Мифы сталинской эпохи - Армен Сумбатович Гаспарян

надо колупаться в документах, нет, нам не интересно, нам проще горланить в Интернете, что все это ложь. Ну, горланьте дальше, вслед за Ильюхиным, все равно останемся виноваты…

Нужно добавить, что впервые о приказе № 001365 о награждении сотрудников НКВД, отличившихся при исполнении специального задания, стало известно в самом начале 90-х годов. Тогда один из бывших исполнителей огорошил следователей прокуратуры и тогда еще КГБ признанием, что да, был такой приказ, наградили. Кинулись искать приказ, не нашли. Свидетель на следующем допросе сказал: «Все точно, такой приказ есть, только он не в архиве ЦК, он проходил по нашей номенклатуре, по энкавэдэшной. Ищите его по записям в личном деле». Следователи подняли его личное дело еще раз, посмотрели, действительно, у него есть отметка об этом приказе. Приказ нашли, через некоторое время он был рассекречен, введен в исторический оборот и стал доступен. Все, кому эта тема интересна, о нем прекрасным образом знают.

Мне самому очень горько сознавать, что у поляков есть такой аргумент в их вечной русофобии, но, к сожалению, этот факт надо просто признать. И я понимаю, насколько тяжело было это делать руководству страны, потому что все сознают, что теперь до скончания века поляки нам будут тыкать Катынью в лицо, как у Антона Павловича Чехова: «и ейным хвостом мне тыкал в морду». Но Россия это признала, как бы нам тяжело не было – признали. Кто не хочет верить, опять же, это дело добровольное, никто же никого не заставляет, по Конституции каждый имеет право верить во что угодно. Вон у нас есть один телеканал, который уже доказал, что земля плоская. И верят люди! Факт, который многое объясняет…

Глава 13

Кто автор «Тихого Дона»?

Многие недавно посмотрели новую экранизацию «Тихого Дона», и опять началось совершенно сумасшедшее обсуждение вопроса: «Кто же все-таки автор романа?» Ну, это уже не первый заход на тему. Спор начался с момента опубликования книги в 1928 году и не смолкает по сию пору.

Давайте поподробнее поговорим об этом. Итак, сразу после первой публикации у отдельных конспирологических умов появились подозрения, что книга написана не Шолоховым, точнее, не только им. Шолохов, мол, лишь обработал чужие записи. Несмотря на многочисленные опровержения, несмотря на все проведенные экспертизы, до сих пор находятся люди, которые упорно настаивают именно на такой версии. На чем основано их мнение? В первую очередь, на их собственных предположениях и их богатой фантазии.

Первые две части «Тихого Дона» были опубликованы в журнале «Октябрь». На основании именно этой публикации был сделан судьбоносный вывод, что Шолохов присвоил рукопись из полевой сумки неизвестного белого офицера, который, естественно, был расстрелян большевиками. Рукопись Шолохов втихаря обработал и опубликовал под своим именем. Москва тогда полнилась слухами на эту тему, заговорили даже о том, что нашлась некая старушка – божий одуванчик, которая звонила в издательство с угрозами и просьбами не допустить дальнейшей публикации романа. Якобы она оказалась матерью того самого безымянного, расстрелянного большевиками офицера и требовала себе авторских отчислений как наследница.

В середине 70-х годов, то есть спустя почти 50 лет после публикации, ученый Прима предпринял попытку выяснить источник слухов. Он пришел к неожиданному выводу, что приостановка публикации третьей части романа была выгодна сторонникам Троцкого. Те опасались, что откроется вся правда о восстании в казачьих станицах в 1919 году. Войска Троцкого вели себя на донской земле как оккупационная армия, именно поэтому казаки и восстали.

Главный редактор журнала «Октябрь» Серафимович (ему потом тоже стали приписывать авторство «Тихого Дона») объяснил слухи завистью многих советских писателей к неожиданной всесоюзной славе 22-летнего гения. В одном из своих писем он прямо укажет, что нашлись завистники, которые стали кричать, как у кого-то там украли рукопись, «на самом деле это подлая клеветническая кампания». Так написал Серафимович. Автор романа Михаил Шолохов тоже неоднократно говорил об организованной кампании травли и зависти. При этом сохранилось воспоминание друга Серафимовича, некоего Герасимова, утверждавшего, что Серафимович знал о подлинном авторстве романа «Тихий Дон», но молчал об этом. Писатель, мол, не желал усложнять судьбу издания этой блистательной книги, не желал вступать в конфронтацию с автором, ставшим уже суперизвестным, и, разумеется, не стремился оказаться изгоем в литературном сообществе Советского Союза.

В 1930 году, после выхода в свет сборника памяти Леонида Андреева, в котором было письмо Андреева критику Голышеву от 3 сентября 17-го года, выяснилось, что Андреев упоминает какой-то «Тихий Дон» Голышева. После такого факта сторонники теории плагиата снова оживились, а Голышев стал номером один в списке претендентов на подлинное авторство этого фундаментального произведения.

Только в 1977 году, спустя 50 лет, историк Рой Медведев выяснил, что речь в письме шла всего лишь о путевых заметках под названием «С тихого Дона». То есть никакого отношения к эпопее Григория Мелехова рукопись Голышева не имела в принципе. Шолохов-то этот факт прекрасно знал, он даже в подробностях писал об этом Серафимовичу, который поинтересовался историей с записками Голышева. Но до конца оправдаться в глазах литературной общественности Михаилу Шолохову так и не удалось.

На самом деле те путевые заметки имели весьма косвенное отношение к теме романа. В основном там уделено внимание политическим настроениям донских казаков в 1917 году. Регулярно употребляются имена генерала Корнилова и атамана Каледина. Именно этот момент становится судьбоносным, его приводили как доказательство плагиата, если мы вспомним текст, то в «Тихом Доне» Шолохова эти фамилии тоже встречаются. С другой стороны, как они могли не встречаться? Вся донская Вандея, все сопротивление большевизму было тесно связано именно с этими двумя историческими персонажами.

Кстати, в среде белой эмиграции, которая пылала абсолютнейшей лютой ненавистью ко всему советскому, роман был встречен хорошо, было много доброжелательных отзывов. При этом слухи, что роман – в чистом виде плагиат, рукопись была украдена у белого офицера, расстрелянного большевиками, ходили и среди эмиграции.

Шолохов, которого все эти многочисленные слухи, инсинуации и подтасовки допекли окончательно, обратился с открытым письмом в газету «Правда», главную газету Советского Союза, с предложением на основе первых трех частей и плана 4-й части раз и навсегда разобраться с этим вопросом. Под эгидой и по личной инициативе сестры Ленина Марии Ульяновой Российская ассоциация пролетарских писателей организовала особую комиссию под председательством все того же Серафимовича. Шолохов ей предоставляет рукопись и черновики всех частей текста, которые были написаны к тому моменту.

В конце марта газета «Правда» печатает открытое письмо уже от имени Российской ассоциации пролетарских писателей. Обвинения, выдвинутые против Шолохова, там названы «злостной клеветой». Под письмом стояли подписи членов комиссии: Серафимовича, Авербаха, Киршина, Фадеева и Стацкого. Из этого письма