Эдем 4 (СИ) - Афинский Владислав

От этого откровения Лансу стало лишь ещё тяжелее. Вот и всё, что удалось собрать. Кучка свежего мяса для развлечения Огненной Гвардии. Простые смертные с дешёвыми игрушками-артефактами, которые ни одного противника даже простудиться не заставят.

Наравне сражаться может только сам аристократ. Результат могут показать Орз Ширавра, наёмник от Одинокого Волка, может быть Офлея. Эльд Блостов слаб, но хотя бы от одного удара точно не ляжет, остальные же… Ланс уже знал, на что они рассчитывают. И ведь что самое грустное, всё ещё отряд состоял из двадцати трёх смертных. Одного не хватает.

— Выдвигаемся, — аристократ отдал приказ и направился на границу.

Совсем скоро показался горячий песок. И как только жар обдал лица гостей, сразу же поднялась мощная буря, закрывшая даже небеса и солнце. Через мгновение стихия успокоилась, прямо перед аристократом и его смертными появились те, с кем придётся сражаться. Двадцать три сильнейших воина Огненной Гвардии их сам Хозяин Песков, стоящий в центре.

Халсу’Алуби, казалось, закрывает собой солнце, взгляд его чуть ли буквально не разрезал кучку каких-то разношёрстных оборванцев. Чёрные как смола волосы и пылающее копьё в руках, от правителя Анхабари исходила мощь, от которой воздух раскалился. Союзники рядом с Лансом начали кашлять, шерсть Эльда подгорела, вовсю стучало храброе сердце дуэлиста, обнажившего клинки и предвкушая скорое прикосновение к истинному бессмертию.

Чтобы от собственного отряда осталось хоть что-то, аристократ тут же использовал свою магию. В руках материализовалось сверкающее оружие. Оно напоминало копьё Халсу’Алуби, ведь именно Хозяин Песков заложил основы для собственной техники боя талантливого ученика. Многое Ланс перенял у своего наставника, пусть и использовал гибрид магического посоха и копья.

Вместе с этим одновременно в мир явились и все артефакты. Поножи Литаса сливались с серебристой бронёй под ними, укрепляясь и принимая нужную форму. Артефакт, названный в честь первого мага земли Эдема, укрепил купленный доспех, после чего тени Кихариса под ногами изменились. Густой и горячий песок в миг стал камнем золотистого цвета, не один песчаный маг теперь не сможет спокойно использовать свои заклинания близ ауры аристократа.

Заиграло пламя ненависти в кровавом кристалле перстня на безымянном пальце правой руки. Сила Халсу’Алуби отступила, давая наконец-то вздохнуть союзникам позади. Прояснилась мутная поверхность и задули ветра, заставляя броню Офлеи светится небесной лазурью.

В несколько раз увеличился Эльд Блостов, собирающийся может не победить, но хотя бы поцарапать хоть кого-нибудь. Рядом буквально задрожал Орз Ширавра, артефакты которого превратили силуэт дуэлиста в размытое пятно, а ментальная проекция тёмного эльфа теперь и вовсе даже не отражалась в тенях Кихариса. Переместился к правому краю наёмник Одинокого Волка, тем самым без слов давая понять, где будет сражаться в полном окружении.

Солнце поднималось всё выше, а вместе с ним всё больше становился и сам Халсу’Алуби. Позади него уже поднялась новая буря, которая стремительно теснило кроткую магию Офлеи и чары перстня. В глазах врага читалась только злоба и даже бешенство. Драться с этим сбродом для лучших воинов Анхабари было откровенно стыдно. Столько времени дали на подготовку, а пришли… пришло это… Позор.

А затем Халсу’Алуби вышел вперёд, то же самое сделал и Ланс. Две ауры столкнулись, на середине, после чего оба лидера замерли.

От слепящего сияния солнца аристократ даже не мог увидеть лица Хозяина Песков, который продолжал становиться всё больше, пусть уже и не двигался. А затем мышцы на его смуглой руке пришли в движение, копьё слегка поднялось и ударилось в землю, призывая чудовищную бурю, где смешался разрывающий на чудовищной скорости латы песок и испепеляющий даже души огонь.

— Значит можно начинать, — прогремел голос Халсу’Алуби, от чего с гор Орта Миос сошли лавины.

