Люби меня нежно - Сандра Хилл

Какой нарцисс!

– Да, конечно.

– Я так полагаю… – Он смерил ее оценивающим взглядом, сводящим с ума.

– Да, ты правильно догадался, я не стану тереть тебе спину.

– Ай-ай-ай! – погрозив пальцем, сказал он. – Я как раз не это имел в виду.

«О, я не смогу сопротивляться его чарам, если он будет продолжать в таком же духе!»

– Я не присоединюсь к тебе в любом случае.

– Ай-ай-ай! – снова упрекнул он ее.

«Интересно, я сильно покраснела?»

– Я хотел только спросить, разогреты ли банные полотенца.

– Какие банные полотенца?

Он сменил тон и с искренним изумлением спросил:

– Там нет банных полотенец?

– Нет. Наоми боится, что мы убежим, спустившись на полотенцах, поэтому оставила только бумажные, – деловито сообщила Синтия.

– Наоми сошла с ума. Если бы я мог, то даже голым отсюда убежал… из этого сумасшедшего дворца.

– Я ей так и сказала. Ну, в смысле, что принц лишен стыдливости. Я еще добавила, что принц бежал бы голым до Нью-Йорка, если бы от этого зависела судьба его компании.

– А ты сказала, что убежала бы со мной? – с веселым блеском в глазах спросил он ее. – Голая?

– Отстань!

Но она думала совсем о другом.

– У нас гости, – объявил Феррама позже днем.

Он высунулся из бокового окна, пытаясь рассмотреть, что творится перед входом в замок.

– Наверное, это один из рабочих, которых наняла Наоми, – лениво произнесла Синтия.

Она сидела на кровати, покрывая вторым слоем лака ногти на ногах. У нее был выбор: или вернуться к педикюру, или продолжать смотреть на обнаженный торс принца, что она и так делала последние восемь часов. Еще чуть-чуть, и ее гормональная система взорвется.

– Я так не думаю.

– Рабочие приходят все время – электрики, маляры, сантехники, садовники. Я думаю, она планирует большие реставрационные работы. Как только она получит свою долю от продажи акций, то начнет здесь ремонт, который тебе и не снился.

– Нет, это парень в черном «кадиллаке» за пятьдесят тысяч долларов.

– Как ты можешь увидеть его с такого расстояния?

– У меня очень хорошее зрение. Кроме того, не так уж сложно рассмотреть шикарную машину. Поверь мне, это не сантехник.

– Ха! Мало же ты знаешь о сантехниках. Ты знаешь, сколько стоит их работа в наши дни? У меня есть клиент со Стейтен-Айленда, у которого одно портфолио потянет больше чем на миллион, и все это он заработал на установке унитазов.

– Быстрее. Посмотри сама.

– Подожди. Мне надо закончить педикюр.

– Довольно! Твой педикюр сведет меня с ума.

Она посмотрела на него и увидела, что он говорит абсолютно серьезно.

В его взгляде она заметила страсть. Он облизнул губы кончиком языка. Аристократические крылья его носа раздувались в такт учащенному дыханию. Она с ужасом заметила, что трилистники на его трусах пришли в движение.

Она молча отложила в сторону лак и спрыгнула с кровати. Он не отрывал от нее взгляда – в его темно-синих глазах она заметила пламя. Он был опасен, как разъяренный леопард.

Подойдя, она сказала:

– Педикюр приводит тебя в такое состояние? Ты извращенец?

– Может быть… Представь себе темную спальню, на кровати лежат мужчина и женщина. Не видно ничего, кроме десяти ярко-розовых светлячков, творящих чудеса.

Ей не надо было говорить дважды. Она легко представила эту картину.

– Ты все-таки извращенец.

Она попыталась сгладить неловкий момент смехом, но из горла вырвался лишь жалкий писк.

Он улыбнулся, зная, как она бесится при виде его самодовольной улыбки. Он мечтал о том, что сможет овладеть ею без всякого сопротивления, стоит только щелкнуть пальцами. Но она умела осадить даже принца.

– Может, ваше высочество хочет, чтобы я и ему сделала маникюр? – мило спросила она.

Он часто заморгал, потом в его взгляде появилось любопытство.

– Розовым лаком? Не в этой жизни.

– О, разве ты не знаешь, что сейчас выпускают и прозрачный лак, светящийся в темноте!

Она выразительно посмотрела на его ногти, покрытые слоем прозрачного лака. Она до сих пор не могла прийти в себя от мысли, что он делает маникюр, хотя встречала многих мужчин с такими же привычками.

Он ничего не ответил, лишь снова растянул губы в ленивой сексуальной улыбке, полной многозначительных обещаний.

Она переступила с ноги на ногу, сознавая, что накал страсти достигает высшей точки. Элвис словно подпевал им: «Люблю тебя». Она ощущала, что ситуация стремительно выходит из-под контроля.

– И что же ты хотел мне показать? – раздраженно спросила она.

Он заколебался, словно боялся нарушить очарование момента. Затем обнял ее за плечи и развернул к окну. Синтия попыталась не обращать внимания на столь интимный жест, как и на запах мускусного масла. Когда сердце немного успокоило свой безумный бег, она посмотрела в окно и увидела довольно странную картину.

Мужчина в темном костюме, очевидно водитель, вынырнул из машины и открыл дверцу перед пассажиром, который тоже оказался мужчиной в темном костюме. Собаки готовы были сорваться с цепи и лаяли до хрипа. Элмер сажал их на цепь днем, чтобы освободить на ночь, считая, что лучших сторожей не найти. Одно из животных уже почти дорвалось до брюк водителя. К ужасу Синтии, мужчина спокойно вытащил пистолет и выстрелил в воздух. На мгновение воцарилась тишина, но потом псы словно обезумели и начали лаять с новой силой. Синтия вскрикнула. Феррама закричал:

– Эй, нельзя же так!

Но их никто не слышал. Их отделяло от мира по меньшей мере двести футов и шесть этажей, не говоря уже об искусственных банановых деревьях.

Наоми выскочила из замка. Без сомнения, она насылала на их головы самые отборные проклятия. Как хорошо, что Элмер и Рут отправились за покупками. Элмер бы не пережил, если бы увидел, что какой-то незнакомец целится в его драгоценных собачек.

Чудесным образом с заднего сиденья машины вдруг появился еще один человек в черном костюме, и все повернулись в его сторону. Он, наверное, весил не меньше трехсот фунтов. У него была лысая, блестевшая на солнце голова, а на массивных плечах покоилась змея. Он протянул пухлую руку, к их изумлению, Наоми радостно ответила на приветствие.

– Сэмми Капуто по кличке Змей, – в один голос произнесли Феррама и Синтия, узнав зловещую фигуру. – Это мафия!

Глава восьмая

– Мафия! – с издевкой повторила Наоми спустя какое-то время. Она стояла в холле, где принц не мог до нее дотянуться, хотя готов был на все, лишь бы добраться до ее шеи и свернуть ее, как цыпленку. Вдруг он заметил, что его вконец обезумевшая сестрица целится ему в живот, поэтому решил не рисковать и отложить исполнение своих планов на более благоприятное время.