Сильнее времени (СИ) - Добрынина Елена

Аня судорожно всматривалась в заметку, напечатанную на титульном листе ежедневной петербургской газеты прошлого столетия и никак не могла поверить в то, что говорилось в ней. Строчки плыли перед глазами, содержимое навсегда врезалось в память.

«Срочная новость!

Вчера въ полдень на пересѣченіи набережной рѣки ​Фонтанки​ и Лештукова моста прогремѣлъ страшный взрывъ. Террористы устроили актъ противъ Министра Внутреннихъ дѣлъ, графа Павла Андреевича Ильинскаго. По печальной случайности въ моментъ взрыва рядомъ находился его сынъ, подполковникъ Петербургской сыскной полиціи Николай Павловичъ. Оба ​они​ пострадали отъ разрыва. Ведется слѣдствіе!»

Рой мыслей кружил в голове, путаясь и сбиваясь. Не может быть! Этого просто не может быть! Он же обещал! Она поверила Цыгану, согласилась на сделку, отдала кольцо ради Николая. Как же так? Почему он нарушил слово? Почему все-таки устроил взрыв?

Сердце ее словно схватил кто-то когтистой лапой, сжал сильно-сильно, так что невозможно было сделать даже вдоха. Почему же она поверила этому разбойнику? Почему ей казалось, что Цыган не обманет? Она могла быть там с Николя, предупредить его о трагедии, а она поверила негодяю, который ненавидел всех вокруг. Какая же дура! А теперь? Она может только читать о случившемся заметку в столетней газете, бесстрастную запись об ужасающей трагедии, которая случилась с ним? Руки у Ани затряслись, слезы срывались и падали на вековой артефакт. Что делать? Куда бежать? Как изменить прошлое? Никак! Никак она не сможет изменить того, что случилось только лишь по ее глупости.

В каком-то беспамятстве Аня накинула пуховик, схватила только что прочитанную газету и, закрыв лавку на свой ключ, понеслась домой. Дома, не раздеваясь рухнула на кровать и зарыдала, что есть мочи. Сколько времени прошло, Аня не уследила, просто лежала ничком на постели и плакала навзрыд.

- А что это у нас открыто? – Спросила вдруг откуда-то из прихожей мама. – Анька, ты уже вернулась с работы?

Наталья Григорьевна вошла в Анину комнатку прямо с тяжелеными пакетами, не снимая пальто. Снег искрился на ее пушистом меховом воротнике, от тепла снежинки таяли, оставляя на ворсе капли воды.

- Что случилось? – Мама испуганно уставилась на рыдающую Аню.

- Мама! Мамочка, я одна виновата! Я все испортила! Это из-за меня все случилось! – Захлебываясь слезами, твердила Анька.

Наталья Григорьевна поставила сумки у двери и подошла к рыдающей дочери, с которой творилась форменная истерика.

- Аня, ну-ка прекрати реветь! Объясни, что случилось?

Девушка только всхлипывала, говорить она не могла. Тогда-то Наталья Григорьевна и заметила в руках Ани газету. Осторожно вынула местами промокший листок бумаги и с непониманием уставилась на старинную газету, датированную 3 января 1913 года. Холодок побежал по её спине, предчувствуя непоправимое. Что же могло заставить рыдать её всегда весёлую и сильную девочку? Даже когда пропал Алеша, Аня держалась стойко. А тут Наталья Григорьевна растерялась впервые в жизни.

- Аннушка, расскажи мне все! Отчего ты плачешь? Что стряслось такое? - Повторила свои вопросы мама и присела на край кровати.

Аня попыталась взять себя в руки и, хотя бы начать спокойно дышать. Получалось плохо, с ней и правда, случилась истерика.

- Понимаешь, Цыган мне обещал не трогать Николая, если я отдам кольцо, но обманул. Я такая дура, что поверила ему, мама!

Наталью Григорьевну обуял страх, а потом и ярость. Услышав, кто стал причиной слез её дочери, она поняла - больше тянуть не имело смысла. Все её надежды, что Аня проживёт спокойную и счастливую жизнь и никогда не столкнется с той давней историей, рухнули в один момент.

- Расскажи мне всё по порядку, - попросила мама серьёзно.

- Ты, наверное, посчитаешь меня сумасшедшей, но это всё было на самом деле.

