Школа будущего. Как вырастить талантливого ребенка - Кен Робинсон

«Перевернутый класс»

Одной из причин, почему я на заре своей карьеры увлекся театральным образованием, стало понимание того, что хорошие учителя драмы обычно являются истинными экспертами сразу в двух областях. Во-первых, они прекрасно умеют формулировать темы для изучения, а во-вторых, мастерски содействуют сложным процессам группового и индивидуального исследования, на которых часто базируется углубленное обучение. Драматическое искусство предполагает командную работу и доскональное изучение материала, во время которых преподаватель зачастую стоит в стороне, давая советы и задавая наводящие вопросы ученикам, а они по ходу дела учатся друг у друга. В последнее время несколько таких методик начали широко применяться и в других дисциплинах; это движение получило название «Перевернутый класс». Одним из его вдохновителей стал Салман Хан, невольный основатель так называемой «академии Хана».

Сал Хан вовсе не собирался совершать революцию в области учебных программ. Его жизнь аналитика хедж-фонда и без того была богатой и насыщенной. Сначала он решил всего лишь откликнуться на просьбу одной из своих младших двоюродных сестер, проживающей на другом конце страны. Дело в том, что девочке плохо давалась математика, а поскольку Сал отлично знал этот предмет, она попросила его помочь. Он предложил заниматься по Skype после окончания рабочего дня. Занятия оказались настолько результативными, что и другие двоюродные братья и сестры стали обращаться к Салу за помощью.

И вскоре у него уже сформировалась целая «академия Хана», в которой он учил своих родственников школьного возраста и других детей. «Поначалу я не относился ко всему этому серьезно, но в 2006 году вдруг обнаружил, что каждый день после работы занимаюсь математикой с пятнадцатью ребятами – из моей семьи, семей друзей и двоюродными братьями и сестрами. И тогда один из друзей, чтобы немного меня разгрузить, предложил записать несколько видео. Я последовал его совету, использовав YouTube в качестве хостинговой платформы».

После того как Сал разместил учебные ролики на YouTube, уже совсем незнакомые люди, случайно наткнувшись на них, обучались с их помощью, а Сал начал получать восторженные отзывы и комментарии. Люди говорили, что благодаря его видео многие темы наконец-то стали для них понятными и даже интересными. Чем больше роликов записывал Сал, тем больше клиентов у него становилось. В результате то, что задумывалось как сугубо внутрисемейное дело, приняло совершенно иные, поистине глобальные масштабы. К началу 2009 года услугами «академии Хана» ежемесячно пользовалось уже более 60 тысяч человек.

А к концу того же года несколько наиболее влиятельных приверженцев «академии Хана», в том числе Билл Гейтс и Google, решили объединить усилия ради дальнейшего развития проекта. «Они спросили меня, в каком направлении, по моему мнению, мне стоит двигаться, и я ответил, что мы могли бы нанять команду для доработки программной платформы, которую я уже начал создавать сам. Я рисовал в своем воображении инструмент, позволяющий каждому желающему обучаться в собственном темпе. Учителя также могли бы применять его для дифференцированного обучения учащихся. И пазл как-то сам собой сложился».

Сал и еще свыше семи миллионов человек, регулярно посещающих сегодня «академию Хана», поняли, что этот ресурс можно использовать для обучения в абсолютно новых направлениях. Видео и прочие учебные материалы на сайте «академии Хана» позволяют учащимся работать в собственном темпе и погружаться в изучаемую тему в соответствии со своими способностями и интересом. По словам самого Сала, он поощряет людей приобретать глубокие знания, а не проходиться по темам и навыкам по верхам. Например, юный ученик, знакомясь с дробями, смотрит пару видео, после чего, чтобы перейти к следующему набору роликов и другим упражнениям, должен правильно ответить на пять основных вопросов. С каждым очередным уровнем задача усложняется и количество вопросов увеличивается. В результате школьник действительно досконально разбирается в теме, а не просто заучивает ответы на вопросы, чтобы выдать их на экзамене и затем навсегда забыть.

