Серобабин С. Расходники 1-1 - Неизвестно

Вообще, под утренним солнцем город производил более приятное впечатление. Кажется, даже меньше воняло. Народу на улицах было заметно больше, бегали суетились по своим делам. Раздать им каждому по мобиле и ни чем не отличишь от жителей двадцать первого века. Только мода на бороды несколько смущала. Большинство попадавшихся мужиков имели на лице густую растительность. Но порадовали женщины, все как на подбор длинноволосые блондинки, от светло-русых, до почти белых. Темненькие и рыженькие тоже попадались, но в незначительном количестве. Красота, однако.

Так незаметно подошли к каменному замку. В близи он производил еще более жалкое впечатление. Понятно, почему от него даже следов не осталось. Был построен крайне не удачно, как с военной, так и с чисто инженерной точки зрения. Реконструкция проведенная в начале века особо не помогла. Только расширила территорию, но ляпы не исправила. Интересно, а какой баран придумал строить квадратные башни? Или здесь с осадными орудиями напряженка? Памятник архитектуры, блин. Не удивительно, что его будут постоянно перестраивать еще триста лет. Вон, военный тоже скептически разглядывает, уже небось определил места и для штурма и для обороны. И пришел к неутешительным выводам. С другой стороны, у мужиков строивших псковскую крепость, это безобразие стояло перед глазами. Знали как не надо делать и сделали толково. Причем на столько, что опередили свое время на столетия вперед.

Святая София откровенно порадовала, все как в справочнике, классическая школа. Только золотого купола нет, в место него традиционные для этого времени тонкие свинцовые пластины. Толстые стены, маленькие окна, народ уже научился рассчитывать нагрузки, но материалы еще не те. Кладки не видно, стены оштукатурены известковым раствором перемешанным с кирпичной крошкой и побелены. Не очень удачное решение, раствор хоть и вязкий, но мягкий, а вообще, чего это он на предков бочку катит, откуда у них может быть другой? Как говориться, чем богаты.

Олег прикоснулся к стене. Это здание с простыми лаконичными формами, но в тоже время монументальное и величественное, ассиметричное, но все же гармоничное, вызывало внутри чувство какой-то теплоты. Словно рядом с тобой вовсе не мертвый камень, а живое существо. Впервые он испытал похожее чувство, еще в детстве, когда с экскурсией посетил Покрова на Нерли. Тогда он понял, что станет только строителем и ни кем иным. За свою не долгую карьеру, он успел поучаствовать во многих проектах. Довелось даже построить храм, самая простая работа, бетонная коробка обложенная кирпичом. Оборжаться, состряпали за сезон. Были действительно сложные работы, стоившие чудовищную кучу денег. Люди построившие Софию, наверное и не смогли бы даже представить такие числа, а от одного вида шагающего экскаватора лишились бы разума. Но вот ведь ирония, все что строил Олег, было просто бабло превращенное в структурированные бетон и сталь. Пусть при их расчете мощнейшая машина проектного отдела чуть ли не дымилась, а народ терял дар речи от одного их внешнего вида. Но вот чувства теплоты и радости они не вызывали. Может быть потому, что все построенное было не для людей, а исключительно для зарабатывания денег. Даже храм. В особенности храм! И он сам, только зарабатывал деньги. Детские мечты, сделать нечто достойное, что будет радовать всех много и много лет, даже когда имена архитекторов и строителей невозможно будет отыскать ни в одном архиве, не то чтобы исчезли, просто стали какими-то слишком наивными, пафосными и экономическими неоправданными. Были спрятаны в самые дальние уголки памяти и никогда не извлекались оттуда, дабы не сделаться посмешищем, в глазах окружающих, поступающих всегда разумно и экономически оправдано.

К реальности вернул подполковник, предложивший продолжить экскурсию. Вскоре на левом берегу она была закончена и Вторак повел их к пешеходному мосту через Волхов. Первое впечатление полностью подтвердилось. Исключительно в целях общественной безопасности, требовалось немедленно запретить эксплуатацию данного сооружения. Интересно, его всегда сносит во время ледохода? Действительность оказалась несколько иначе. По словам Вторака, предыдущий мост действительно уплыл к Ладоге четыре года назад. Но теперешний построили крепко и повторять судьбу предшественника он пока не собирался.

