Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

– Злой ты, Костя, – тихо проговорила Вероника. – Несправедливый и завистливый.

– Станешь тут справедливым, если никакой тебе свободы не дают.

– Ради твоей же пользы. Дай тебе свободу – уже привёл бы бандитов.

– Ни фига не привёл бы, – окрысился ботаник. – Я не хуже его умею форс держать.

– Форс держать ты можешь, – согласился Вениамин Витальевич, – да делать ничего толком не умеешь, не из того места голова и руки выросли.

– У вас из того.

– Прекрати! – рассердилась девушка. – Как ты с профессором разговариваешь? Никуда ходить не велено. Ещё ночь не кончилась. Максим вернётся, тогда и обратишься к нему.

– Ты уверена, что он вернётся? А может, он давно сбежал подальше отсюда.

– Да как ты смеешь?! Замолчи!

– Ты мне не указ.

Максим поднял вверх кулак, чтобы напарник увидел жест, и неслышимой струёй воздуха облетел корпус аппарата, появляясь перед собеседниками.

– Ох! – попятился Костя, спотыкаясь и приземляясь на пятую точку.

– Куда-то собрался?

– Отлить! – с вызовом бросил молодой человек.

– Он хотел взрезать один «баобаб» и попробовать его сок, – хмуро сказал Вениамин Витальевич, единственный, кто так и не переоделся в инопланетную одежду.

– У нас же есть вода.

– До реки полкилометра топать, – сказал Костя, поднимаясь. – А если там бандиты в засаде сидят?

В шаге от него возник полупрозрачный силуэт, превратился в человека в сетчато-пятнистом комбинезоне и шлеме.

Костя снова испуганно отшатнулся, но устоял.

Вероника вскочила.

Вениамин Витальевич остался на месте, видя, что гарант безопасности отряда не берётся за оружие.

Редошкин откинул забрало шлема.

– Привет, орёлики! Ответственно заявляю: бандиты остались на своей хазе, их численность сократилась.

– Кто это?! – округлила глаза Вероника.

– Знакомьтесь, – сказал Максим. – Лейтенант Егорий Редошкин.

– Можно просто Жора, – шаркнул ногой боец.

– Как он здесь оказался? – спросил археолог.

– Так же, как и все мы. Похоже, группу разбросало по лесу, а рации почему-то не работают. Будем искать друг друга. Шансы на освобождение остальных пленников увеличатся ещё больше. Дом, это Вероника, Костя и профессор Маркин Вениамин Витальевич.

– Очень приятно, – вежливо сказал Редошкин.

– Есть хочешь? – спросил у него Максим.

Редошкин сделал глотательное движение.

– Было бы неплохо, хотя у меня ещё остались две палеты говядины. Воду я в реке набрал. – Редошкин коснулся висевшей на поясе фляги. – А вчера наткнулся на малинник, наелся до отвала.

– Точно малинник, не земляничник?

– Не, малина – во! – Лейтенант показал кулак. – Я такой никогда не видел! И вкусная.

– Мы нашли земляничник, – сказала Вероника, – и тоже с очень большими ягодами. Одной наесться можно.

– Не преувеличивай, – проговорил Вениамин Витальевич.

– Значит, мы попали в рай, – хохотнул Редошкин. – Обратили внимание, что здесь нет ни комаров, ни гнуса?

– Обратили, – пришёл в себя Костя. – Здесь не только комаров нет, но и птиц, и рыб. Очень странная экология, если не сказать больше. Непонятно, как они размножаются.

– Кто?

– Деревья, кустарники, трава. Пока что мы не встретили лугов, а в лесу цветов не видать, что тоже странно. Я бы давно уложил все факты в систему, да он не даёт. – Костя мотнул головой на Максима.

– Всё не так просто, – сказал Максим в ответ на взгляд лейтенанта. – Пока у нас под боком орудует банда чернокожих беспредельщиков, исследовать лес опасно.

– Да что тут опасного! – возмутился ботаник. – Я не собираюсь возвращаться в лагерь.

