Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж - Марина Орлова

прокомментировала я полет вещицы, которую, вообще-то, надеялась сберечь на следующий год, к новому призыву. Быть может, в следующий раз мне выделят демона поменьше в размерах, а то с Володькой уж больно накладно: ни прокормишь, ни оденешь.

Так, стоп, о чем я вообще думаю? Какой вызов? Какой год? Какая рубаха, когда меня буквально извести пытается тварь какая-то?

И зачем я им вообще? Я же такая лапочка…

Но главное, что совершенно бестолковая для магов! Кому я мешаю?

— Ты за это не переживай, — заметив мою тоску, проникновенно заглянул Ждан в мои глаза с таким чувством и обещанием, что я вновь на мгновение забылась и едва сдержала мечтательный вздох. Казалось, вот сейчас он, как настоящий мужчина, скажет, что мне ничего не угрожает, он берет на себя все опасности и защитит от всего! А еще на диете, потому в еде неприхотлив и в благодарность примет лишь мою улыбку, а не чан борща. — Постираешь, как только тебе полегчает. Негоже в таком состоянии заниматься бабьими делами. А вот передохнешь… тогда и примешься, — великодушно улыбнулся тот, кто в одно мгновение растерял все очарование превратившись из благородного героя в козла обыкновенного.

— С… спасибо, — выдавила я из себя, почувствовав, как веко опять дернулось.

Да что же за напасть такая?

— Подожди, Ждан, это о какой женитьбе-то речь? — переступив с лапы на лапу, заговорил Велес, которого тут в присутствии охотника вообще быть не должно! Так нет, еще и светские беседы ведет!

— Да ты не переживай, я помню, что ей еще три года нельзя. Чай, перетерплю! — легкомысленно махнул богатырь рукой.

— Ты ему рассказал? — не дав мне рта раскрыть, вдруг взбунтовался демон, смотря укоризненно и негодующе на слегка смутившегося волка, словно тот лужу на полу оставил — не иначе.

— Пришлось! Он и сам все понял! — попытался отбрехаться волк. Пока я в недоумении то открывала, то закрывала рот, теряясь в догадках, которые копились, точно снежный ком. И одна другой казалась важнее.

— Да тут же все очевидно! — с гордым и важным видом упер Ждан руки в мощные бока, отчего спина того раздалась вширь вдвое, а я порадовалась, что, таки, он снял рубаху, потому что иначе бы оставил от нее лишь обрывки. — Вот как очнулся, оттого, что на меня с потолка капает, так все и понял: от смертушки белая ведьма уберегла, судя по запустенью дома — одинокая, а по воспоминаниям — молодая и красивая, — покосился он на меня со значением.

— Понял, что Дарина — ведьма? — навострил уши Велес, пока я с бешенным видом смотрела то на одного, то на второго.

— Нет, что мужика этот дом никогда не видел, — самодовольно усмехнулся Ждан, с превосходством поглядывая на Володьку, чьи черты стали размываться от негодования и издевок охотника. — Вот и решил исправить, пока хозяйка не вернулась. Очевидно же, что девице и помочь по хозяйству-то некому. Одни нахлебники и приживалки.

— Забавно это слышать от того, кого дважды от смерти спасли… женщины, — прищурил Володька янтарные глаза, а Ждан сурово нахмурился. — Кто-то хорош в сражениях, а кто-то удачливее управляется в безопасности дома и крыши латает. Каждому свое…

— А ты вообще у бабы живешь! — не остался в долгу «жених», который быстро переквалифицировал меня из «душеньки» в «бабу». И обидно так стало, что я даже не стала напоминать Володьке о происшествии с русалкой и о том, кто его спас в тот раз. Я, конечно, не одна участвовала в спасении демона от участи утопленника, но едва ли упоминание у волке и кошке сильно помогут.

Но это я, а вот Велес был менее избирательным в словах, и обиду на богатыря не держал, потому:

— А как же… — пытался вклиниться Велес, но злобный рык демона заставил того замолкнуть на полуслове.

— Ты бы уже помалкивал! Ты даже для Магического Зверя слишком болтлив.

— А ты меня не затыкай!– обиделся Велес. — Я не виноват, что ты — криворукий и бедовый! — возмутился он, но вид имел-таки виноватый, как ни храбрился.

— Вот-вот, — поддакнул Ждан. — Велес хоть и походит на базарную бабу, но, по крайней мере, может нормального мужика отличить от обычного нахлебника!

Веки зверя и демона дернулись почти синхронно, как у меня недавно, а волк, кажется, так же остался под впечатлением, где от Магического Зверя стался «бабой». Еще и базарной.

— Да вы… — прошипел волк обижено, но тут не стерпела уже я:

— Закрыли рты все! — рявкнула я и по очереди посмотрела на трио «мужиков». — В данный момент единственная присутствующая баба не может и слова сказать, пока вы тут меряетесь… меряетесь, короче! — вспылила я, всплеснув руками. — Мне не до ваших петушиных боев! Я сегодня впервые столкнулась с чернокнижной магией, на меня кто-то открыл охоту, мне сломали забор, а тут еще вы! Какая «свадьба»? Какая «ведьма»? Вы, вообще, о чем? Если мне сейчас же не объяснят, что происходит, вы все отправитесь с моего участка! Уж лучше к Водяному податься, чем слушать ваши склоки! Там, по крайней мере, русалки немые! — шипела я злобно, ощущая, как раскалывается голова, а мне бы того… прилечь. Тем более, что крыша теперь не течет. — А ты, — указала я на богатыря пальцем. — Оденься! Только соплей богатырей я еще не видела! — содрогнулась я от перспектив, вспоминая одну из жертв режима, из-за которых пришлось изучать демонские колыбельные. А они, между прочим, по содержанию, не для слабонервных!

— Так это… нечего надеть. Едва рубаху нашел, да и она теперь… негодная, — чихнул и шмыгнул щепетильный Ждан носом, отчего глаз у меня дернулся трижды. То ли застыдила, то ли сглазила — поди разберись, но уж лучше довести один раз до слез и икоты, чем допустить простуду. И тратить свою малину и мед на лечение соплей этого громилы я не собиралась. На его выздоровление по бочонку того и другого потребуется — не меньше!

— И чего стоим? Где рубаха — знаешь. Взял в руки, бери корыто, воду и вперед, и с песней. Отстираешь, где повесить сушиться — Велес покажет.

— Так это… не мужское ж дело… — замялся он, что взбесило вконец.

— А нечего было меня трясти, точно игрушку!