Кровь на воздух - Павел Сергеевич Иевлев

— А что ты хотел, это же сон!

— Но капитан мне что-то не снится, кто же мне скажет код?

— Он записал его. На обороте фотографии. Капитаны так часто делают.

— Откуда ты это знаешь, если ты мой сон?

— Если я начну объяснять тебе все «почему», «откуда» и «зачем», то буду не сон, а онлайн-энциклопедия. Причём это будет впустую, потому что ты не выспишься и не сможешь ничего вспомнить на утро. Всё, хватит разговоров, спи давай!

Девушка прощально коснулась моей руки. У неё оказались мягкие прохладные пальцы, с этим ощущением на ладони я и проснулся утром.

* * *

— Доброе утро, капитан! — поприветствовала меня Катерина. — Как спалось?

На видеоэкране она уютно устроилась в кресле, а её виртуальная каюта обросла мелкими деталями — цветным пледом на кровати, плюшевым медвежонком у подушки, цветочным кашпо, фотографиями на стенах…

— Спалось? Познавательно… — кивнул я, приглядываясь к нарисованному интерьеру.

— Вас что-то смущает в моей проекции? — заметила мой интерес ИИ-шечка.

— Пытаюсь рассмотреть, что за картинки у тебя на стенах.

— Ах, это… — она изобразила смущение. — Это случайные изображения. Могу убрать, если вас раздражает…

— А приблизить можешь? Зрение у меня не идеальное…

— Если хотите…

Изображение увеличилось, рамки картинок наплыли на экран. Обычные дешёвые магнитные рамки для фотографий. Популярные у планетян (цифровые с экранами) у космиков не прижились — космики не любят лишнего, а экранов у них и так полная рубка. Бумага есть бумага, она не погаснет, не сломается. И батарейки в ней не сядут, поэтому вот такие рамки висят по каютам во всём космофлоте.

Эти, созданные цифровым воображением ИИ, прижимают стилизованные под рисунок картинки. На одном молодая темноволосая девушка, сидящая за столиком уличного кафе. Явная планетянка, что её фото делает в космосе?

«Героический космик и прекрасная планетянка» — страшно популярный сюжет для видеодрам, но в реальной жизни они очень редко пересекаются. Космикам нечего делать на грунте, планетянам — в пространстве. Так-то ничего, вроде, не мешает, но сообщение «поверхность-орбита» — самый затратный этап логистики. Поднять что-то из гравитационной ямы — дорогое удовольствие. Поэтому планетяне на кораблях если и летают, то в виде груза, в капсулах. А космики вообще стараются вниз не спускаться, потому что, во-первых, дорого, во-вторых, аллергии, насекомые, погода и прочая планетарная дрянь, а в-третьих, — зачем? Типичный космик родился в станционном медпункте, вырос в ясельном отсеке, учился в орбитальном интернате, потом вернулся к родителям на буксир или балкер, где и проведёт большую часть своей жизни. Родственники сговорят парня/девушку с девушкой/парнем из другого экипажа, ну, или те сами найдут друг друга в баре перевалочной станции. И вот уже в медотсеке рождается новый космик, который видит планеты только круглыми, как и несколько поколений его предков. Так что тут ИИ-шечка недодумала что-то.

Следующее фото — та же девушка в типовом интерьере станционного кабака, салютует в кадр стаканом, улыбается тому, кто держит камеру. Как и на первой фотографии, у неё лицо Катерины, но моложе нынешнего аватара. Лет восемнадцати-двадцати, совсем дитя. На соседней фотографии она обнимается с парнем, стоя на обзорной палубе какой-то орбиталки. Скорее всего, одной из земных, в дальнем космосе обзорные палубы обычно не делают. Парень что-то показывает ей там, внизу, на планете, девушка задорно хохочет, повернувшись к камере. Рядом кадр, где они прощально машут кому-то, стоя вместе у переходного шлюза. Здесь видно лицо молодого человека. Моё лицо. Лет на двадцать моложе, или я просто плохо сохранился. И последняя картинка, самая нижняя в группе — девушка уже постарше, парень тоже. Стоят с напряжёнными лицами у отсека спускаемой капсулы с маленьким ребёнком на руках. Младенца держит парень, похожий на меня. Девушка, похожая на Катерину, смотрит на него сердито, поджав раздражённо губки.

— Это мы с тобой на фотографиях? — спросил я ИИ-шечку. — Почему?

— Нипочему, — ответила она. — Это же моя галлюцинация. Я не продумывала интерьер в деталях. Просто сгенерировала что-то, соответствующее паттерну «уютно и по-домашнему» в представлении типичного космика. Я не контролирую себя так детально, так же как вы не контролируете, например, работу печени. У меня тоже есть подсознание, представьте. И так же, как у человека, оно составляет бо́льшую часть моей личности. Что же до фото — вокруг не так уж много лиц. Моё да ваше, капитан. Ничего удивительного, что подсознание пошло по пути наименьших затрат вычислительных ресурсов и взяло их для рандомных деталей интерьера, которые никто не собирался демонстрировать крупным планом.

Голос у неё обиженный, как у домохозяйки, которой продемонстрировали плохо вытертую пыль на полке.

— Ладно, — сказал я, — проехали. В любом случае, спасибо.

— За что, капитан? — удивилась женщина на экране.

— За вовремя поданную мысль.

— Э… пожалуйста. Я же ваше «чучело-собеседник», это мой долг. Могу я вам ещё чем-нибудь помочь?

— Пожалуй, да. Где находится зарядный док робота-уборщика? Я могу найти эту информацию на терминале техмеха, но спросить у тебя быстрее. Уверен,