Беспредел в школе Прескотт - Кейтлин Морган Стунич

— Мой ярый гнев настигнет тебя смертью, — сказал Оскар, снова процитировав Шекспира, прежде чем взять лампу со стола и швырнуть ее об стену. Мы все были аккуратны, чтобы не разбить окна. То есть, мы не могли на самом деле зависать здесь все оставшееся время, если бы разгромили каждый метр в этом доме, так ведь?

Мы разнесли доступное пространство на кусочки, а затем притащили Винсентов вниз, чтобы они посмотрели на все это.

— Видите, что мы сделали? — прошипел Оскар, сильно хватая пальцами подбородок Корали и заставляя ее смотреть на разрушение. Правдивые слезы скатились по ее лицу, и я почти ожидала, что Оскар слижет одну. Вместо этого он отбросил ее лицо в сторону и встал на ноги. — Где вино? — спросил он, и Хаэль подпрыгнул, чтобы выполнить просьбу, и протянул бутылку из наполненной корзины для белья.

— Как насчет этой? — спросил он, переворачивая бутылку, чтобы посмотреть этикетку. — Оно называется «Screaming Eagle». Я поискал в Google, и там сказано, что оно стоит около двух тысяч восьмисот баксов.

— Разбей ее, — сказал Оскар, перехватывая взаимодействие с Винсентами, когда я села на столешницу со все еще надетым капюшоном и лежащей на коленях бейсбольной битой.

— Стой, стой, — сказал Маркус, пока Ли просто тихо плакала, ее черные волосы прилипли к лицу. — Мы можем все обсудить. В этом деле всем хватит места. Мы можем поделиться нажитым с вами, ребята. Половина на половину. Пятьдесят на пятьдесят.

— Вы можете стать богатыми, — умоляла Ли, когда Хаэль ударил бутылкой вина об большую раковину. Она разбилась, конечно же. — Подумайте об этом, — продолжила она, облизывая свои губы, когда Хаэль достал другую бутылку.

— Эта из Германии, так что я даже не стану пытаться читать. Аарон? — позвал Хаэль моего бывшего и ныне настоящего ээ… парня?

Как бы там не было, он ухмыльнулся, глядя в телефон, прежде чем поднять взгляд.

— Стоит около тринадцати с половиной тысяч баксов, дружище.

Хаэль взял ее за горлышко и ударил концом бутылки об столешницу, заполняя пол жидкостью.

— Нет! — прокричала Ли, яростно борясь на своем стуле. Невероятно, как некоторые люди привязаны к вещам, не так ли? Так сильно, что они торгуют жизнями других ради большего? — Послушайте меня. Вы можете покинуть Южный Прескотт в течение месяца. Алисса стоит многих денег. Вы…вы…вы, — она заикалась, когда Хаэль достал черную бутылку и хмуро посмотрел на нее.

— Это коньяк, — сказал он, переведя взгляд на Аарона. — Стоимость?

— Этот… — начал Аарон в поисках цены, когда Каллум запрыгнул ко мне на столешницу и сел рядом. — Вау. Тридцать пять штук.

— Тридцать пять тысяч долларов за алкоголь?! — подавился Хаэль, смеясь. — Что ж, блять, мы выпьем это, друзья.

— Это был подарок! — крикнула Ли, когда Хаэль открыл стеклянную крышку и сделал глоток. — Положи!

— Черт, нежно, — промурлыкал Хаэль, передавая бутылку Кэлу.

Он взял напиток, а потом наклонился ко мне. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, чего он хотел, но, как только осознание пришло, я почувствовала, как покраснело мое лицо. Глаза метнулись к Виктору, но он лишь смотрел на меня в ответ, пока Ли кричала. Внимание переключилось на бесконечно голубые глаза Кэла, когда я склонила голову на бок.

Жар его идеального розового рта нашел мой, но, когда я подняла пальцы, чтобы прикоснуться к его груди и шее, то почувствовала грубость его шрамов. Идеально неидеальный, подумала я, когда он нежно раздвинул мои губы, обжигая рот коньяком и жаром своего языка.

Мы прильнули друг к другу, когда кто-то выхватил бутылку из моих рук. Я была слишком сосредоточена на Каллуме, чтобы заметить или начать беспокоиться. О, черт. Может он думал, что я не замечала его все эти годы, что он мог сидеть напротив меня в столовой и делать вид, что не знал моего имени. Все это — ложь.

Ты вытанцовывал со мной квадратики в тот день, когда я плакала в начальной школе. Ты нашел меня во время обеденного танца в восьмом классе и настоял на том, чтобы я присоединилась к тебе на танцполе. Единственная причина, по которой я помню тот день, это ты.

— Берни, — пробормотал Кэл, слегка отодвигаясь назад и прикасаясь своим лбом к моему. Это большая проблема с этими парнями, все эти прикосновения. Не думаю, что хоть одного из нас когда-нибудь достаточно обнимали или любили. — Я сказал тебе, что заставлю их заплатить, не так ли?

Он достаточно сильно откинулся назад, чтобы я могла потеряться в голубых глазах, а затем спрыгнул на пол.

— Дай мне нож, — сказал Кэл, показывая на Аарона, чтобы тот передал его.

Не колеблясь, он так и сделал. Каллум подошел к Винсентам и остановился позади. Затем он начал состригать их идеальные волосы, прижимая лезвие опасно близко к черепам. Они оба кричали, словно кто-то на самом деле ранил их, но это все бред.

Каллум не проронил ни капельки крови.

— Возьми девочек и пойдемте в бассейн, — сказал, передавая нож обратно Аарону, когда закончил свое дело. — А когда мы закончим, то утопим Винсентов и избавимся от их тел.

Каллум блефовал, это было очевидно, но сказанные шепотом слова сделали свое дело. Парочка начала кричать, когда Хаэль и Аарон потащили их обратно наверх, чтобы мы снова могли запереть их в комнате. Кэл посмотрел в мою сторону, и, блять, клянусь, мои губы дрогнули в ответ на его мрачный взгляд.

Он не был омрачен насилием. Я видела это выражение на его лице диснеевского принца много раз в прошлом.

Нет, в этот раз его лицо выражало голод, похоть и невысказанные вещи, которые лучше бы оставались в темноте. У него были секреты, готова поспорить, они у Каллума были. Раз в Хавок не положено их иметь, если я спрошу, думаете он мне расскажет?

Я провела языком по губам.

— Без шуток, — сказал Кэл, хрипло смеясь. — До смерти хочу увидеть тебя в купальнике, Берни. Надеюсь, ты не против, что я говорю это.

Он подмигнул мне, взял лампу и разбил ею столик у дивана, мышцы на его руках пульсировали от силы, нужной для этого движения.

В это время,