Мама лишь усмехнулась и грустно сказала:

- Боюсь, твой рассказ меня не сильно удивит. Но чтобы понять, можно ли спасти ситуацию, я должна знать всё, что с тобой случилось.

Поражённая, Аня смотрела на мать и не могла понять, действительно ли Наталья Григорьевна представляет то, о чем она сейчас расскажет?

- Даже, если я скажу, что побывала в прошлом, в Петербурге 1912 года? - Опасливо спросила девушка.

Что ж, как не скрывай, не прячься, всё тайное всё равно когда-нибудь станет явным.

- Даже, если и побывала. - Мама посмотрела Ане в глаза и спокойным, будничным тоном, словно всего лишь констатировала факт, произнесла. - Что ж этому удивляться, если я и сама там бывала.

***

Санктъ-Петербургъ, Россійская Имперія, 1912г. отъ Р.Х.

Забрав свой саквояж, Цыган вновь отправился к Адмиралтейским верфям. Только это место оставалось пока еще неизвестным полицейским. Собирать бомбу Андрей решил прямо там же. Старый домик сторожа на краю верфей был заброшен, и охрана за небольшие деньги пускала туда разный народ. Пару месяцев как домик арендовал Цыган. Платил он исправно, с лихвой, а потому жадноватые охранники не задавали вопросов. Народу через верфи ходило немало: поди, уследи за всеми!

Прошмыгнув на территорию, Цыган закрылся в бывшей сторожке. Печи он не топил, а потому в маленьком и грязном помещении было довольно холодно. С собой у него был свёрток с куском окорока и краюшка хлеба. Вот тебе, и щедрый вечер, усмехнулся Цыган. За свою жизнь он оказывался в совершенно разных условиях, а потому ни голод, ни холод не пугали его.

Закусив принесённой снедью, Андрей зажёг огарок свечи и принялся рассматривать, хватит ли у него материалов для взрыва. Прикинув в уме состав, он осмотрел своё добро и остался доволен.

Бомба его не смущала. Смущало то, что Иван попался. Он мог рассказать всё Гнездилову и тогда никакого взрыва попросту не будет. По-хорошему, Ивана стоило вызволить. Но Андрей понимал, вытащить Плута из тюремного бастиона в Петропавловке - это вам не шутки. Крепость была хорошо укреплена и одному человеку невозможно было справиться с этим делом. Хорошо, что завтра Васильев день - 1 января, а значит, повсеместно выходной и праздничный день. «Воспользуюсь этим и как раз узнаю всё об Иване», решил Цыган, осторожно складывая принадлежности обратно в саквояж. Аккуратно паковал материалы в бумагу и тряпицы, чтобы никакие из частей не соприкоснулись случайным образом.

Закончив с саквояжем, Цыган спрятал его получше. Если всё удастся, то завтра ночью они с Иваном соберут взрывчатку. Если же не удастся вызволить Плута, нужно будет действовать в одиночку. Столько ещё дел было у Цыгана, а времени оставалось всё меньше.Андрей расстелил на полу, присыпанном соломой, старый свой овечий тулуп, который предусмотрительно притащил в халупу, и уснул тревожным и прерывистым сном. А столица праздновала и встречала наступление Нового, 1913 года - последнего мирного года в Российской Империи.

***

Липецкая область, г. N., наши дни

Аня уставилась на маму. Что она такое говорит? Слезы моментально высохли, оставив на щеках лишь соленые дорожки.

- Иди, умойся и всё мне расскажешь. А я пока чайник согрею.

Аня не посмела ослушаться. Слишком ошеломило её известие, что мама и сама бывала в прошлом. Значит, все-таки не просто так Аня пришла в особняк на Галерной? Значит, кольцо действительно призвало её.

Мысли путались. Аня умылась холодной водой и, когда вышла на кухню, её выдавали лишь покрасневшие от долгих рыданий глаза.

- Ну вот, так мне гораздо больше нравится. - Наталья Григорьевна бодро улыбнулась.

На самом деле, она судорожно соображала, как же так получилось, что как она не пыталась, не удалось ей уберечь свою девочку? Мама поставила перед Аней чашки под чай и в свою насыпала четыре полных ложки сахара.

- Как ты пьешь такой сладкий? - Вновь поразилась девушка и вдруг застыла. Аню осенила очень ясная мысль, которую она раньше не замечала. Такой же сладкий чай пил Андрей. И мама, увидев Андрея, очень странно отреагировала на его появление.