Сал Хан говорит, что такой подход к обучению позволяет максимально эффективно использовать как время домашней работы, так и занятия в классе. «Урок в классе вовсе не обязательно строить на принципе пассивности, когда все слушают кого-то одного и записывают сказанное. Он тоже должен базироваться на индивидуальном темпе обучения каждого ученика. Находясь в одной комнате с другими людьми, мы с ними взаимодействуем. “Академия Хана” гарантирует хорошую академическую базу, но если вам что-то неясно, нужен физический класс, где вы сможете задавать вопросы сами, отвечать на вопросы других или совместно работать над какими-то проектами».

Данная форма преподавания начала приобретать все больше сторонников после того, как Эрик Мазур, профессор физики из Гарвардского университета, стал применять этот подход вместо традиционных университетских лекций. Мазур заметил, что студенты намного эффективнее заучивали материал, когда он был «руководителем со стороны», а не «мудрецом на сцене». Теперь, прежде чем прийти в аудиторию, профессор просит студентов прочесть соответствующий параграф учебника и посмотреть в интернете одну из видеолекций или какую-либо другую информацию на нужную тему. Затем Мазур начинает занятие с краткого вступления, дает студентам время осмыслить услышанное и проводит опрос. Разные студенты неизменно приходят к разным выводам – правильным и не очень. И профессор просит тех, кто дал правильные ответы, привести убедительные аргументы тем, кто ошибся.

«Представьте двух студентов, сидящих бок о бок, скажем Мэри и Джона. Мэри ответила верно, потому что поняла материал. И она с куда большей вероятностью докажет Джону свою правоту, нежели профессор Мазур, стоящий перед аудиторией. Почему? Да потому что она только что узнала правильный ответ и прекрасно понимает терзания Джона. А профессор Мазур узнал правильный ответ много-много лет назад, и для него все настолько очевидно, что он уже очень далек от проблем ученика-неофита»[105].

В «перевернутом классе» учитель не стоит перед группой учеников и не читает лекции на определенную тему; учащиеся знакомятся с материалом дома, через интернет. А время в классе используется для перекрестного обучения учеников (метод, описанный только что профессором Мазуром); они помогают друг другу, если у кого-то возникают трудности с усвоением материала. Преподаватель же лишь вовлекает ребят в дискуссию на нужную тему и бросает вызов тем, кто уже в ней разобрался. По сути, классная работа превращается в домашнюю, а домашняя в классную, обеспечивая при этом весьма существенное преимущество: обе позволяют ученикам изучать тему с индивидуальным темпом.

На сегодня эффективность «перевернутых классов» подтверждена целым рядом убедительных доказательств. Исследование, проведенное в конце 1990-х, четко продемонстрировало, что учащиеся, которые изучали материал, слушая объяснения своих ровесников, «показывали результаты почти на два стандартных отклонения выше, чем те, кто обучался традиционным способом»[106]. К аналогичным выводам привели и другие исследования.

В 2013 году в четырех десятках государственных школ Айдахо стартовал экспериментальный проект, построенный на основе учебных программ «академии Хана». В нем участвовала учительница математики седьмого класса средней школы Куна по имени Шелби Харрис, одна из героинь документального фильма Дэвиса Гуггенхайма Teach («Учить»). «Сначала я очень переживала, опасаясь, что этот подход оттесняет учителя в сторону и заменяет его компьютером, – призналась она. – Я боялась, что это воздвигнет стену между мной и детьми. Но все получилось с точностью до наоборот. Сейчас я учу лучше, чем когда-либо прежде за все тринадцать лет работы в школе. У меня остается гораздо больше времени на непосредственное общение с учениками, и я имею возможность учить их именно тому, что им нужно, и тогда, когда они этого действительно хотят»[107].

Шелби считает, что мгновенная обратная связь, обеспечиваемая программами Хана, в сочетании с учителем, который готов в случае необходимости предоставить ученику индивидуальную помощь, чрезвычайно полезны. «Ученику кажется, что он все делает правильно, и ему это, естественно, нравится, – говорит Шелби об опыте традиционной домашней работы, – а затем, уже в классе, оказывается, что все не так, а ребенок этого даже не подозревал. При использовании же программ Хана учащиеся сразу узнают, правильно они решили задачу или ошиблись. И если ошиблись, то можно тут же выяснить, где именно, и в следующий раз ошибку уже не делать или как минимум знать, как ее исправить. Иными словами, ученики имеют возможность во многом обучаться самостоятельно. А я нахожусь в классе, чтобы поддерживать их и помогать, когда у них что-то не получается».