На правом берегу город был чуть меньше, но деловой активности здесь было больше. Здесь был торг. Вторак говорил об этом с придыханием и уверял, что этот торг если чуть меньше Билярского, то уж ни как не меньше Киевского, а уж на закате, в смысле в Европе, такого точно не найти. Подполковник сразу внес ясность, то что сейчас предстанет перед ними, будет напоминать вьетнамский рынок. Где можно купить как оптом, так и в розницу. А про Биляр, их приятель скорей всего преувеличил. В их мире Биляр сейчас один из крупнейших городов мира, а что в Европе он второй после Константинополя, даже не обсуждается. Весь Новгород может сойти разве что за один из его районов. (4)

Где находился сей славный город в их мире, Олег не имел ни малейшего понятия. А здесь и подавно. Но про торг военный сказал совершенно точно, барахолка. Практически один в один, но с одним принципиальным отличием, судя по внешнему виду продавцов, иметь палатку здесь было престижно. Хозяева ни чуть не напоминали замордованных тяжелой работой вьетнамцев в потертых кожаных куртках и в трениках с оттянутыми коленями. Побродив по рядам, послушав разговоры, Олег понял, первоначальное впечатление было обманчиво. Торг представлял собой нечто среднее между провинциальным рынком и биржей. Сделки были самые разные, начиная от покупки пирожка и кончая поставочными фьючерсами на годы вперед. Вторак оказался здесь своим человеком, раскланивался со знакомыми, с некоторыми останавливался перекинуться парой слов. Другие, зазывали на пару рюмок чая, но всем вежливо отказывал, ссылаясь на необходимость выгуливания гостей.

Судя по заговорщицкому виду Вторака, настало время главного блюда. Мужик собирался показать нечто, что по его мнению должно вызвать у них прямо - таки щенячью радость. Надо признать, удивил. Рядом с торгом располагалось внушительное здание, вход в которое был свободным. Свет проникавший сквозь люки в крыше освещал … бойцовскую арену. Причем в том виде, как она существовала в их мире. Ринг по центру, по сторонам лавки со зрителями, на подобие амфитеатра. Между зрителями сновали торговцы с напитками и закуской. Там же располагались самодельные столики за которыми восседали граждане с откровенно криминальными рожами. А по всему залу валялся результат их труда в виде кусочков бересты с нацарапанными каракулями. Судя по выражению лица подполковника, для него существование подобного места стало, мягко говоря новостью неожиданной.

- Охренеть не встать, ни кто и представить не мог. Читал я про популярность кулачных боев на русском севере. Но чтоб с Колизеем и тотализатором, просто обалдеть.

Пока любитель истории раскрыв рот наблюдал за происходящим, у Олега начал прорисовываться план, как не много заработать. Для начала необходимо было осмотреться по внимательней. Забравшись со Втораком в самый дальний угол, он начал его допрос с пристрастием.

Расклад оказался довольно простым. Кулачные бои здесь любили всегда. А некий боярин Волк, любил не только бои, но и деньги. Был он человек с амбициями, гражданин состоятельный, но до олигарха новгородского разлива не дотягивавший. Все искал способ пролезть в местную элиту, но как-то не складывалось. Ну не получалось, не смотря на все потуги. И грозное имечко не помогало. Он то и взялся придать налет респектабельности людской забаве, ну и срубить копеечку, в смысле векшу. Купил землю в городе, построил ристалище, и пошло поехало. Сейчас, процветающим заведением владел уже его внук. Назвали его в честь деда и деловой хватки с энергией было ему не занимать. Плюнул на политические амбиции предков, сосредоточившись на создание свей финансовой империи. Вторак говорил, что получалось пока не плохо.

Участвовать в боях мог любой желающий, с одним ограничением. Нужно было положить на кон хоть что-то. Победитель забирал все. Сильные бойцы часто заманивали новичков, намеренно предлагая положить на кон меньшую сумму. Делать ставки можно было в конторе хозяина заведения, или у других букмекеров. Когда Олег поинтересовался, как хозяин терпит на своей территории конкурентов, оказалось, что те аналогично, люди серьезные и в обиду себя не дадут. А запретить нельзя, чай не франки и не германцы, словене, люди свободные.

Ставить против себя понятное дело запрещалось. За сдачу боя могли и голову открутить. Короче все было до боли знакомо. Быть им сегодня в прибыли. Благо человек научивший Олега уму - разуму, такие гешефты прокручивал, уму не постижимо.

Очень вовремя подошел Алексей, смотря на его хитрую рожу, можно сделать вывод, мысли у них двигались в одинаковом направлении. Первые его слова сие подтвердили.