Нам не жить друг без друга - Лиза Клейпас

Макс удивленно поднял брови при виде их встревоженных лиц.

Селия бросилась к нему.

– Месье, – возбужденно прошептала она, впиваясь пальцами в его руку, – ваш сын в опасности. Посетитель… он с военно-морской базы. Он, наверное, что-нибудь узнал. Что мы ему скажем? Что…

– Ш-ш-ш… – Макс легонько похлопал ее по плечу, потом высвободил свою руку из ее цепких пальчиков. Поверх ее головы он взглянул на молодого офицера, явно старавшегося уловить, о чем они говорят. – Я обо всем позабочусь, – сказал Макс Селии, – а ты пойди к Лизетте, поняла?

– Хорошо, – еле слышно прошептала Селия. В гостиной Лизетта давала указания Ноэлайн.

– Пусть Мэри подаст кофе, – говорила она. – Да не крепкий, какой пьем мы, а жидкий, какой любят американцы. И принеси каких-нибудь сладостей. – Она заметила стоявшую рядом Селию и улыбнулась ей:

– Не морщи лобик, дорогая. Из-за этого ты выглядишь очень встревоженной.

– Я действительно встревожена.

– Но почему? Макс не допустит, чтобы что-нибудь случилось с Жюстином.

– Хотелось бы верить.

– Селия, доверься нам. А теперь, что бы ни сказал Макс, ты не должна ему противоречить. И постарайся не подать виду, что ты удивлена, договорились?

– Договорились. – Селия пристально на нее взглянула. – Вы знаете, что он собирается предпринять?

– Догадываюсь, – начала было Лизетта, но тут в гостиную вошли мужчины.

Лизетта одарила лейтенанта обворожительной улыбкой. Он с благоговением поцеловал ее протянутую руку, на мгновение утратив дар речи. Лизетта считалась одной из самых красивых женщин Нового Орлеана, и перед ее чарами не могли устоять ни молодые, ни старые. Даже в трауре она выглядела ослепительно, а ее рыжие волосы и белая кожа казались еще более прекрасными на фоне строгого черного платья.

– Лейтенант, как приятно, что вы к нам зашли, – пропела Лизетта.

– Извините, мадам, что явился без приглашения.

– Нет, нет, мы всегда рады вас видеть. Как поживает капитан Мэтьюз? Надеюсь, на военно-морской базе все в порядке? Прекрасно, рада это слышать. Уверена, под руководством таких опытных и отважных людей, как вы и капитан Мэтьюз, залив в самое ближайшее время будет очищен от пиратов.

– Напротив, – прервал ее Макс, – губернатор Вильерэ считает, что пираты совсем обнаглели.

Бенедикт ощетинился:

– Если бы у нас было достаточно людей и кораблей, месье Волеран, мы бы быстро разделались с морскими разбойниками. Но жители Нового Орлеана почему-то поощряют пиратство. Как ни возмутительно, но они с готовностью покупают контрабандные товары, поступающие в город.

– Мне кажется, военно-морская база располагает достаточным количеством кораблей… – начал было Макс, но Лизетта, зная пристрастие мужа к политическим дискуссиям, прервала его:

– Не пора ли, дорогой муженек, поговорить о деле. Прошу вас садиться, сейчас Мэри принесет кофе. – С этими словами Лизетта грациозно села на диван, и все последовали ее примеру. – Лейтенант, – обратилась к Бенедикту Лизетта, – скажите, пожалуйста, что привело вас к нам?

– Я зашел, чтобы поинтересоваться, как поживает ваше семейство, – ответил он осторожно.

– Неужели? Как это мило с вашей стороны.

Бенедикт ждал продолжения разговора, но все присутствующие молчали, устремив на него взгляды. Он откашлялся и продолжил:

– Капитан Мэтьюз, со своей стороны, тоже хотел бы узнать, как у вас дела, поэтому я и пришел. Видите ли, прошли кое-какие слухи… – Он сделал паузу и выжидающе посмотрел на хозяев. Никто не произнес ни слова. Лейтенант был вынужден продолжить:

– Сегодня утром, месье Волеран, я случайно встретил в городе вашего брата Александра и его очаровательную жену Генриетту…

«Генриетта, – тревожно подумала Селия. – Эта женщина обожает сплетничать».

– …и она сообщила мне кое-что весьма интересное.

– Это меня не удивляет, – спокойно сказал Максимилиан. – Всем известно, что Генриетта – большая любительница новостей.

– Да… но она утверждает, что это сущая правда. Макс начал нетерпеливо постукивать пальцами по подлокотнику кресла.

– О чем же она вам рассказала?

– Она сказала, что у вас в доме гость, и он болен. И не просто гость…

Селия крепко сжала лежащие на коленях руки. Она почувствовала, как кровь отливает от ее лица. Неужели Жюстина заберут? С ним не будут церемониться. А он все еще слаб, и раны его могут открыться… В памяти промелькнула сцена его пробуждения, она словно вновь услышала его хриплый шепот: «Ты мне не снишься?»

Ее мысли прервал голос Макса:

– Да, это правда, лейтенант.

Бенедикт недоверчиво взглянул на него:

– Кто он такой? Родственник? Или ваш близкий друг?

– Родственник. – Макс, не дрогнув, встретился с ним взглядом. – Более того, это мой сын.

«Нет!» – хотела крикнуть Селия, не в силах поверить, что Макс предал Жюстина. Сказать Бенедикту, что Жюстин здесь, равносильно подписанию смертного приговора!

– Несколько дней тому назад его привезли сюда глухой ночью, – продолжал Макс, – тяжело раненного. Он бежал с Воронова острова, прибежища пиратов со всего залива. – Он взглянул на обеих женщин. Лизетта, не мигая, смотрела на него в упор, а Селия побелела как мел. Сделав глубокий вдох, Макс принялся украшать подробностями свою ложь:

– Произошло настоящее чудо. К нам вернулся мой сын Филипп!

На мгновение воцарилась мертвая тишина. Селия остолбенела от неожиданности, лишившись способности не только говорить, но и думать.

– Филипп… – повторил ошеломленный Бенедикт. Макс как ни в чем не бывало кивнул:

– Да.

– Но Филипп погиб!

– Мы считали, что пираты его убили, – сказал Макс. – Но ему удалось выжить, и последние четыре месяца он провел в плену. Вам первому я сообщаю эту добрую новость, лейтенант. Филипп жив.

Бенедикт с недоверием взглянул на Селию.

– Это правда, мадам? – спросил он.

Селия кивнула, не в силах произнести ни слова. Мысли ее путались. Макс пошутил. Это всего-навсего злая шутка. Она даже подумала, уж не сошел ли он с ума. Неужели он полагает, что можно кого-нибудь обмануть такой глупой ложью? Стоит лейтенанту подняться наверх и взглянуть на Жюстина, как он сразу поймет, что это не Филипп. Много ли времени надеется Макс выиграть своим обманом? Она почувствовала на своем плече руку Лизетты.

– Представляете, лейтенант, как потрясена жена Филиппа? – сказала Лизетта лейтенанту. – Она очень тревожится за его состояние. Он чуть не умер от ран. За эти несколько дней она совершенно выбилась из сил, не отходила от его постели ни на минуту.

Бенедикт встал, лицо его побледнело.

– Я хотел бы увидеть его.