Солдаты необьявленной войны - Александр Тамоников

Полевой командир замолчал, закрыв глаза. А из рации продолжал доноситься крик Али:

— Ахмед! Что делать? Нас зажали в этих проклятых балках, еще несколько минут, и неверные всех нас положат здесь, в кустах! Люди в панике! Что делать, Ахмед?

Усилием воли Шайтан заставил взять себя в руки, приказав:

— Спокойно, Али. Спокойно. Ответь, почему на связь не выходит Омар?

— Откуда я знаю? — выкрикнул помощник главаря банды.

Затанов повысил голос:

— Я же сказал, спокойно, Али. Ты мужчина или трусливый шакал? Слушай меня. БМП, что обстреливают вас, видишь?

— Откуда? Мы здесь и головы поднять не можем.

— А придется поднять. И встряхни-ка своих подчиненных. У тебя есть гранатометы. Если не хочешь сдохнуть в вонючих кустах, прикажи гранатометчикам стрелять в боевые машины гяуров. Заставишь замолчать бронетехнику — ситуация изменится.

Опустив рацию, Шайтан повернулся к пулеметчику:

— Абу!

Но наемник, также следивший за равниной, опередил командира:

— Ахмед! Русские зашли к балкам в тыл, справа и слева от дороги. Они приближаются к оврагам.

— Что? Где?

Пулеметчик указал рукой на равнину:

— Вон они. Уже близко от балок. А сзади еще солдаты.

Шайтан поднес бинокль к глазам.

И увидел, как с двух сторон к балкам стремительно приближаются группы неприятеля. По десять человек в каждой. А сзади них, на удалении метров в пятьдесят, еще по шеренге. Эти количеством побольше!

Затанов понял, что игра проиграна.

И все же шанс вырваться из ловушки, в которую русские заманили его отряд, у оставшихся в живых еще был. Он поднял рацию:

— Али! Всем, кто меня слышит! С тыла наступают пешие силы противника. Они пытаются окружить балки, и это им удастся, но с трех сторон. На Гелой направление пока свободно. Приказываю начать отход к селению. В ауле занимать жилые дома. Торопитесь. У вас в запасе считаные минуты.

Шайтан, отдав приказ, вновь поднял бинокль.

Его команда была услышана.

Из балок в кюветы дороги вырвались первые группы отряда Затанова. Вернее, то, что от них осталось. А осталось немного, человек двадцать-тридцать. Они бежали, яростно и слепо отстреливаясь. Спецназ открыл огонь из стрелкового оружия. Однако с виду открытое пространство являлось таковым лишь условно. Оно, кроме кюветов, имело еще массу естественных укрытий, в виде впадин, коротких участков низин, просто ям. Да и боевики, оставшиеся в живых, почувствовав, что спасение реально, сгруппировались под командой все того же Али. Вскоре их бегство приняло форму организованного отступления. Бандиты вновь начали делиться на малочисленные группы, не разбредаясь при этом в стороны, выдерживая общее направление отхода. По очереди они останавливались, занимая оборону на удобных рубежах, прикрывая своих.

Все это видел из чердачного окна их главный командир — Шайтан. Он оценил действия подчиненных и перевел взгляд на равнину, где находились русские. И был немало удивлен, что те орудиями и спаренными с ними пулеметами боевых машин пехоты не пытаются отсечь отступающих от селения. Мало того, и пешие порядки охранения фактически прекратили сближение с противником. Хотя могли настигнуть беглецов и уничтожить их. Почему русские поступают подобным образом? Их командир не желает лишних жертв? Но это абсурд! Атаковавшее балки подразделение здесь не для того, чтобы избегать боя! Оно предназначено для ликвидации его, Шайтана, отряда. Как же объяснить тактику командира русских? Почему он допускает прорыв боевиков в селение? Или не понимает, что те просто будут вынуждены захватить жилые дома и в них заложников из числа мирного населения? И это ясно даже для непрофессионала. А против отряда Затанова действуют спецы высокого уровня. Это было заметно с первых минут их контрдействий против засады. Чем же, черт возьми, вызвана пассивность русских? Или они продолжают какую-то свою, одним им известную коварную игру? И в план этой игры как раз и входит захват бойцами Шайтана селения Гелой? Но для чего? А… может, их действия против засады изначально имели целью заставить боевиков занять чеченский аул? И совсем скоро Гелой будет окружен со всех сторон? А воинов Шайтана и самого Затанова объявят извергами, предателями собственного народа, напавшими на свое же селение и захватившими в нем заложников из числа земляков! Не этого ли добиваются федеральные начальники?

Но… опять-таки… почему тогда русские не поступили подобным образом с отрядом Бекаса? Тот сам шел к селению Бады, и Малаева значительно проще было заставить играть по сценарию федералов.

