Разрушительная игра - Ана Хуанг

бы собой, если бы не проинформировал меня насчет безопасности. Тонированные пуленепробиваемые стекла, ультрасовременные датчики движения, подземный бункер с годовым запасом еды. Это все, что я запомнила, прежде чем отключиться.

Я ценила безопасность, но мне не требовался подробный отчет о марках и моделях камер видеонаблюдения. Я просто хотела есть и плавать.

– Передавай другу большое спасибо, – сказала я. – Невероятное место.

– Он любит выпендриваться, предлагая людям здесь пожить, – сухо заметил Рис. – Но я передам.

Было уже почти два часа дня – сразу после осмотра дома мы переоделись и отправились обедать в город. Он находился в двадцати минутах езды от виллы, и, по словам Риса, в нем проживало меньше тысячи человек. Похоже, никто из них не знал и не интересовался, кто я такая.

Желание номер один.

Мы поели в маленьком семейном ресторанчике – его владелица, круглолицая пожилая женщина по имени Лучана, засветилась от радости, увидев Риса. Она осыпала его поцелуями, а потом обняла меня.

– ¡Ay, que bonita! – воскликнула она, глядя на меня. – ¿Rhys, es tu novia?

Какая красотка! Рис, твоя девушка?

– Нет, – хором ответили мы с Рисом. Переглянулись, и он пояснил: – Sólo somos amigos. Мы просто друзья.

– Ой, – разочарованно протянула Лучана. – Однажды ты приведешь девушку, – сказала она по-английски. – Может, ей будешь ты. – Она подмигнула мне, прежде чем проводить нас к столу.

Я списала свой румянец на жару.

Вместо того чтобы брать меню, Рис посоветовал мне довериться Лучане, и я порадовалась, что поступила именно так, когда двадцать минут спустя принесли еду. Olla de carne[6], arroz con pollo[7], plátanos maduros[8]… Все такое вкусное, что я попросила бы Лучану дать рецепты, если бы умела готовить хоть что-то кроме яичницы-болтуньи и кофе.

– Невероятно, – сказала я, проглотив курицу с рисом.

– Лючи готовит вкуснее всех в городе.

– Да, но я о другом. Об этом. – Я обвела вокруг себя рукой. – Поездка. Все это. Тебе необязательно было это делать.

Тем более что Рис платил за все из своего кармана. Вероятно, друг одолжил ему виллу бесплатно, но перелет, аренда машины… Все стоило немалых денег. Я предложила возместить траты, но он ответил таким мрачным взглядом, что больше я этот вопрос не поднимала.

– Считай это прощальным подарком, – сказал Рис, не отрываясь от тарелки. – Два года, подумал, стоит поездки.

Курица, еще секунду назад такая вкусная, стала горькой, как пепел, прямо во рту.

Точно. Почти забыла. Рису оставалось быть моим телохранителем лишь две недели.

Я продолжила есть, но без былого аппетита.

– Тебе уже подобрали нового клиента? – небрежно поинтересовалась я.

Кто бы это ни был, я заранее его ненавидела – у них с Рисом все только начиналось, а не заканчивалось.

Рис почесал затылок:

– Сделаю небольшой перерыв. Может, вернусь в Коста-Рику или ненадолго отправлюсь в Южную Африку.

– Ой, – мой нож вонзился в курицу чуть сильнее, чем следовало, – звучит здорово.

Класс. Он будет играть в путешественника, а я – ходить на уроки во дворце. Может, он встретит в Коста-Рике или Южной Африке красивую девушку, и они будут целыми днями заниматься сёрфингом и сексом…

Хватит.

– А ты? – спросил Рис таким же небрежным тоном. – Уже знаешь, кто твой новый телохранитель?

Я покачала головой:

– Я попросила Бута, но его уже приставили к кому-то другому.

– Забавно. Я думал, они будут полюбезнее, учитывая, что ты наследная принцесса. – Рис надавил на нож чуть сильнее, чем нужно.

– Я еще не кронпринцесса. И вообще, давай обсудим что-нибудь другое. – Разговор угнетал меня. – Чем здесь можно заняться?

Как выяснилось, особо нечем. После обеда мы прогулялись по городу, и я купила сувениры для подруг. Потом посетили галерею с работами местных художников, зашли в кафе, где я попробовала лучший в моей жизни кофе, и купили продукты на фермерском рынке.

Простой, непримечательный день, наполненный обычными, прозаичными делами.

Идеально.

К тому моменту, как мы вернулись на виллу, я почти вырубалась от усталости, но Рис остановил меня прежде, чем я успела упасть в кровать.

– Если можешь продержаться еще немного, то я хотел бы показать тебе кое-что.

Любопытство победило усталость.

– Надеюсь, оно того стоит. – Я последовала за ним на террасу и опустилась в плетеное кресло у бассейна, подавив зевок. – Я злая, когда не высплюсь.

– Поверь, я в курсе, – ухмыльнулся Рис. – Рад, что ты это признала.

Он принялся выключать свет, в том числе уличные прожекторы.

– Что ты делаешь?

Он никогда не выключал весь свет, пока не ложился спать.

Он сел рядом, и я заметила, как в темноте сверкнули его зубы, прежде чем он поднял подбородок.

– Посмотри наверх, принцесса.

Я посмотрела. И ахнула.

Будто кто-то выплеснул на небо тысячи и тысячи звезд, причем так щедро, что зрелище скорее напоминало картину, чем реальность.

Млечный Путь растянулся во всей безупречной и сверкающей красоте.

Я не ожидала увидеть все так четко, но это было логично. Мы находились в горах, за много километров от ближайшего большого города. Вокруг не было никого и ничего, кроме нас, неба и ночи.

– Я подумал, тебе может понравиться, – сказал Рис. – Такого не увидишь в Нью-Йорке или Атенберге.

– Да. Не увидишь. – Эмоции сдавили грудь. – И ты был прав. Я в восторге. Стоит того, чтобы лечь попозже и разозлиться.

Его низкий смешок согрел меня изнутри.

Мы просидели так еще час, просто глядя на небо и впитывая красоту.

Мне нравилось думать, что родители там, наверху, наблюдают за мной.

Интересно, оправдала ли я их надежды. Интересно, что бы они сказали об отречении Николая и знала ли мама, что в тот день в больнице должна была умереть я, а не она.

Королевой должна была стать она, а не я.

По крайней мере, сейчас они вместе. Оказались одними из тех счастливчиков, что вступили в брак по договоренности и потом друг в друга влюбились. Отец так до конца и не оправился после смерти мамы – по крайней мере, так мне все говорили. Я была слишком мала, чтобы заметить изменения в его поведении.

Иногда я задавалась вопросом, не умышленно ли он потерял управление над машиной, желая поскорее к ней присоединиться.

Я повернула голову и посмотрела на Риса. Глаза привыкли к темноте, и я могла разглядеть крошечную горбинку на его носу и твердый изгиб губ.

– Ты когда-нибудь влюблялся? – спросила я, отчасти из искреннего любопытства, а отчасти – чтобы отвлечься от болезненных мыслей.

– Не-а.

– Правда? Никогда?

– Не-а, – повторил Рис. Он приподнял бровь. – Удивлена?

– Немного. Ты старый. Должен был влюбиться уже как минимум трижды.

Он был на десять лет старше