить мужчину. Это создание, возможно, отмыли гораздо лучше, чем он подозревал, но это только еще больше разозлило Вульфа.

Сноб. Она родилась не так далеко от какой-то шотландской лачуги, чтобы получить право так надменно поднимать свой подбородок. Один только взгляд на нее заставлял кулаки Вульфа сжиматься. Она принадлежала как раз к тому типу женщин, которых он больше всего ненавидел — и которых он больше всего любил уничтожать.

Всего лишь на мгновение он позволил своей естественной улыбке хищника появиться на губах. Все это, и еще деньги в придачу. Укрощать мисс Блейк будет очень весело.

Глава 14

У Вульфа произошел только один неприятный момент в гостиной, заполненной поклонниками и так называемыми леди. Шлюха самого высокого ранга — та, что выдавала себя за почтенную леди, но он видел ее в некоторых очень компрометирующих позициях, в несколько незаконных, но очень ценных мгновений — разглядела его за маскировкой, напоминавшей Стикли.

— Вульф? — Выражение насмешливого веселья появилось на лице леди Лайлы Кристи. — Разве ты не выглядишь щеголем этим утром? — Ее тон источал иронию. Вульф увидел негодование и симпатию на лице мисс Блейк и подыграл себе удрученным взглядом и страдальческим румянцем, которого он добился, тайком задержав дыхание.

— Тогда я оставляю тебя объекту твоего ухаживания, Вульф. — Лайла отвернулась, иронически фыркнув. — Берегись, малышка. Он хуже, чем кажется.

Глядя в пол, Вульф заметил, что мисс Блейк сжала кулаки. Она чувствовала жалость по отношению к нему! Он торопливо спрятал свой смех за носовым платком, а затем начал промокать им свой лоб.

— Мне так жаль, мисс… О, Боже, это так неловко…

— Ерунда, — резко ответила Софи. — Это ей должно быть неловко, за то, что она высмеивает респектабельного джентльмена!

Вульф вздохнул.

— Боюсь, что меня легко высмеивать, потому что я никогда не был способен… способен… — Он беспомощно пожал плечами. — Я не…

Софи потрепала его по руке, ощущая больше симпатии по отношению к нему, чем прежде.

— Я точно знаю, что вы имеете в виду, сэр. Боюсь, что в этом мире требуется дорожная карта.

Вульф выдохнул самоуничижительный смешок.

— Что ж, кажется, что я где-то потерял свою!

Кажется, его план срабатывал. Он подыграл ей, когда девушка предложила совет в том, как обращаться с критиками — такая наивность! — и благодарно кивал, когда она говорила о деловой переписке.

— Я так вам обязан, мисс Блейк, в самом деле. Я только надеюсь, что смогу отплатить вам за доброту. — Он наклонился ближе. Настало время начать атаку на доброе имя Иденкорта — хотя, по правде говоря, это имя было немногим лучше, чем у самого Вульфа!