Развод. Шанс на счастье - Мил Рэй

все скрыл. Завтра же попробую найти Солоницкого и договориться. Как я понял, у мудака не все так гладко, раз он позарился на бизнес своей бывшей жены.

Снежана стоит в холле, скрестив руки на груди, и ждет меня.

- Девочки спят? – спрашиваю, снимая пуховик.

- Спят. Андрей, кто приходил?

- Брат, напился и качал права, - цежу, сочиняя на ходу.

- Брат, - угукает она, не веря.

- Это была не Полина! Хватит, Снеж. Пошли в спальню, - говорю ей, прижимая к холодной груди.

- Я буду спать в комнате девочек, - разворачивается.

- Значит, завтра отвезти тебя домой? – подняв бровь, спрашиваю.

Снежана сглатывает, потом смотрит меня.

- Я останусь, ради девочек. А еще ты мне обещал, разобраться с моим разводом в счет оплаты, - говорит, делая несколько шагов в сторону лестницы.

- Обещал и разберусь, Снежа. И заплачу сколько надо. Завтра договор подпишем, няня Снежинка, - говорю, рассматривая стройную фигуру в моей футболке.

- Сразу, на берегу, договоримся. Секс не входит в наш контракт. Я только няня для малышек.

Стерва, говорит так, будто все знает.

Или придется ее отпустить или разбираться со всем, что натворили мои юристы.

Вот только если разводом занимались мои спецы, то шансы получить обратно свою фирму и квартиру, у Снежинки ничтожно мало.

Я знаю это, а она пока нет.

- Безусловно, ты - няня.

Провожу по брюкам, чтобы погасить дикое желание.

- Вот и отлично. Спокойной ночи, Андрей, - почти не дыша, произносит и спешит по лестнице к детской.

Глава 27

Снежана

Просыпаюсь от того, что сбоку ко мне прижимается кто-то теплый и… маленький. Потом «колобок» забрасывает на меня свои холодные ножки, а следом еще пара таких же ног тормошат мое одеяло.

- Тише, Ксюша! Ты разбудишь Снезынку! – шипит возле моего уха Лерочка.

- У тебя ноги холодные. Ты как Снезная королева! – отвечает ей сестра.

Сказка, которую я вчера рассказывала, не прошла бесследно.

- И как вы здесь оказались? – открываю один глаз.

- Ты спис в комнате папы. А мы всегда приходим к нему и следим, чтобы он не плоспал на лаботу, - серьезно говорит мне Ксюша.

- Ты такая теплая, - говорит Лера и обнимает меня.

- Папа ушел?

- Да! Он сказал, что мы мозем здесь спать! – заявляют крохи.

Я переворачиваюсь и выдыхаю.

С Ребровым спорить сложно.

Вчера он все-таки принес меня в свою комнату…

- Вот и отлично! Спокойной ночи, Андрей… Сергеевич, - отвечаю ему на тираду.

Я не поверила, что ночью к Андрею явился брат. Скорее уж его женушка с токсикозом не спит и хочет забраться в кровать к своему мужу.

От этого мое присутствие в доме женатого мужчины выглядит глупым и неуместным.

- Нянька с остеохондрозом – это не то, что нужно моим детям, - говорит Ребров.

Он улыбается.

Улыбка сногсшибательная, пленительная. И голый торс, который видно из-под спортивного пуховика, тоже просто восхитителен.

- Но дети!

- Ты диван в спальне видела? Завтра куплю тебе новый, потом будешь свою гордость показывать! Ты лежала подо мной голая, я был в тебе… Короче, хватит!

Он подходит ко мне и сгребает в охапку. Как невесомую пушинку, на руках несет наверх.

- Не хочешь сексом со мной заниматься, тогда будем просто спать. Я ничего не сделал, чтобы ты на меня обижалась. Полина не от меня беременна. Скоро ты сама все поймешь, Снежана.

Звучно шлепнув меня по обнаженным ягодицам, Андрей идет в спальню.

Мы лежали рядом. Он обнимал меня.

Пока утром ему не позвонила Эльвира…

- Бабушка должна нас отвезти на кружок по лисованию, - говорит мне Лерочка, накручивая на пальчик мой белый локон.

- Но папа сказал, что ты нас повезешь. Он, навелное, опять полугался с бабушкой! – надув губы, говорит Ксюша.

Я слышала, как она звонила ему утром.

Было, наверное, часов пять утра!

- Я знаю, крошки. Папа громко говорил по телефону, и я слышала то, что он сказал бабушке.

Но девочки знают только часть разговора. А я услышала все, о чем говорил Ребров и его мать.

На самом деле, Эльвира Анатольевна позвонила Андрею из-за проклятой Полины.

Она просила Андрея поехать в больницу и сдать какие-то анализы.

Группа крови, еще что-то…

- Андрей, ты отец! Ты в своем уме?! У тебя скоро будет ребенок, нужно чтобы все медицинские процедуры были выполнены, - настойчиво и громко говорила ему Эльвира Анатольевна.

- Нет, я никуда не поеду! Ты добьешься того, что я перестану с тобой общаться, если ты будешь топить за свою паршивую невестку! – отвечал Андрей, встав с постели.

- Такими вещами не спекулируют!

- Пусть Глеб едет. Он спит с Полиной, прямо на детском дне рождения у них был интим, мама!

- Что за чушь? Кто сказал такой бред про Полину и Глебушку?

Андрей не сказал ничего Эльвире.

- Мама, с этого дня у моих детей есть няня. Я освобождаю тебя от обязанностей по воспитанию девочек. Измена Полины будет доказана, и она пойдет на улицу с голым задом! А ты, - выдыхает на эмоциях адвокат. – Я прикажу охране, чтобы не пускала никого из вас. У меня, млять, не проходной двор!

Эльвира пыхтела в трубку, пуская свой змеиный яд. Но у Реброва разговор короткий.

Он просто отключил вызов и снова лег ко мне в кровать.

Андрей обнимал меня, прижимаясь всем телом… Утром он ушел в офис.

- Сегодня папа уехал как-то рано. Вам не кажется, непоседы? – спрашиваю, обнимая девочек.

- Нам тепель не скучно без него, - улыбаясь, говорит мне Ксюша.

- Снезынка, нам нужно собилаться! У нас же лисование! – торопит меня ответственная Лерочка.

- Нам нужно позавтракать, - говорю девочкам.

Мы идем в ванную, потом спускаемся в кухню.

Я умею готовить, всегда для Архипа утром пекла белковые оладьи, чтобы его идеальный торс и кубики не заплыли жиром.

Теперь, наверное, моя сестра готовит для него. Или кто-то другой.

Усмехаюсь сама себе, ведь после вчерашней встречи с Ребровым, Солоницкий сможет есть разве что протертую овсянку.

И этого ему мало за предательство. Я бы хотела, чтобы муж получил тяжелый бумеранг за то, что сделал.

Но… Пока подлецу улыбается удача, а мне остается на удачу только надеяться.

Мы с крошками идем в