Царская сабля - Александр Прозоров

– Черт! – повторил Евгений уже без всякого чувства. Он начал понимать, что никаких шансов на успех у него больше не осталось.

– Но ведь с какой-то целью вы сюда приехали, молодой человек? – приободрила его женщина. – Скажите хоть что-нибудь!

– На самом деле, – раскаялся Женя Леонтьев, – мне хотелось узнать судьбу мичмана Петра Косливцева, который служил здесь в тысяча восемьсот двадцать втором году, судьбу школы архиепископа Афанасия и все, что у вас есть по теме Басарги.

– По теме кого? – не поняла женщина.

– Басарги Леонтьева. Так вышло, что я тоже Леонтьев. И коллега того самого. Вот и интересуюсь, какие следы в здешних местах оставил мой тезка.

– Ну, следы он оставил общеизвестные, – нахмурилась заведующая. – Но ведь это было пятьсот лет назад! Зачем вам это?

– Если честно, я и сам не знаю, – пожал плечами аудитор. – Можно сказать, такое у меня получилось хобби. Кто-то альпинизмом занимается, кто-то дайвингом. А мне интересно нырять в прошлое. Любопытство заедает. Такая профессия, что привык докапываться до самых мелочей. Документально подкрепленных фактов.

– Знаем мы вас, москвичей, – недоверчиво покачала головой женщина. – Небось биармский клад Курострова никак покоя не дает?

– Какой клад? – насторожился Женя Леонтьев.

– А вы разве про него не знаете? – нежно улыбнулась заведующая. – Тогда не стану забивать вам голову. Идите за стол в читальном зале, мы попытаемся вам помочь.

– Правда?! – не поверил своим ушам аудитор. – Перешерстите «миллионы единиц хранения»?

– Ваши вопросы, молодой человек, среди студентов самые популярные, – кивнула ему женщина. – И про Афанасия, и про Басаргу. Нынешняя молодежь больше по Интернету открытия неведомые пытается найти… Но есть, как ни странно, и такие, кто и сюда заглядывает. Не вас одного, видно, любопытство гложет. Про мичмана, правда, обещать ничего не стану. Вы идите, садитесь за стол. У нас тут одна новенькая на скуку все жаловалась. Как только освободится, я ее к вам подошлю. Пусть проявит свое образование.

– Она историк?

– Историки у нас обычно только проездом, молодой человек. Она библиотекарь. Шелгунова Полина Сергеевна. Ступайте, она к вам вскоре подойдет.

Читальный зал к концу пятницы был уже практически пуст – только молодая парочка сидела в дальнем от входа углу, больше интересуясь друг другом, нежели разложенными на столе книгами. Женя уселся ближе к окну, но насладиться видом заснеженной реки не успел – почти сразу, словно шла следом, рядом остановилась девушка и тихо поинтересовалась:

– Это вы прокурор из Следственного комитета? Меня прислала Алла Константиновна. Сказала, вы нуждаетесь в помощи специалиста.

Скучающей от однообразной работы «новенькой» оказалась светловолосая и круглолицая девушка лет двадцати с пронзительно-синими глазами и кукольно аккуратными носиком и губами. В общем – Мальвина Мальвиной из фильма про золотой ключик. И пахла точно так же, по-детски, – конфетами.

– Не прокурор, а ревизор, и не из Следственного комитета, а из Счетной палаты, – уточнил молодой человек. – А в остальном да, все правильно. Вы присаживайтесь, девушка, в ногах правды нет. Тем более что парой слов нам с вами обойтись не получится.

– В нашем архиве что-то не так? – Девушка придвинула свободный стул ближе к себе и села на него, прямо положив руки на стол. Ни дать ни взять – испуганная первоклассница.

– Нет, Полина, проверять я должен не архив, а порт… Можно вас Полиной называть? Меня, кстати, зовут Евгением.

– Да, меня здесь все так называют, – согласилась девушка. – Я привыкла.

– Как вы, Полина, относитесь к дополнительным заработкам?

