Боец 4: лихие 90-е - Валерий Александрович Гуров

в меня быстрым взглядом, я без труда догадался, что есть тот самый водитель Ильдар.

Шеф сказал ему, что он поступает в мое распоряжение, вкратце объяснил суть дела. Тот не удивился ничему, лишь кивал.

— Все, иди, Ильдарчик, — велел ему шеф. — А ты малость задержись.

И когда шофер вышел, Вадим Антонович почему-то вполголоса заговорил:

— Значит, смотри. Действуешь в такой последовательности…

И расписал мне, к кому из чиновников идти — в порядке компетентности. Сперва в Комитет по делам молодежи и спорта, потом в администрацию Советского района Уфы… Почему Советского, а не какого иного? Да потому, что там зам председателя исполкома — хороший знакомый шефа… Собственно, все три фигуранта, записанные на листке, все его хорошие знакомые.

Сказав так, он замысловато ухмыльнулся, из чего я сделал вывод, что «хорошие знакомые» сидят у нашего хозяина на каком-то коррупционном крючке. Третьим номером шел председатель некоего сомнительного фонда, через который наверняка прокачивались сомнительного же происхождения деньги… Шеф, скривив рожу, сказал, что к этому обращаться в крайнем случае, если с первыми двумя не выгорит.

— Так, — сказал он в заключение, — и скажи Алине, пусть оформит тебе ксиву, — он скривился в улыбке. — Ну, служебное удостоверение. У нее корочки есть и печать специальная. Все, иди. Переодеться не забудь!

Я вышел в приемную, передал секретарше приказ шефа насчет удостоверения, она кивнула — дело знакомое.

— Паспорт ваш дайте, пожалуйста.

Я присел, протянул документ и всем видом своим дал понять, что сейчас вполголоса заговорю о наших секретных делах, но она, видимо, только этого и ждала, в ответ мгновенно протянула бумажку и сделала выразительный взгляд.

Написано там было так:

«Здесь у стен есть уши».

Я кивнул и сказал таким тоном, как будто вспомнил:

— Да, Алина, я забыл у начальства спросить: Ильдара мне как найти? Он ведь на стоянке здесь?

— Слева от входа, — сказала она, заполняя документ. — «Жигули-семерка», такого бирюзового цвета. Летнее небо, — она улыбнулась. — Не ошибетесь.

Заполнив бланк, она шлепнула по нему малой печатью и улыбнулась шире:

— Поздравляю! Теперь вы наш официальный сотрудник.

Слегка прищуренный ее взгляд говорил куда больше, чем слова, и я ответил примерно таким же взглядом, сделал под воображаемый козырек и вышел.

Машину и Ильдара я разыскал быстро, сел рядом с шофером, протянул руку:

— Ну, будем знакомы?..

— Так мы вроде знакомы? — он засмеялся, вскинул брови.

— Там было еще не знакомство. Так, предисловие. Сергей! Погоняло — Боец.

— А! Так это ты? Я слыхал краем уха. Ты это, с юга откуда-то, типа Кисловодска?..

— Недалеко, — я усмехнулся. — Ростов-на-Дону. Ну, поехали!

— Куда? Для начала — приодеться. Где у вас магазин одежды хороший?.. А то я в таком шмоте народ буду пугать.

Через час, в элегантном сером в темную полоску костюме, в рубашке-галстуке, черных лаковых туфлях, я повторно уселся в «семерку». Ильдар присвистнул:

— Ничего себе! Как денди лондонский одет… Куда теперь прем?

— Теперь в Комитет по делам молодожи и спорта. Знаешь такой?

— А то! Бывал, как же… К Ибрагимычу, поди?

Я взглянул на бумажку: точно, Айдар Ибрагимович, начальник отдела.

— Ты его знаешь?

— Ну так, пасется у нас на прикорме. Шефа нашего корефан давний какой-то…

Тут парень осекся, сообразив, что по простоте душевной пустился болтать лишнего, но я снисходительно хлопнул его по плечу:

— Не бойся, брат, могила! Едем к Ибрагимычу.

…Начальник отдела оказался на месте — шустрый худощавый живчик среднего роста, весь такой улыбчивый, доброжелательный, душа нараспашку, но с неуловимым взглядом — невозможно посмотреть ему в глаза, они все время бегают. Словом, типичный чиновник среднего уровня, четко знающий расклады и не претендующий играть в большие игры, но на мелкой воде не упускающий ни одного случая хапануть подвернувшуюся рыбешку:

— От Антоныча? Ну, тогда здорово! — он с размаху закрепил рукопожатие. — А что сам не приехал?

— Дел много.

— Ну-ну…

С первого взгляда он смекнул, что надо с глазу на глаз, а в кабинете за столами усердно трудились трое его подчиненных.

— Айда в буфет! Как раз время чайку перехватить.

В буфете мы взяли чай-пирожки-прочую чепуху, отошли за дальний «стоячий» столик.

— Ну? — Ибрагимыч подмигнул, усмехаясь. — Шеф твой просто так гонца засылать не будет. Слушаю!

Я постарался описать суть дела как можно короче и четче, отметив при этом, что постепенно превращаюсь в переговорщика, осваивая умение говорить именно так. Начальник отдела слушал, я видел, что он стремительно хватает все на лету, и даже глаза у него перестали бегать, правда, он полуприкрыл их веками и уткнул взгляд в стол. Шестым чувством я угадал, какие мысли сейчас разбирают его: конечно, он вмиг смекнул, какие перспективы здесь могут быть, и как лично он смог бы здесь поживиться… и при этом чиновничий опыт предупреждающе сигналил ему, что здесь и сейчас из перспективной затеи ничего не выйдет.

Примерно так он и сказал:

— Ага… Ты знаешь, я вот так и вижу, как лет через пять-шесть будет бум вот этого спорта, о чем ты говоришь. Тогда-то все сообразят, какие тут бабки закрутятся, как руки греть… Но это через пять лет. А сейчас…

Он скорчил гримасу и отрицательно покачал головой.

— Не возьмутся наши, — сказал он, разумея Спорткомитет. — Вот так сунься к ним сейчас — начнется: да что это за спорт такой! Это драка!.. Бить лежачего!.. Да это ужас ужасный! А какой пример детям?! А если несчастный случай, кто будет отвечать?.. Ну и так далее.

— Вот это, наверное, самый главный страх — кто будет отвечать!.. — рассмеялся я.

— Ну а как же иначе, — как-то странно, отрешенно произнес чиновник, и в лице мелькнула тень чего-то давнего, видать, было в жизни такое, когда его сделали крайним в неприятной ситуации… — Тут никто рискнуть не захочет. А пройдет пять лет, вот услышишь, те же самые типы совсем другое запоют.

— Может быть, — пожал плечами я. — Да мне-то нужно не через пять лет, а сейчас…

— Понимаю, — вздохнул он. — Но помочь не могу. Скажу прямо: я с этим делом к начальству не сунусь. Себе дороже выйдет.

Он развел руками. Похоже, я на него произвел благоприятное впечатление, да и он мне понравился, почему нет: толковый, деловой мужик, соображает быстро, мне такие импонируют. А жуликоватый он, в общем-то, безвредно: если у кого отщипывает, то у богатеев и коррупционеров, таких слегка обнести не грех.

— Слушай! — внезапно сказал он. — А вы попробуйте обходные пути, Антоныч их знает…

— Я теперь тоже, — усмехнулся я. — От него.

— А, ну тогда удачи! Да и я пойду, а то, гляди, начальство потеряет, потом нытье дня на два будет… Бывай