Женихи воскресают по пятницам - Дарья Донцова

– Плохая пудра? – прищурился он.

Я улыбнулась.

– Нет. Я съела на фуршете канапе с лососем. Рыба была несвежей.

– Фирма «Бак» пожадничала, закупила для тусовки просроченные продукты? – ухмыльнулся управляющий. – Опять я вас поймал. Ложитесь спать, утро вечера мудренее.

– Вы прямо как моя бабушка! – фыркнула я. – Рассуждаете, словно старик.

Феликс облокотился о стену.

– Людей старит не возраст, а опыт и знание чужих тайн. Что же касается утра… Если вечером тебя везут в лес на казнь, то все равно остается шанс, что на рассвете ты, живой и здоровый, уедешь прочь от выкопанной могилы. Всегда дождитесь восхода солнца, ничего не решайте ночью.

– Можно подумать, будто вас возили на расстрел, – скривилась я. – Обожаю людей, которые полагают, что им все известно, даже чувства приговоренного к смерти.

Из кармана пиджака Феликса вновь полетел писк.

– Ну, тебе сейчас достанется, голубчик! – воскликнул управляющий, взглянув на экран приборчика. – Запретил ведь после полуночи во двор ходить! До завтра, Тяпа.

Я молча кивнула, вошла в свою спальню и села на кровать. Сон пропал, осталась обида на Романа Глебовича. Пару минут я сидела, пытаясь справиться с подступающими к горлу слезами, потом начала себя уговаривать.

Степа, успокойся. Богатые люди очень любят свои деньги. Впрочем, бедные тоже нежно относятся к накоплениям. И вообще, покажите мне человека, который останется равнодушен, поняв, что в его карман может залезть чужая рука? Роман просто испугался за сохранность своих капиталов. Звягин шапочно знаком со мной, понятия не имеет ни о моих мыслях, ни о жизненных принципах и, слава богу, не догадывается, что я его люблю. Если спросить у него мнение обо мне, он, наверное, ответит: «Спокойная, неконфликтная, умная девушка. Не болтлива, хочет сделать карьеру, старается изо всех сил, нравится моему пасынку». И все. А если поинтересоваться у него, что может вывести меня из душевного равновесия, какое поведение я называю предательским, в конце концов, что люблю больше, чай или кофе, он не сможет ничего сказать.

Так почему я лью слезы? По какой причине решила, что Роман Глебович непременно должен считать меня честной, не способной откусить хороший шматок от не принадлежащего мне куска? Звягин, поднимая с нуля бизнес в девяностые годы, небось навидался всякого и не верит никому, даже самому себе. И он еще приличный человек, потому что хочет решить проблему мирным путем, предложил мне квартиру, а ведь мог обратиться к браткам, которые по-другому разбираются с подобными неприятностями.

Я вытерла лицо краем пододеяльника. Много денег на оплату киллера Звягин бы не потратил – я не политик, не бизнесвумен, не звезда эфира, прихлопнуть в темном углу особу, не имеющую ни могущественных родственников, ни капиталов, ни славы, стоит, наверное, пару-тройку десятков долларов. А квартира в центре Москвы тянет на миллионы. Мне надо не рыдать сейчас, а радоваться порядочности Романа. А еще лучше пойти в душ, лечь в кровать, включить телик и посмотреть сериал.

Я встала, сделала несколько шагов и улыбнулась, увидев на круглом столе открытую коробку конфет. Пустячок, а приятно – кто-то решил сделать гостье милый сюрприз. Или в этом доме принято ставить в спальне шоколад? А еще там же лежала игрушка, похоже, плюшевая. Настроение резко улучшилось. Степа, ты просто глупое создание! Отчитала бедного Романа Глебовича, который – нет, только подумайте! – предложил дурочке пожить бесплатно в шикарных апартаментах! Успокойся, Тяпа, слопай конфетку и отправляйся в душ.

Я приблизилась к столику и удивилась. Коробочка-то пустая! В темно-коричневых ячейках ничего нет! Я протянула руку, хотела пощупать упаковку и ойкнула – плюшевая игрушка зашевелилась, поняла голову, оскалилась…

– Ляля! – возмутилась я. – Как ты сюда попала? Хотя это глупый вопрос. Ясно же, что открыла дверь носом, влезла в комнату и сожрала все конфеты. Ну и кто ты после этого, а? Знаешь, как следует трактовать твои действия? Разбой! Или грабеж!

– Тяпа, не спишь? – послышался из-за двери знакомый голос.

– Нет, – мгновенно ответила я.

– Можно войти?

– Конечно, – разрешила я.

Ляля со скоростью испуганного таракана спрыгнула со стола и бросилась вон из спальни. Роман Глебович в это мгновение как раз перешагнул через порог и чуть не наступил на собачку. Пошатнувшись, он успел схватиться за стену, а затем с изумлением спросил:

– Кто это был? Мышь?

– Надеюсь, грызуны не достигают таких размеров, – хихикнула я. – Меня посетила Ляля, ее привлек запах шоколада.

