Питер Пэн и Ловцы звёзд - Дэйв Барри

Черный Ус быстрым шагом двинулся к цепочке следов, которую он заметил с палубы «Веселого Роджера», а за ним последовали остальные.

— Вот они, — сказал Черный Ус. — Сми! Что ты об этом думаешь?

Пыхтя, Сми подошел поближе и всмотрелся в песок:

— Это следы.

— Я знаю, что это следы! — рявкнул Черный Ус. — Что между следами?.

— А! — прищурился Сми. — Тут что-то тащили.

— Отлично, мистер Сми, — похвалил его Черный Ус. — А много ли весило то, что тут тащили?

— Да немало, — решил Сми. — Тяжелое что-то.

— Да, тяжелое. — Черный Ус улыбнулся, и его усы с закрученными кончиками поднялись вместе с уголками губ. — Тяжелое, как сундук.

— Сундук! — воскликнул Сми. А потом, после короткой паузы, добавил: — Слушайте, капитан, неужто вы ищете сундук?

— Конечно, ищу, кретин ты безмозглый! — заорал Черный Ус. — Именно из-за сундука мы и явились на этот чертов остров!

А затем, внезапно успокоившись, он повернулся к пиратам:

— Похоже, ребята, нам придется прогуляться по джунглям.

— Очень уж они густые, капитан, — нерешительно произнес один из пиратов. — Там небось полно змей, которые только и ждут, как бы вцепиться нам в ноги.

— Превосходно! — заметил Черный Ус. — Именно поэтому ты и пойдешь первым.

У пирата вытянулось лицо, но возразить он не посмел.

— Ну, — произнес Черный Ус, посмотрев на другого пирата и указывая на следы. — Сколько, по-твоему, тут прошло народу?

Пират опустился на одно колено и внимательно осмотрел песок.

— Очень уж тут напутано. Может, двое. Может, четверо. И… — он повернулся и показал на следы, оставленные пиратами, — я бы сказал, что они весят вдвое меньше любого из нас, капитан. Я бы сказал, это дети.

— Дети… — протянул Черный Ус. Лицо его потемнело. — Этот треклятый мальчишка!

— Но, капитан, — встрял Сми, — я не понимаю, как… Во время бури…

— Это он! — громыхнул Черный Ус. — Он и та его девчонка! Они на этом острове!

— Так точно, капитан, — согласился Сми.

Черный Ус указал на пирата, которого назначил приманкой для змей.

— Давай пошевеливайся, — сказал он, махнув рукой в сторону джунглей. — Нам надо отыскать сундук. И прикончить мальчишку.

ГЛАВА 38

Превращение

В лагуне рыбы продолжали парить в толще воды. Их было девять, все — самки, и на протяжении многих часов они не двигались, лишь едва шевелили плавниками — ровно настолько, чтобы преодолевать действие прилива и отлива и оставаться в воде, сияющей золотисто-зеленым светом.

Они не двигались, но изменялись. И изменялись быстро. У них по-прежнему были хвосты, но теперь хвосты эти удлинились и стали более изящными. Их тела сузились посередине и из зеленых и чешуйчатых превратились в белые и гладкие. Такая же белая и гладкая передняя часть туловища стала больше. Голову теперь отделяла от туловища стройная шея. Глаза, сначала сидевшие на противоположных сторонах головы, теперь сблизились. Рот уменьшился, по обеим сторонам головы выросли уши.

Спинной плавник сжался и втянулся в тело, а грудные плавники вытянулись, и на концах у них появились пальцы.

Эти существа не были людьми. Их тела были поразительно белыми, а огромные сияющие глаза прямо-таки светились.

Нет, они не были людьми. Но они больше не были и рыбами.

И с каждым мгновением в их телах становилось все меньше рыбьего, как и в мозгах. Теперь они «думали», а не только подчинялись примитивным инстинктам — двигайся, ешь, дерись, беги. Теперь их мысли стали более сложными. Они начали осознавать себя. И постепенно эти мысли все больше сосредоточивались на причине их невиданного преображения.

Они думали о сундуке.

ГЛАВА 39

Бегство

Малыш Дик был по уши в молоке, а корова отнюдь не лучилась счастьем. Но железная дверь карцера распахнулась.

— Неплохо сработано, — заметил Сланк.

— В следующий раз доить корову будете сами. — Малыш Дик вытер руки о штаны.

Сланк бесшумно двинулся прочь из камеры. В нескольких ярдах от нее находилась другая камера. В ней лежала похрапывающая миссис Бамбрейк. Сланк едва взглянул в ее сторону, пока вел Малыша Дика мимо корабельных припасов. Они вошли в узкий коридор. Малыш с его массивной тушей задевал за стены боками. Затем они поднялись по трапу, который вел на камбуз «Веселого Роджера».