– Вот-вот, ему всё нипочём, – буркнул Вениамин Витальевич. – Анархистом вырос, никого не слушает, только себя.

– Ладно, закрыли тему, – сказал Максим. – Сейчас готовим завтрак, грибы ещё остались, всем хватит, потом обсудим положение и составим план действий.

– Вы грибами питаетесь? – удивился Редошкин.

– Вчера ужинали, вкусно, – сообщила Вероника.

– Я побоялся попробовать, хотя встречал не раз.

– Пойду переоденусь, – сказал Максим. – Не хочешь снять с себя эту халабуду? Наверно, ни разу не снимал?

– Мылся в реке, так ведь переодёжку мы с собой не брали.

– Здесь всё есть, идём. К тому же надо беречь энергоресурс, аккумуляторы сядут, и наши «Хамелеоны» превратятся в обычные комбезы. Вениамин Витальевич, сможете ещё раз сходить за водой?

– Надо – сходим.

– Берите котелок.

Костя глянул на археолога недовольно, однако спорить не решился.

Мужчины взяли давешний «котелок» и ушли.

– А ты подготовь костёр, но пока не разжигай, – попросил Максим Веронику.

– Ой, конечно, сделаю, – оживилась девушка.

Максим увёл соратника в аппарат, показал отсек с «вещевым складом». Тут же переоделся сам в свой прежний «интуристский» костюм.

Редошкин копался в стенных сотовых шкафчиках недолго. Выбрал такие же коричневые штаны, что и Максим, полосатую чёрно-жёлтую «футболку» и пузырчатую «безрукавку», превратившую его в огромное насекомое без крыльев. Вылезли из ракеты. Редошкин поднял руки вверх перед сидящей на корточках девушкой.

– Как я тебе?

Она перестала хлопотать у кострища, вскочила, прыснула, зажала рот ладошкой.

– Извините.

– Что, такой страшный? – засмеялся лейтенант.

– Жужелица, – прокомментировал Максим.

– Вы не страшный, вы смешной, – призналась Вероника.

Редошкин не обиделся.

– Зато нигде не жмёт и материал мягкий. Удивительно, что в этом драндулете обнаружился запас одежды.

– У нас родилась идея, что ракета принадлежала каким-то космическим торговцам или контрабандистам. Причём похожим на людей.

– Может, это какие-нибудь азиаты?

– Нет, по многим признакам аппарат сконструирован не на Земле, хотя и похож на ракету, созданную инженером Лосем из романа «Аэлита». Заклёпки, рычаги, форма кресел, всё такое прочее. К тому же и ноги у пилотов были не человеческими, скорее всего. Мерил обувь?

– Нет, я свои берцы ни на что не променяю.

– Ну вот.

– Значит, здесь есть цивилизация?

– Не уверен, пока что ракета – единственный технологический объект в Заповеднике. Больше мы никого не видели и не встречали.

– В заповеднике?

– Мы пришли к выводу, что лес является заповедником невиданных масштабов. А роль опылителей, кстати, о чём заговорил наш многоуважаемый ботаник, заменяют здесь бабочки, пчёлы и муравьи. Не совсем бабочки, если приглядеться, и не совсем муравьи, но похожи.

– Я видел муравейник. Только слепили его не муравьи или термиты, а огромные многоножки.

– Вот-вот, муравьи здесь имеют именно такой вид. Мы в другом мире, Жора, но где точно, сказать невозможно. В Солнечной системе, насколько я знаю материал, таких планет и лесов нет.

– Расскажу своим братьям и друзьям – не поверят.

– До этого ещё дожить надо.

Редошкин оглянулся на тушу ракетного корабля в форме яйца.

– Да-а! Шизануться можно! Командир, ты хорошо осматривал эту посудину?

– А что?

– Может, там ещё чего полезного немало.

– Пошарь, если есть желание, только кнопки не нажимай и за рычаги не дёргай.

– Единственный рычаг, за который я дёргаю, – это курок винтаря. – Редошкин скрылся в аппарате.

Стало светать.

Максим с Вероникой распалили костёр.

Вернулись водоносы.

– Никого не видели? – встретил их вопросом Максим.