Беспредел в школе Прескотт - Кейтлин Морган Стунич

Аарон нежно улыбнулся ей, на мгновение положив руку на макушку каштановых волос. Они были кудрявыми, как у него, даже цвет глаз совпадал. Он был бы хорошим отцом. Когда-нибудь. В далеком будущем, которые мне доведется увидеть или нет.

Нет. Ты увидишь. Берни, ты, блять, справишься.

Закончить список.

Надрать задницу команде Картера.

Получить наследство Виктора.

Передо мной лежал список вещей, и я знала, что, теоретически, у Хавок всегда есть дела, которые нужно решить. В этой группе нет такого понятия «пф, мы устали, нужно отдохнуть». Но нам всегда удавалось найти время, чтобы посмотреть «Южный Парк» и покурить, поесть пиццу и потрахаться. Черт, мы даже вытащили девочек на праздники.

Все будет хорошо.

— Хизер, можешь принести тарелку со всеми овощами? — спросила я. — Пока что принесу газировку.

— Кара, возьми с собой небольшую стопку этих тарелок. Эшли, ты и Алисса будете отвечать за сметану и сальсу, — скомандовал Аарон детям с абсолютной легкостью, улыбаясь мне, когда подхватил большую часть тарелку в руки (очевидно же, что Винсенты не потерпели бы бумажную посуду в своем безупречном доме).

Все, блять, будет хорошо.

Я повторяла это себе уже целую минуту, и на самом деле начала верить.

Знаете, я забыла добавить гребаных копов в свой воображаемый список.

Потому что ни за что не стоит бороться так просто, не так ли?

Глава 8

В субботу я обнаружила Хаэля в гараже Винсентов, изучающего Феррари 488 Спайдер. Он вдохнул, когда я вошла, указывая на спорткар одной татуированной рукой.

— Ты можешь поверить, что мне нужно разобрать эту машину? Какой позор, — он постучал ладонью по капоту, и меня бросило в дрожь от воспоминания нашего быстрого секса на капоте его камаро. — Конечно, я в любой день предпочту свою малышку, но эта довольно ловкая, — приложил руку к сердцу, когда я встала рядом, скрещивая руки.

— Слышала, что эта штука выдает целых семьдесят лошадиных сил и до восьми тысяч оборотов в минуту. Черт, ходят слухи, что Спайдер может разогнаться с нуля до двухсот километров в час всего за семь целых восемь десятых секунды, — я кивнула подбородком, словно знала, о чем говорю, и Хаэль повернулся ко мне с приподнятой бровью, и сигаретой, замершей на полпути к его губам. — Я говорю, что мы должны поглубже затянуться и найти набор поворотов, потому что более жесткая подвеска и более липкие шины Мишле делают шасси более выносливыми.

— Хорошо, ты почти удивила меня лошадиными силами, но я назову это бредом, ухмыльнулась, когда Хаэль зажег сигарету, затянулся и предложил ее мне. — Где ты прочитала все это, птичка?

— Э-э, в «Голубой книге Келли»9? — ответила, и Хаэль откинул голову в смехе.

— Ты — маленькая хитрая распутница, — прорычал он, когда снова опустил свой подбородок, чтобы осмотреть меня с ног до головы.

На мне был халат, под ним — купальник, который не понравился Виктору, но в котором он имел меня две ночи подряд. Материал был ярко розовым и чертовски обтягивающим, с черепом и скрещенными костями на левой груди. Снизу — маленькие трусики-шортики, и я бы соврала, если бы сказала, что мои щеки не краснеют при таком виде.

Я украла этот купальник из «Хэллхола», когда мне было шестнадцать, но никогда не надевала его. До сих пор.

Каким-то образом я почувствовала, что Хаэль знал, что под халатом.

Он сделал шаг вперед, потянувшись к ремню вокруг моей талии, и очень осторожно и скрупулезно развязал его. Как только халат раскрылся, Хаэль сделал резкий вдох и выругался в очень жесткой и яркой манере.

— Чертова сухая пизда монашки, — пробормотал парень, и я подавилась смехом. — Знаю, что видел это бикини вчера, но черт подери, твоя сестра плавала с нами, и я старался не смотреть… — он замолчал и определенно смотрел на меня прямо сейчас. — Боже, если бы Вик не был в таком настроении… — Хаэль засунул ладони под халат и положил их на изгибы талии. Связь между нами вспыхнула огнем как фейерверки на Четвертое июля, и мне пришлось зажмурить глаза, чтобы вынести это. — Он сейчас такой невыносимый. Знал, что будет таким после свадьбы, — Хаэль замолчал, и его рот дернулся от недоумения. — Как тебе такой поворот событий, при котором Аарон выдавал тебя замуж? Вот это да. Виктор на самом деле король мудаков.

— Думаешь, он имел в виду то, что сказал? — спросила, обожая то, как Хаэль поглощал меня, запоминая мое тело для будущей дрочки. Я хочу, чтобы он продолжал смотреть. Только хотела бы тоже смотреть на него, голого и толкающегося в меня. Я слизала немного сладкого вишневого блеска с губ. — О том, что мы станем единственными друг у друга после свадьбы?

Хаэль внезапно пожал плечами и отступил, делая вид, что так же сильно озадачен голубым спорткаром, как моей грудью. И проверка на детекторе лжи показала…это была ложь.

— Хах, — он издал смех и взъерошил свои волосы. — Хорошо, он имел это в виду. Не значит, что я стану слушать, — Хаэль подмигнул, когда обошел Феррари. — Кроме того, ты слышала Каллума и Аарона. Свою часть я сказал, — ухмыльнулся, потому что в действительности он не сказал многого, не так ли? Мне стало интересно, что, если я моргну, а Хаэль вдруг вернется на прежнее место, будет слоняться по кампусу, изредка заглядывая в школу Фуллер или в подготовительную киску Оук-Вэлли. Лучше ему так не делать. — Мы согласились с тем, что ты будешь нашей девочкой, Берни. Полагаю, нам всем придется установить, что это значит, чего мы хотим от отношений друг с другом, — Хаэль указал между нами, наклоняясь, чтобы осмотреть диски.

Он достал телефон, вытащил стилус и начал набрасывать заметки.

— Да? — уточнила, следуя за ним вокруг машины, пока он наматывал круги, делая записки о конкретных предметах машины.

Он едва смотрел на меня, делая вид, что не заинтересован моим присутствием. Ложь. Он чертовски хорошо знал, где я, и избегал меня.

Из уважения к Виктору, в этом нет сомнений.