Корабельный кок не увидел их приближения. Он заметил их лишь тогда, когда Малыш Дик взял его за шиворот и небрежно швырнул вниз по трапу, словно мешок с мукой.

Избавившись от кока, вечно голодный Малыш Дик схватил буханку хлеба и откусил здоровенный кусок, едва поместившийся в рот. Сланк же тем временем занялся поисками оружия. Он взял несколько ножей, а Малышу Дику вручил тяжелую чугунную сковороду на длинной ручке.

Вооружившись таким образом, они направились к трапу. Сланк знал, теперь, когда Черного Уса нет, команда будет бить баклуши. Скорее всего, единственным, кто сейчас бодрствует, окажется впередсмотрящий.

— Ты отправляйся сразу к «вороньему гнезду», — шепотом велел он Малышу Дику. — Тресни тихонько вахтенного по голове.

Малыш Дик кивнул. Они высунулись из люка на свежий соленый воздух. Конечно же, пираты валялись на палубе кто где и дремали на солнышке.

Малыш Дик обогнул Сланка, с потрясающей для его габаритов ловкостью бесшумно добрался до главной мачты и принялся карабкаться по ней. Минуту спустя Сланк услышал глухой удар сковородкой. Теперь и впередсмотрящий отключился.

Сланк с помощью кухонного ножа отрезал несколько лент парусины и кусков веревки. Затем они с Малышом Диком занялись остальными членами команды: здоровяк зажимал своей ручищей рот спящему пирату и крепко держал за горло, пока Сланк быстро запихивал пирату кляп и связывал его. Потом они переходили к следующему.

Когда все пираты были обезврежены, Малыш Дик, которому захотелось поозорничать, повесил некоторых из них на гике, словно белье на просушку. Глаза пиратов горели яростью. Какое унижение! Их взяли в плен без боя на их же собственном корабле всего два человека! Но поделать они ничего не могли.

Пока Малыш Дик развешивал «белье», Сланк отыскал четыре пистолета и две сабли. Затем великан под угрюмыми взглядами пиратов в одиночку — обычно это делалось вчетвером — спустил шлюпку на воду с правого борта, так чтобы ее не видно было с острова.

Малыш Дик перебрался через поручни и спустился по веревке в шлюпку. Сланк собрался последовать его примеру. Но прежде чем начать спускаться, он дотронулся до висящего у него на груди золотого медальона. Потом обернулся к свирепо глядящим на него пиратам, послал им воздушный поцелуй и крикнул:

— Пока, красотки!

Повернувшись к ним спиной, он схватился за веревку и соскользнул в шлюпку. Малыш Дик уже сидел на веслах. Сланк оттолкнул шлюпку от корпуса корабля. Малыш Дик опустил весла в воду и сделал мощный гребок. Шлюпка полетела вперед. Сланк потрогал клинок сабли.

На большом пальце у него тут же появилась кровь.

«Хорошее оружие. Острое».

Когда они обогнули корму «Веселого Роджера», впереди показался остров. Баркас, на котором сюда приплыл Черный Ус, был вытащен на берег, но никого из пиратов не было видно.

— Греби прямо туда, — распорядился Сланк, положив руку на рукоять сабли. — Нам надо повидаться с мистером Черным Усом.

ГЛАВА 40

Плен

Оцепенев от ужаса, Джимми уставился на две ноги, очутившиеся прямо у него перед носом. Он никогда прежде не видел подобных ног — бронзовых от загара, мозолистых, с длинными, загнутыми желтыми ногтями. Эти ноги не принадлежали Альфу. Да и пиратам тоже.

«Дикари».

Несколько секунд, показавшихся ему целой вечностью, Джимми не отрывал взгляда от этих ног. Он был слишком напуган, чтобы поднять голову и посмотреть на их обладателей. Скованный страхом, он ждал, что дикари сделают с ним что-нибудь ужасное — разобьют ему голову дубинками, или проткнут его копьями, или…

Или похлопают его по плечу.

Джимми судорожно дернулся от этого прикосновения. Сверху послышалось фырканье.

«Они смеются».

Джимми медленно поднял голову. Две пары крепких ног. Две грязные набедренные повязки из какого-то лыка. Два мускулистых торса. И наконец, лица тех, кто захватил его в плен.

Это были молодые мужчины лет двадцати с небольшим, один чуть повыше другого. Их лица, обрамленные длинными до плеч блестящими черными волосами, были настолько похожи, что эти двое вполне могли оказаться братьями: у обоих высокие скулы, носы с горбинкой и темные, глубоко посаженные глаза.

У них и правда были при себе копья — темные древки с ярко-розовыми наконечниками, сделанными, судя по всему, из заточенных раковин. Но копья дикарей были опущены, и по их озадаченному виду Джимми понял, что они не собираются тыкать этими копьями в него.