Судьба уральского изумруда - Алина Егорова

наиболее заметно. Пораскинув мозгами, новоявленный домушник выбрал для своего дебюта первую половину буднего дня. Осталось только дождаться, когда Алевтина куда-нибудь надолго уйдет, но она, как назло, в нужное время сидела дома. Он, как идиот, с утра пораньше по полдня торчал в сквере около дома сестры, а она и не думала никуда уходить. Игорь злился, его терпение заканчивалось. Еще и мать названивала, выспрашивала подробности и торопила – его затянувшаяся поездка влетела ей в копеечку. Он стал приходить на свой пост – в сквер, под вуаль раскидистых ясеней – все позже и позже.

И вот однажды, когда Игорь Потапов уже решил плюнуть на все и возвращаться в Ивангород, в последний день, около двенадцати, едва подойдя к своим ясеням, он увидел, как прочь от дома, торопясь со всех ног, удалялась сестра. Она несла плотно набитую большую сумку и нервно озиралась по сторонам. Игорь осторожно последовал за ней до угла с Лиговским, откуда с удивлением наблюдал, как Алевтина рванула к трамвайной остановке наперегонки с подходящим трамваем. «Поросячьи бега!» – подумал Игорь, сдерживая смех. Трамвай оказался быстрее Алевтины, но вагоновожатая великодушно подождала ее. Не веря своей удаче, Игорь устремился своим излюбленным быстрым шагом к дому сестры. Он давно изучил, как открыть запертую на электромагнитный замок калитку, и придумал, что скажет соседям по коммуналке, чтобы пустили в квартиру. Он родственник хозяйки комнаты! Паспорт может показать. По провинциальным понятиям Игоря родственники могут ходить друг другу в гости, как к себе домой. О том, что Алевтина заявит в полицию, Игорь не беспокоился. Во-первых, она не станет выносить сор из избы. Что о ней люди подумают? Заявила на брата, что зашел к ней домой. Брат, значит, вор? Тогда, получается, и сама одного с ним поля, семья-то одна. То-то же! Во-вторых, если он найдет у нее изумруд (на что Игорь очень надеялся), Алька будет помалкивать, потому что тогда самой придется расстаться с изумрудом, государство реквизирует. А так она хоть что-то с наследства получит, он не дебил, отсыплет ей деньжат на бедность, чтобы варежку не разевала.

На удивление высокая двустворчатая дверь квартиры Алевтины оказалась не запертой. Коммуналка она и есть – коммуналка, снисходительно подумал Игорь и тихо нырнул в темноту коридора, разбавленную тусклым пятном кухонного света. Когда глаза привыкли, он различил несколько дверей. За которой из них комната сестры, непонятно. Он рассчитывал, что нужную ему укажут соседи. Игорь прислушался. Тишина. Так даже лучше, приободрился новоиспеченный домушник и осторожно подергал ручку той, которая выглядела аккуратнее остальных. Дверь поддалась. «Ну, конечно же! Коммуналка!» – порадовался он, словно незапертые двери – данность всех коммунальных квартир, а он это упустил из виду.

Глаза Игоря сразу же остановились на приметном плаще Алевтины. Рядом висел цветастый зонт, который он видел у сестры. Что и требовалось доказать! – радостно отметил Игорь. Он почувствовал себя великим сыщиком и, чтобы не терять время, сразу приступил к поиску изумруда. Игорь знал, что все бабы прячут ценности в белье или в постели. Окинул взглядом полутораспальную кровать, брезгливо стащил с нее пушистое покрывало, отбросил подушку, скомкал одеяло, пошарил по всем углам. Нашел лишь несвежую пижаму.

С оскорбленной гримасой вытер кисти рук о свои мятые брюки и переключился на комод. Игорь больше не стал церемониться: резкими движениями один за другим он выдвинул ящики, вываливая их содержимое под ноги. Усеяв таким образом пол близкими телу хозяйки вещами, он опять ничего не нашел. Неудача лишь раззадорила воришку. В комнате был еще большой, уходящий в потолок шкаф-купе. Только Игорь к нему подошел, как дверца шкафа бесшумно откатилась. Игорь остолбенел: перед ним возникли двое крепких мужчин с отнюдь не приветливыми лицами.

– Здг’асте! – глупо произнес Игорь и попятился назад.

– Гражданин! Вы что-то здесь потеряли? – сурово остановил его тот, что повыше.

– Я?

– Да, вы. Предъявите документы!

– Но я… – замямлил незадачливый вор, – у меня с собой нет.

– В таком случае проедемте с нами!

Игорь в панике бросил взгляд на дверь. Бежать! – отразилась на его испуганной физиономии мысль.

– Дернешься – уделаю, как кенгуру. Локти будут до колен свисать! – разгадал его незамысловатый план второй.

– Но я ничего не сделал! – взвизгнул Игорь.

– Разберемся! – толкнул его в спину, задавая направление, тот, что повыше и, как показалось Игорю, главнее. – Сейчас без резких движений на выход, в машину и в отделение.

Игорь обреченно последовал, куда велели.

На улице он еще раз подумал, что надо бежать. Его сопровождающие словно обладали способностью читать мысли.

– Попытка к бегству – стреляю без предупреждения. По ногам. Это очень больно, – прошипели ему в затылок.

Игорь нисколько не сомневался, что так и будет. В юности он болтался с сомнительной компанией. Ничего серьезного, кроме мелких дворовых хулиганств, компания не делала, от чего постоянно имела разговоры с участковым. Но однажды кто-то что-то в их дворе украл, и тогда к делу подключился уголовный розыск, а эти ребята уже с ними, со шпаной, не нянчились. Их заводила – Витек, как обычно, стал выступать, и его отмутузили так, что он забыл, как звали.

Машина, в которую посадили Игоря, оказалась обычной, ничем не приметной «Шкодой», а не полицейским «уазиком» с решеткой, что Игоря порадовало. Они довольно быстро покинули центр и выбрались на кольцевую автодорогу.

– По кольцу быстг’ее. Меньше пг’обок, – нарушил молчание Игорь. Он решил наладить контакт со своими конвоирами.

– Не твоя забота! Сиди и помалкивай!

Игорь обиженно отвернулся. За тонированным окном мелькали указатели с названием улиц и проспектов города. Через какое-то время стали появляться названия населенных пунктов: Мурино, Бугры, Медовое… Игорь почуял неладное. Он нервно завертелся по сторонам и получил от сидящего рядом мужчины чувствительный тычок в бок.

– Ну! – рявкнул он на Игоря. – Ты что, тупой? Сиди, не дергайся! Тебе сказали!

– Куда мы едем?! Вы не имеете пг’ава! – заверещал Игорь и подскочил с места.

Ведущий машину что-то коротко приказал взглядом в зеркало заднего вида. Игорь не успел ничего сообразить, как его горло сдавила сильная рука, ко рту приставили бутылку с резко пахнущей жидкостью и стали вливать содержимое.

С раннего детства видевший запои отца, Игорь на дух не переносил спиртное. Свою лепту внесла и мать, измученная жизнью с алкоголиком. Зоя так часто внушала сыну, насколько отвратительно пьянство, что Игорь за всю свою жизнь выпил от силы бутылку пива, и то в подростковом возрасте. Водку же и прочие крепкие напитки он считал чем-то вроде зловонных помоев.

То, что ему в горло влили водку, Игорь осознал, лишь