– Не собака, а исчадие ада, – покачал головой Звягин. – Послушай, мы не поняли друг друга. Я не хотел тебя обидеть, не подозревал в корысти… вернее… полагал, что… Ну как сказать?!

– Не надо ничего говорить, – попросила я. – Это вы меня простите, я закатила истерику.

– Ты вела себя безупречно, – похвалил меня шеф, – я же продемонстрировал не лучшие качества. Ты на самом деле хочешь написать отказ от наследства?

– Естественно, – кивнула я. – Уже говорила, но повторю еще раз: я не охочусь за чужими деньгами.

Роман протянул мне ключи.

– Держи.

– Вы опять за свое… – вздохнула я.

Звягин положил связку на столик.

– Давай рассуждать спокойно, без аффекта. Тебе нужна жилплощадь в Москве. Мотаясь в деревню, ты очень устаешь, у тебя под глазами появляются синяки, теряется товарный вид. А у владельца фирмы, который заинтересован, чтобы высокооплачиваемая модель хорошо выглядела, есть пустующее много лет жилье. Сдать его трудно, ремонт там делали давно, бытовая техника старая, дом не элитный. Надо вложить кучу средств, чтобы апартаменты соответствовали запросам людей, которые хотят и могут себе позволить обитать в Центральном округе Москвы. Многие фирмы вызывают на работу специалистов из провинции и дают им служебное жилье. Почему я не могу поступить так же? Считай, что «Бак» выделила тебе квартиру. Коммунальные услуги, электричество, телефон оплатишь сама. Если сломаешь мебель, побьешь стекла, ремонт за твой счет. Справедливо? Это не подарок, не благодарность за отказ от наследства, а просто рабочий момент. Кстати, поговори с Асей. Пока она не обзавелась личными апартаментами, фирма снимала ей квартиру. По рукам?

Глава 23

Я посмотрела на ключи. Ну, если это всего лишь служебное помещение…

– Большое спасибо. Буду очень аккуратна, мебель и стекла останутся целыми.

– Умница, – обрадовался Роман Глебович, – отправляйся туда завтра с утра, определись, какая из двух квартир тебе нравится больше, в той и селись.

– Могу я там что-то поменять? – спросила я. – Допустим, занавески, за свой счет.

– Пожалуйста, – милостиво разрешил олигарх. – Любые тряпки вешай или картины на стены, убирай ковры, их там много. Один, помнится, к стене приколочен, мода когда-то такая была, дурацкая. Теща подарила его Нине на день рождения, и чтобы не обижать Маргариту Павловну, пришлось пылесборник над кроватью пристроить. Сначала мы его на пол бросили, но выговор от нее получили. Не ценим хорошие вещи, сказала мать супруги. Ты можешь оформить интерьер по своему вкусу, как тебе заблагорассудится. Но, пожалуйста, сама не таскай тяжести, для этого существуют рабочие. Не тяни время, начинай завтра, у тебя есть пара свободных дней.

– Неделя, – уточнила я.

– Отлично, как раз хватит на обустройство, – улыбнулся Звягин.

– Лучше я подожду, пока вы посоветуетесь с Инной Станиславовной, – пробормотала я. – Она не знает о вашем решении предоставить мне жилплощадь и может рассердиться.

Роман сделал шаг к двери:

– Моя жена никогда не лезет в дела фирмы, увлечена своей работой. Я не советуюсь с Инной Станиславовной по столь незначительным вопросам. Кроме того, супруга очень хорошо к тебе относится и понимает: рано или поздно наступит день, когда ты станешь ее невесткой. Я тоже доволен выбором Антона. Вопросы есть?

– Нет, – коротко ответила я.

На самом деле я могла поинтересоваться у Романа, почему он так твердо уверен в нашем с Антоном романе, и намекнуть олигарху на то, что его жена отчаянно ревнива.

– Да, последнее, – приближаясь к выходу, добавил Звягин. – Я не встречался с Маргаритой Павловной много лет, хотя знал, что бывшая теща улетела в США и там вполне удачно вышла замуж. И я в курсе, как она относится ко мне: считает меня убийцей Нины. По мнению Марго, я отравил супругу. Так же как Глеб Львович убил свою жену Анну, мою мать. Я никогда не реагировал на клевету, остановить Марго невозможно. С другой стороны, я понимаю: она потеряла единственного ребенка, ей трудно смириться с трагедией, надо найти виноватого. Нереально объяснить Маргарите Павловне истину: Нина была больна, причем в какой-то мере мать сама спровоцировала гибель дочери. Нина рассказывала мне, что в школьные годы часто испытывала головокружения, не могла встать с кровати, ее заносило от слабости, а Маргарита Павловна подходила к постели, стаскивала дочурку и со словами: «Лентяи ничего в жизни не добиваются», – выгоняла ее на занятия. Нина умерла из-за больного сердца, а недуг был вызван паническими атаками, которые могли возникнуть по многим причинам, в том числе из-за страха Нины не оправдать надежды матери.