– Что вы имеете в виду? – Библиотекарша вздрогнула и заметно покраснела.

– Не знаю, что вы подумали, – усмехнулся аудитор, – но я имел в виду чисто архивную работу… Или работу с архивами. Не знаю, как правильно?

– У нас государственное учреждение, – почти шепотом ответила девушка. – Мы все справки выдаем бесплатно.

– Я знаю, – кивнул Женя. – Но у меня возникли совершенно неожиданные проблемы. Мне как-то думалось, что здесь, в областном центре, весь архив занимает этак комнат сто. Самое большее – двести. Из них девяносто процентов с текучкой, комнат двадцать со всяким старьем и две – с документами, относящимися к Средневековью. И я в этих двух комнатках все нужное за пару часов быстренько найду. А оказалось, что у вас только Средневековья не одна сотня тысяч документов. Архивного дела я толком не знаю, с местными нюансами не знаком. Мне в этом море не меньше года барахтаться придется, прежде чем нужную отмель найду. У меня между тем помимо хобби еще и прямые обязанности есть. Я должен работу выполнить и самое позднее в середине вторника уехать.

– И чем я могу в этом помочь? – не поняла девушка.

– Сегодня пятница, Полина, – напомнил аудитор. – Впереди выходные. Я хочу попросить вас поработать по моему запросу завтра, в субботу, воскресенье и понедельник. Сверхурочные я компенсирую. Скажем, две тысячи за труд, еще две тысячи за найденные сведения, которых нет в Интернете, и еще две – если найдется что-то действительно важное и интересное.

– Что именно вы хотите найти, Евгений? – Прежде чем спросить, девушка колебалась с полминуты. Видимо, провинциальная привычка к бескорыстной помощи людям боролась с низменной корыстью долго и отчаянно. Но все-таки проиграла.

– Хороший вопрос, – усмехнулся аудитор. – Главная проблема как раз в том, что я сам не знаю, что именно ищу.

– Как так? – не поняла Полина.

– Да как это обычно бывает, – пожал плечами молодой человек. – Моя профессия состоит в том, чтобы искать в построенных объектах неизвестно что, специально от глаз проверяющих спрятанное. Здесь ситуация похожая. Я точно знаю, что тут, на Севере, уже много веков работает школа очень высокого уровня, которая со времен Средневековья готовит широко эрудированных высококлассных специалистов…

– Так это давно известно! – встрепенулась девушка, сдернув руки со стола и слегка наклонившись вперед. – У нас вон и Ломоносов родился, и Нартов, и Шубин, и Кулибин[18]. Все, кстати, из крестьян в великие ученые умом и образованием выбились.

– Я в курсе, – согласился Леонтьев. – Вот следы этой школы в истории я как раз и ищу. Моя проблема в том, что знаю я о ней очень мало, и сведения отрывочные. Прежде всего я знаю, что в тысяча восемьсот двадцать втором году ее инспектировал мичман Петр Косливцев по поручению архангельского губернатора. Поэтому мне бы очень хотелось узнать все возможное об этом человеке. Может статься, помимо своего отчета о ревизии он оставил об увиденном еще какие-то воспоминания? Во-вторых, я подозреваю, что со школой как-то связан Басарга Леонтьев. Точнее, есть данные, что со школой связан просто некий Басарга. Но, учитывая обстоятельства, вряд ли кто-то другой оставил в архивах столь заметный след. Возможно, этот чиновник ее как-то финансировал или проверял? В общем, хотелось бы узнать как можно больше деталей, связанных с этим человеком. Все упоминания, которые сохранились о нем в архивах. И, наконец, архиепископ Афанасий. Учитывая его бурную научную и хозяйственную деятельность, трудно поверить, чтобы он не касался образовательного вопроса. Может быть, одна из его школ и есть та самая, которую я ищу? Своя обсерватория, своя крупнейшая научная библиотека, преподаватели из числа известных ученых… Это очень похоже на то самое заведение, которое я ищу.