Царская сабля - Александр Прозоров

Однако к перерасходу государственных средств это нарушение не вело и потому в компетенцию аудитора Счетной палаты не входило. Да и наказания за подобные нарушения обычно ограничиваются штрафами. Это ведь не уголовщина, а так – мелкая шалость на местном уровне.

Полина вечером отзвонилась сама. Сказала, что нашла монастырские учетные книги и даже записи принятых товаров, однако увязать расходы и поступления, связанные именно с Леонтьевым, оказалось невозможно. Школы монастырь, разумеется, содержал. Но по расходным книгам выходило, что оплачивал он их из своей казны. Даже если какая-то договоренность у монахов с Басаргой и была, то в документах не отразилась. И какая именно из десятка школ для Евгения интереснее других – тоже непонятно.

– Да, вчера я забыла сказать, – спохватилась девушка. – Я ведь расписку Басарги и вторую его грамоту на телефон сняла. Если хотите, могу скинуть. Но расходные книги фотографировать не стала. Там слишком много всего, памяти не хватит.

– Да, это любопытно, – согласился Женя. – Давайте завтра во второй половине дня встретимся. Может, к этому времени хотя бы по мичману найдется что-то интересное? Тогда сразу весь материал и передадите.

– Хорошо, договорились. Завтра.

В понедельник Евгения Леонтьева прямо у проходной ждала целая делегация из трех солидных мужчин в костюмах и галстуках. Пока никто из них не успел сказать лишнего, Женя, даже не здороваясь, предупредил:

– Левый транспорт, судари, это не криминал. Криминал – когда нарушения по сортности и объемам выявляются. А с этим у порта вроде все чисто. Так что замеченные нарушения я в отчете отражу, но это не компетенция Счетной палаты.

Мужчины переглянулись, делая большие глаза, дергая бровями и беззвучно шевеля губами. Похоже, прямо по ходу встречи им понадобилось менять планы.

– Может быть, посидим, обсудим? – все же предложил один, потирая подбородок.

– Не нужно, – покачал головой аудитор. – Нет у вас такой необходимости. Лучше проявите принципиальность, прочитайте мое заключение, распишитесь, накажите виновных и устраните недостатки. Зачем нам всем лишние сложности?

Через два часа все было кончено. Начальник порта поставил свою подпись в ознакомительном листе с таким облегчением, что Женя даже засомневался: а не прошляпил ли он чего-то важного? Однако теперь менять что-либо, затевать новые проверки было уже поздно. А потому, уже без опаски выпив кофе, аудитор отправился в гостиницу собирать вещи. Он как раз сдавал ключи, когда в кармане зазвонил телефон:

– Евгений? Это Полина. Личного дела офицера Петра Косливцева тут в отделе нет. Но один документ, связанный с его именем, обнаружился. Не знаю только, интересен он вам или нет?

– Полина, а вы где? – повесил на плечо дорожную сумку Леонтьев. – Я как раз собирался пообедать перед дорогой. Давайте встретимся, посидим, перекусим. Вы мне передадите то, что нашли, и, не торопясь, расскажете все остальное. Откуда вас забрать?

Вскоре в кафе на набережной «Мальвина» в красивом, но не по сезону коротком синем платье поглощала фруктовый салат и с азартом рассказывала:

– Вы понимаете, никаких упоминаний о вашем мичмане в документах начала девятнадцатого века нет. Кроме одного: запись реестра о зачислении. Зато есть личное дело его прадеда, контр-адмирала Петра Косливцева, воевавшего в этом чине с турками на Черном море, а до того в чине капитан-лейтенанта командовавшего Кронштадтским рейдом. Видимо, оба они из одной династии военных моряков, и внука назвали в честь знаменитого деда. Но самое интересное: на то, старое, дело имеется запрос Вологодского архива. Сейчас среди многих богатых людей стало модно свои родословные восстанавливать, корни искать и все такое. И существует человек, который ищет предков Петра Косливцева, жившего в начале девятнадцатого века, его отца и деда. Понятно? А раз запрос пришел из Вологды, то и личное дело этого самого внука находится именно там!!!

Глаза девушки горели восторгом, словно у спаниеля, поймавшего кузнечика на клубничной грядке. Гордость раскусившего вековую загадку археолога буквально распирала ее изнутри, наливая румянцем щеки, расправляя плечи и задирая кверху подбородок.

– Вы большой молодец, Полина, – похвалил «Мальвину» Евгений. – Настоящий талант. У вас просто дар к исследовательской работе…

Как это нередко бывает с каждым человеком, говорил он собеседнице одно, но вот думал – совершенно другое.

Спортивная секция, школа, служба в армии приучили Женю к пониманию того факта, что мужчина не имеет права быть трусом. Да и первые годы работы в Счетной палате добавили упрямства в противостоянии любым попыткам давления. Поэтому, когда Леонтьева припугнули и потребовали забыть о странной школе, он не мог не пойти наперекор шантажистам. Он бы сам себя перестал уважать, если бы послушной овцой потрусил в указанном стволом направлении.

Разумеется, идиотом, чтобы лезть под пули, Евгений тоже не был и потому попытался вызнать все возможное о странном интернате окольными путями – не прямой заявкой на другие тома дела, которые ему теперь все равно не выдадут, а через архангельские архивы, через известные по делопроизводству имена, местные фонды. Но, похоже, здесь его ждал тупик.

Не пора ли признать, что он сделал все, что мог, и остановиться? Ведь теперь это будет уже не трусостью, а всего лишь признанием неприятной реальности. Вряд ли биография мичмана поможет ему в решении загадки. Женя ведь не родословную флотской династии восстанавливал, а рассчитывал найти дополнительные сведения о древнем интернате. Но шансов на это, похоже, не было.

Хотя, с другой стороны, если в руках осталась всего одна тоненькая ниточка, глупо ее отбрасывать. Пусть оборвется сама – и тогда его совесть точно будет чиста.

– Что с вами, Евгений? – Прикосновение пальцев девушки к руке заставило молодого человека вздрогнуть. – Вы вдруг погрустнели… Я что-то не то сказала?

– Я подумал о том, как найти это дело в Вологодском архиве, – поморщился аудитор. – Он ведь небось не меньше вашего.

– Категория личных дел, период девятнадцатого века, в алфавитном порядке или по разрядам судебных исков по наследным делам либо по исполнительным листам. Но тогда лучше предварительно свериться с каталогом. Либо попытаться найти номерное дело по исходящим запроса.

– Вот видите! – грустно рассмеялся Женя. – Чтобы найти нужную бумажку в бездне каталогов, нужно разбираться во всех тонкостях архивного дела и его систематизации. Со стороны это выглядит как темный лес, постороннему человеку никогда не разобраться. Вы смогли разгадать секрет всего за три дня, а я положил бы на него всю жизнь.