Два невольника для светлой (СИ) - Тиана Макуш

***

Много ли стоит высокое положение, даже определенное уважение (а его добиться ой как нелегко, когда ты мужчина в матриархальном клане!), если в итоге все равно остаешься один?

Фай обычно не роптал, принимая свою судьбу, но иногда…

Еще вчера вечером его уведомили, что для прибывшей в клан целительницы сегодня состоится отбор из свободных мужчин. Сама первая советница уведомила, между прочим! И с таким видом, мол, только попробуй не явиться или нечто в подобном духе выкинуть… Даже полезность клану не спасет от серьезного наказания. Не то чтобы он собирался устраивать что-то такое – явно же приказ Матриарха, разве найдется идиот, способный его проигнорировать? Даже Фай, при всей своей отстраненности, не рискнет дергать горного кота за усы.

Другое дело, что его присутствие на этом отборе – из разряда насмешки и тонкого напоминая о нежеланности для женщин. Нет, в глаза смеяться над ним никто не рискнет, но вот за спиной опять шептаться будут, словно мало поводов и без очередной неудачи.

А целительница ведь была чудо как хороша. Он видел девушку мельком, но впечатлился: непривычно светлокожая, непривычно невысокая, непривычно эмоциональная – на подвижном личике можно было едва ли не мысли прочитать. В общем, вся такая непривычная, необычная и манящая. Мало кто из мужчин смог бы устоять перед такой. Тем обидней было ожидать неизбежный провал.

Единственное, что хоть немного скрашивало неприятную процедуру – откровенный страх и неприязнь соклановцев, старавшихся выйти из зоны действия его дара. Фай, конечно, отслеживал и передвижения целительницы, но при ее приближении даже не подумал сворачивать дар, хотя дядя Тар и пытался сделать перед началом внушение (вплоть для обидного рукоприкладства – как мальчишке подзатыльник отвесил!). Но… Лучше уж пусть она сразу почувствует «прелести» нахождения с ним рядом, чем это выяснится позже… когда он позволит себе глупую надежду.

Впрочем, о чем он? Какая надежда? Это сразу стало ясно по недовольному взгляду, удивлению при виде его шрамов… Неженка какая… Вот темных эльфиек шрамы не особо смущали – в те редкие случаи, когда его брали на ложе, а светленьким, получается, чистая кожа нравится? Ну упс, не его вина, что дар и тут подгадил.

А еще дядя попытался выставить его дар в качестве плюса. Ну что за глупость? Вон, и у целительницы от удивления глаза расширились. Дальше Фай очень старался не смотреть на светлую, да и чего там увидишь-услышишь, когда они с дядей отгородились заглушкой?

А предательское сердце все равно частило – когда госпожа Майливиэль (вот ведь точно – Светлячок) назвала тех, кто может идти, он… снова остался в пещере. Под недоумевающими и недовольными взглядами, но остался ведь! Да, дядя что-то там говорил про ее раба-полукровку с поздним пробуждением дара, которого надо стабилизировать, но зачем ради этого брать мужчину с неудобным даром? Наверняка, попроси она госпожу Ваерани, и та прикажет помочь…

Время тянулось. Дядя вызывал по одному, счастливчики скрывались под пологом заглушки, выходили спустя какое-то время с мечтательно-блестящими глазами, а у Фая оставалось все меньше надежды – нежелание девушки общаться с ним становилось очевидным. Чего ж тогда просто не выгнала, как прочих?

– Файрас!

Ну наконец-то! Скорее бы это уже закончилось…

– Садись уже.

Было бы сказано. Ему и самому надоело стоять, но для мужчин клана такое было привычным. Постоял бы еще, не переломился. Но целительница всех, с кем разговаривала, усаживала. Не хочет голову задирать?

На таком маленьком расстоянии она оказалась еще красивее. Потрясающие глаза, золотистые длинные волосы, капризно изогнутые губы, вообще вся такая точеная и миниатюрная… Фай так засмотрелся, что у самого губы зазудели от желания почувствовать мягкость женских. Хорошо, что годы негласного противостояния соклановцам научили его сохранять невозмутимое выражение лица в любой ситуации. Почти в любой, ладно.

Но еще он заметил и усталость, и небольшие тени под глазами, и некоторую отрешенность девушки. Да уж, поторопилась Матриарх обрушить на Светлячка этот выбор, хоть он и логически обоснован. Молчание затягивалось, и Фай решил, что поможет девушке выйти из явно неловкой ситуации. И почему она все же не отослала его с предыдущими?

– Госпожа Майливиэль, давайте вы просто сделаете вид, что мы поговорили, и выберете уже себе спутника из остальных?

– Что? Почему?

Изумление целительницы было искренним. Он что-то не так понял? Ну не может же она всерьез рассматривать его кандидатуру? Но голос он сумел сохранить ровным.

– Потому что вам не нравится мой дар. И это понятно – он никому не нравится.

– По словам твоего дяди, мне этот дар был бы очень полезен. Он ооочень активно тебя расхваливал, знаешь?

Фай скривился, но почти сразу взял себя в руки.

– Пожалуйста, простите его, госпожа Майливиэль. Дядя не оставляет глупой надежды однажды меня все-таки пристроить.

– Глупой, говоришь?

Она смотрела задумчиво, пристально, и в груди сердце на мгновение перестало биться, чтобы сразу застучать с удвоенной силой.

– Ты конфликтен?

– Нет, госпожа.

– А насколько можешь сворачивать свой дар?

– Практически вплотную к коже. Он ведь, по сути, является аналогом щита. Кругового, да, но с изменяемым объемом.

– Покажи!

Фай послушно свернул дар и… задержал дыхание, наблюдая, как узкая ладошка осторожно, словно ощупывая воздух, приближается к его запястью. И он почти даже не вздрогнул, когда теплые пальцы все же коснулись его кожи. Такая малость, но по жилам моментально пронесся огонь. Сколько у него не было женщины? Года два, не меньше… А такой вот – и вовсе никогда. Какой «такой», он и сам не мог полностью сформулировать – слишком много оттенков включало это ощущение.

– Насколько хорошо ты разбираешься в порядках вашего клана? Нет, точнее, насколько хорошо ты умеешь учить и объяснять?

– Я обучаю детей владеть даром, госпожа. Ни разу еще не потребовалось делать это дольше года.

И этим он заслуженно гордился – такие умения ни от какого дара не зависят, это талант.

– Хорошо. – Целительница явно пришла к какому-то решению. – Тарлет был прав – на данный момент ты подходишь мне идеально. Но два момента: у меня раб-полукровка, которому потребуется твоя помощь в овладении даром. И никакого пренебрежительного отношения к Нею я не потерплю. – Девушка выжидательно посмотрела, и Фай лишь согласно склонил голову. В кои-то веки выдержка дала сбой, и у него просто пересохло в глотке от волнения. Неужели его действительно выбрали?! Она облегченно выдохнула, снова вздохнула