Ланс собрал всю свою мощь, радуясь тому, что Хозяин Песков сам вышел вперёд, тем самым бросая вызов. Значит шансы на победу отнюдь не иллюзорные. Тени Кихариса вмиг сошли с ума. Позади уже попадали на колени наёмники, сразу же объявившие о сдачи, тоже сделали и дуэлисты, которые оказались не такими храбрыми как Орз Ширавра. Посланный Вульфом зверолюд-лис просто потерял сознание.

На ногах продолжали стоять лишь несколько смертных, продолжая смотреть на своих врагов, в глазах которых можно было увидеть именно тот неповторимым свет Палящего Солнца. Немногие могут похвастаться настоящим лицезрения сути слов народа Анхабари, ведь Огненная Гвардия показывает свою силу кому-то лишь единожды, зачастую предрекая тем самым смерть.

Но внезапно жар просто исчез, как утихла и буря, позволяя наконец-то понять, что вообще происходит вокруг. Лишь ионизированный воздух продолжал напрягать смертных, однако затем и вставшие дыбом волосы улеглись обратно, повинуясь воле мага с янтарными глазами.

И удивлению тех, кто не упал на колени, не было предела. Сам Халсу’Алуби казавшийся до этого Солнцем, вдруг превратился в простого и не очень большого человека. Затем ноги его подкосились, лёгкое дуновение ветра подняло песок и вовремя создало под правителем Анхабари стул. Затем прямо из песка собрался и стол со вторым стулом, давая понять Лансу, что его просят присесть напротив.

Сам же аристократ вдруг испытал бесконечный стыд из-за того, что в последний момент всё же посмел усомниться в разумности своего наставника.

Глава 18

Всё ещё все слабейшие продолжали стоять на коленях, а головы их уткнулись в горячий песок. Страх был слишком силён, чтобы поднять взор хотя бы до уровня щиколоток противников. Огненная Гвардия, конечно, состоит из сильнейших, однако ощущение безмерного величия и видимый свет Палящего Света на деле является лишь иллюзией, существуешь в головах слабовольных. Поэтому они никогда и не смогут рассказать того, что на самом деле произошло здесь.

Немного большей информацией буду обладать и остальные. Ведь смотреть в сторону Халсу’Алуби и Лансемалиона Бальмуара уже по вполне объективным причинам также не выходило, как и услышать хотя бы одно слово. Тени Кихариса перекрывались двойным магическим фоном, а происходящее в физическом пространстве накрыл мираж, позволяющий лишь ориентироваться на странные силуэты.

Хозяин Песков же спокойно сидел на своём стуле и со стеклянным глазами смотрел на пустой стол.

— И как так получилось? — внезапно произнёс наставник и легко стукнул копьём ещё раз: сразу же между двумя лидерами появилась игральная доска с фигурами. — Двадцать четыре фигуры с каждой стороны. Но ты привёл только двадцать трёх.

Одно усилие воли и одна фигура исчезает, рассыпавшись на золотые песчинки. На самом деле Халсу’Алуби мог бы убрать почти все фигуры, ведь большинство союзников сразу же сдались. Но делать этого он не стал. Может не обратил внимания на этот момент, а может ему хватило и того, что этот сброд не побежал прочь, сверкая пятками. Хотя дело тут не в храбрости, просто ужас парализовал большинство слабых смертных.

Также на столе появилась пара песочных часов, совсем крохотные, как раз для блица версии. Сразу же ход сделал Хозяин Песков, мгновенно передвинул фигуру и аристократ. Дебют стремительно разыгрывался, оба игрока знали, что им нужно сделать. Миллионы схожих партий пролетали в сознании, составлялись шаблоны и матрицы на случай тех или иных ходов. Каждый ход поле боя менялось, однако на краткий миг глаза обеих противников слегка тухли, ведь многие расклады повторялись. Эти же повторы служили мостами к воспоминаниям, связанными с другими играми, другим временем, другими целями. Песочные часы никто не трогал, ведь на ход тратилось меньше секунды.

Ланс лихорадочно думал, не только об партии, но и просто о происходящем. Ведь Халсу’Алуби совершенно ничего не объяснил. Что это вообще значит? Почему нельзя было всё это сделать в переписке или при личной встрече? Если бойни не будет, то какого извините хрена Хозяин Песков привёл сюда армию? Сошёл с ума, но лишь наполовину? Разве так бывает?