Но там, в ущелье, на подходе к аулу, всех людей Руслана безжалостно расстреляли. А сейчас… дают его, Шайтана, бойцам свободно уйти в селение! Чертовщина какая-то! Затанов вновь взглянул через оптику на равнину. Его людей и селение Гелой разделяло всего метров триста.

Вскоре они ворвутся в аул. Что делать дальше?

Пройти Гелой насквозь и попытаться прорваться дальше, в горы? Но выпустят ли их русские?

Черт! Надо доложить Кулану о том, что здесь произошло. Ведь у Кулаева еще есть отряд Фараона — Доулета Радаева и личная гвардия. А это почти сотня штыков!

Затанов включил рацию:

— Босса вызывает Шайтан!

После недолгого молчания:

— Тебя можно поздравить, Ахмед? Кстати, с «вертушкой» вопрос решен? Мне Акан недавно сообщил, что она вышла к вам.

На что Затанов мрачно проговорил:

— С чем поздравить, Аслан? С гибелью половины отряда?

— Что? Что ты сказал?

— Русские переиграли нас! Засаду, которую мы так тщательно готовили для них, обернулась ловушкой для моих людей. Колонна не вышла на равнину, вместо автомобилей силы их охранения неожиданно с ходу атаковали нас. Они положили половину моих людей и могли уничтожить весь отряд, но не сделали этого!

Кулану потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, после чего он спросил:

— Что значит, русские не сделали этого?

— Это значит, что они в настоящий момент прекратили преследование остатков моего отряда. Хотя имеют полную возможность уничтожить их одними орудиями своих БМП.

— Что за чушь ты несешь, Шайтан?

Затанов скрипнул зубами:

— Это не чушь, это реальность! Вскоре мои люди будут в Гелое, а русские остались на равнине. Они, будь проклят их род, словно ждут, когда воины войдут в селение. Одно непонятно: зачем им это? Провокация?

Кулаев думал недолго. Затем приказал:

— Шайтан! Немедленно останови своих людей. Они не должны войти в Гелой. Останови их любой ценой и организуй оборону на подступах к селению. Обещай, что к ним спешит помощь. Делай что хочешь, но не допусти своих людей в аул!

— Но тогда русские сомнут их!

— Пусть будет так, как угодно Аллаху! Неверные задумали какую-то подлянку. Они подставляют нас.

— Что делать мне?

— Уходи из селения.

— А… люди?

— Ты оглох там? Или не понял, что я сказал? Аллах решит их судьбу! Но вступать в селение отряду запрети. Категорически запрети! Это приказ! Ну а не послушают — прикажи пулеметчику открыть заградительный огонь. Тебя же я жду на базе. Здесь все и разберем. Отбой!

Шайтан вызвал помощника:

— Али! Ты слышишь меня?

— Слышу, Ахмед. Кажется, нам все же удалось оторваться от неверных, скоро мы будем в Гелое, встречай нас.

— Али! Останови людей.

— Что? Я не понял, повтори, что ты сказал?

— Я сказал, прекратить отход! Занять оборону перед селением. Это приказ Кулана!

— Но…

— Никаких «но», Али! Отряд Фараона и личная гвардия на подходе к Гелою! Они вооружены гранатометными системами, скоро мы перейдем в атаку и порвем гяуров! Выполняй приказ босса! Проявлять самостоятельность не советую! Ты знаешь, что ждет того, кто осмелится ослушаться Кулана! Голову Абдулы у мечети в Кербахе не забыл еще? И закончим на этом!

Шайтан, отключив рацию, отбросил ее в угол. Поднес к глазам бинокль. Отступающие остатки отряда остановились. Али сумел заставить их повиноваться. Русские же, несомненно, заметив это, так и остались у балок.

Затанов опустил бинокль, обратившись к пулеметчику:

— Абу! Следи за равниной, я спущусь ненадолго вниз. Вскоре вернусь. Если гяуры пойдут на наших, прикрой их огнем! И еще… в случае, если бойцы Али вновь начнут отступление, стреляй в них!

— Что?

— Это приказ Кулана. Он с отрядом Фараона уже рядом.

— Как скажешь, начальник! Мое дело маленькое.

Наемник прижался щекой к прикладу пулемета РПК, устремив взгляд на равнину. Шайтан взял в руки автомат и хотел уже шагнуть на пролет лестницы, ведущей вниз, в жилое помещение дома брата, который с семьей уже покинул жилище, и уйти на южную окраину селения, где в сарае одного из последних усадеб стоял его племенной конь, как услышал приближающийся рокот. Характерный рокот вертолетного двигателя. На «вертушке» мог прибыть только дополнительный десант русских. Тот, что оставался в автобате.